От правообладателя:
Моя бабушка написала эту книгу в 2005 году, когда ей было уже 80 лет. Она прожила сложную, но интересную жизнь в СССР, трудовую и личную, и хотела успеть поделиться воспоминаниями — предвоенная молодость в Петрозаводске, эвакуация, послевоенное московское студенчество на Стромынке, начало трудовой деятельности в Министерстве высшего образования, длинная дорога на Колыму, Магадан, Дальстрой, Белгородский совнархоз и жизнь в Белгороде, ГлавЦЧОстрой в Воронеже, возвращение в Москву и работа в союзных министерствах. За 16 лет скитаний она побывала в разных городах, о которых по-своему интересно пишет, упоминая людей, с которыми ей посчастливилось общаться. Бабушка, Рахманова Вера Михайловна, умерла в 2008 году в Московской области. Она успела издать эту книгу совсем небольшим тиражом и оставила на память своим правнукам, моим детям, тогда ещё — школьникам. Сегодня я хочу поделиться с вами историей её жизни.
© «Следы памяти», Светлана Рахманова, Москва, 2020г
Любое частичное или полное копирование и воспроизведение или иное использование материала без письменного разрешения автора/правообладателя не допускается.
В первый день войны (22 июня 1941 г) и последний день счастливой молодости, я, 16-летняя девочка, окончившая 8 классов школы, оказалась в пригороде Петрозаводска на республиканских соревнованиях по гимнастике. Мы были молодые и счастливые. С 22 июня мы стали взрослыми и счастье на долгие пять лет покинуло нас. На соревнованиях было несколько человек из Выборга. По радио передали, что город уже сильно бомбили (как и некоторые другие города нашей западной границы). Мы рыдали вместе с девочками из этого города. В этот же день, не закончив соревнование, мы разъехались по домам. Я — в Петрозаводск.
Что такое война, петрозаводская молодежь знала уже хорошо. Ведь только что мы пережили «финскую войну». Много страданий пришлось нам увидеть. Город был превращен в военный штаб. Большинство школ были приспособлены под госпитали – очень много раненых везли в город. Учились мы в три смены, а все свободное время проводили в госпиталях. Выступали с концертами перед солдатами — с перевязанными головами, и, как правило, молодыми.
В палатах помогали тяжелым больным, писали письма их родным, иногда приходилось и перевязки делать. Помню, я читала в госпитале стихотворение. Посвященное партизанке, Марусе Бондаренко, героине гражданской войны, а по лицам раненых текли слезы. Выступали, конечно, и с веселыми номерами, танцами. Хорошо выступали.
В составе агитбригады на крытом грузовике мы ездили по разным местам Карелии, особенно по присоединенной благодаря войне, территории. Выступали с концертами. В знак благодарности за наш «труд» нам разрешили съездить к водопаду Кивач. Перед нами открылось одно из красивейших мест страны (потом я много ездила по стране и могу сравнить). По одной стороне водопада — прекрасный смешанный с огромными деревьями лес и большая поляна. По другой — высоченный сосновый бор. Стройные и невероятно красивые сосны стояли как бы на страже водопада, попадая под силу удара которого, деревья разбивались в щепки. Очень хотелось бы знать, сохранилась ли красота, прелесть и величие этого чуда природы.
Какие же чувства в первые дни войны испытывали мы, молодежь? Страха за себя не было. Переживали за тех, кто шел в Армию — на фронт. Обидно было за испорченную счастливую молодость. Мы неплохо были подготовлены к службе в армии. Кроме учебы, занятий в кружках, развлечений, мы много занимались спортом. Хорошо ходили на лыжах, умело гребли на лодках, плотах, хорошо плавали. Многие прыгали с парашютом, стреляли из винтовки, умели оказывать первую помощь раненым. Все имели значки ГТО. В основном научились всему этому на занятиях по военной подготовке в школе.
Мы были смелыми, здоровыми, сильными, веселыми. Вот такая была предвоенная молодость в Петрозаводске. Такими наши мальчики уходили на фронт, часто добровольцами. И почти все они, не познавшие всей прелести любви и дружбы, погибли. Большинству из нас — предвоенных девушек, так и не пришлось выйти замуж. Большую часть наших потенциальных мужей унесла с собой война. Погибли и наши одноклассники. Они ушли добровольцами и где-то через год погибли с десантным отрядом в тылу врага (они неплохо знали немецкий язык, который мы учили в школе, и немного понимали финскую речь).
Странно, но сильнее страха было любопытство — что же будет? Свое брало легкомыслие молодости. По радио говорили об обязательной скорой нашей победе. Но мы, петрозаводская молодежь, не были в этом уверены. В победе были уверены, но не в скорой. Пришлось распрощаться со школой, не закончив ее, с любимыми учителями, которые не жалея ни времени, ни сил, очень хорошо нас учили. Мы их любили и уважали.
Кончилось детство, не прожитая молодость – началась взрослая, с тяжелым трудом и голодом-голодом-голодом жизнь.
Книга «Следы памяти». Все главы.
- Как наша благополучная семья из Твери оказалась в предвоенном Петрозаводске
- Волки боялись огня и близко к нам не подходили
- О том, что идет война, эти люди не знали
- Мой брат Коля. О его жизни и подвиге можно написать книгу
- С маленьким чемоданчиком я уехала в Москву. Поступать в МГУ
- Если девушка собиралась в театр, одевали ее всей комнатой
- Старые девы из той блестящей предвоенной молодежи подняли страну из руин
- К концу второго курса я уже почти ничем не отличалась от блестящих своих сокурсниц
- При полном дефиците, в магазинах всегда были в продаже консервы из крабов
- Впереди еще два курса университета, одолею ли я их с двумя детьми
- На защиту моего диплома в аудиторию входили слушатели даже других факультетов
- Существовали Торгсины недолго, но для страны сделали много
- Мой друг, талантливый физик Юра Орлов окружил меня и сына заботой
- Будущий президент Академии наук СССР в шутку называл меня своим учителем
- Как мы жили в начале 50-х годов, не задумываясь помогали друг другу
- Долгая дорога на Колыму. Экспресс Москва-Владивосток
- Отъезд из Находки задерживался на 24 дня
- Местное население выменивало чай на меховые шкурки
- Поселок Палатка, самое хорошее место во всем Дальстрое
- Дальстрой ценил свои кадры, но работы требовал безотказной
- При мне еще сохранилось название перевала «Дунькин пуп»
- Если случайно приезжал слабак, и одну зиму не выдерживал, покидал Колыму
- Для меня он организовывал чудесные экскурсии в тайгу
- Магаданская область в составе РСФСР была образована только в декабре 1953 года
- В Дальстрое я была как за каменной стеной
- Нашей инструкцией по внедрению хозрасчета пользовались все предприятия Дальстроя
- В апреле 1954 года мы с сыном вылетели на маленьком самолете в Хабаровск
- Я навестила своих сослуживцев уже в новом здании МГУ на Ленинских горах
- По условиям контракта еще два года я должна отработать в Дальстрое
- Подплывая к Магадану, наш теплоход получил сигнал SOS
- До 1954 года Дальстрой МВД представлял из себя как бы «особое государство»
- Были и такие люди, которые жили по своей воле на Колыме многие годы
- Белгородский Совнархоз обеспечил своих специалистов жильем
- Учительница обвиняла во всем детей, пришлось встать на их защиту
- Случай, который объясняет, почему я не была членом КПСС
- В 1960-е в Воронежской области белый хлеб выдавали по справкам от врачей
- Отдых в пригородах Воронежа и царский обед из стерляди
- Реконструкция заводов практически обходилась дороже строительства новых
- Итак, я вернулась в Москву — через шестнадцать лет
- Об одном из островов Французской Полинезии, нетронутом цивилизацией