20 век в воспоминаниях моей бабушки. Начало здесь.
Однажды ночью на нефтебазе, которая была в поселке Палатка, раскололась как чаша, сверху вниз — нефтяная цистерна. Горючее полностью разлилось. Ночью была объявлена тревога. Одна зажженная спичка, и пожар охватит весь поселок. Из лагеря людей выпустили и все, кто мог, рыли спуски к реке и окапывали поселок. Залитые горючим места засыпали песком. Боролись с опасностью и победили. Пожара не было. Зато рыбу из нашей речки вниз по течению нельзя было есть года три-четыре. Рыбаки, у которых покупали рыбу, иногда обманывали и не говорили, где они ее ловили. При жарке или варке запах горючего оказывался настолько силен, что рыбу приходилось выбрасывать.
Нужно рассказать и о том, какой был быт и отдых в поселке. Мы жили в 4-х комнатной квартире. В одной комнате, самой большой — я с сыном. В другой — Маргарита Михайловна Дмитриевская, заведующая химлабораторией с мужем и сыном - школьником. Она в свое время оставила в Москве мужа, замминистра, и с сыном уехала на Колыму. Здесь она вышла замуж за спецпоселенца, который в прошлом работал в нашем посольстве во Франции. Очень хороший человек. В третьей, небольшой комнате, жила молодая очаровательная учительница, которая приехала с мужем КГБ-шником, работающим в Магадане, и изредка навещающим молодую супругу. Об этой паре я еще расскажу. В четвертой комнате жил сотрудник КГБ. По-моему, он в какой-то степени контролировал работников МВД (ведь наше предприятие принадлежало МВД, как и весь Дальстрой).
Жили все мирно, можно сказать даже — дружно, особенно мне были близки соседи — муж с женой (старшие). Также я дружила еще с двумя семьями, проживающими в нашем доме. Это семья Нордштейнов. Он — начальник отдела технического контроля, жена — юрист автобазы, москвичи-договорники. У них был сын, школьник. И еще одна семья: муж — спецпоселенец, в прошлом преподаватель академии в Ленинграде. Жена его приехала к мужу сама. Вот из этих 3-х — 4-х семей, очень интересных, культурных и грамотных, и складывался наш быт. Почти каждое воскресенье мы у кого-нибудь собирались и проводили время весело. Иногда все вместе, включая детей, ходили в кино, в любую погоду, даже в трескучие морозы. Потом обсуждали, спорили…
Не могу не сказать несколько слов о моей помощнице по хозяйству. Я не хочу называть ее домработницей, и ее имя, очевидно, не стоит называть. Это была очень милая, добрая женщина лет 50-ти из благородного рода. Жила она в моей комнате, любила меня, а я — ее. Очень многому полезному она меня научила. Начиная от обыкновенного этикета поведения, ухода за волосами, обращения с продуктами и многому другому.
Она никогда не разрешала мне вечером (а с работы я приходила почти ночью) ложиться спать, не помыв ноги теплой водой. И маленький сын мой, которого она водила в детский сад, в вечернее время был в хороших руках. В 1954 году ее реабилитировали и она уехала, к кому не знаю. Ведь у нее никого из близких в живых не осталось, но подробности неизвестны, потому что в это время я находилась в полугодовом отпуске.
___
Автор: Рахманова Вера Михайловна
©«Следы памяти», Рахманова С.А., Москва, 2020 г. Все права защищены
