Наташины сказки. Эпизод 5.
Море было серым и неприветливым, а порою, при сильном ветре, и соответствовало своему названию, становясь почти чёрным. А что вы хотели – конец марта и не более того. Но Наташа была так сильно взволнована встречей с ним, что не замечала ни холодной воды, ни безлюдной набережной и пляжей, ни пронизывающего до костей мерзкого норд-оста, несущего по улицам цементную пыль. Новороссийск, всё-таки по большей части, промышленный город, нежели курортный. Тем более в мёртвый сезон. Есть такой анекдот – когда ученику начальной школы, но при этом сыну директора приморского пансионата задали вопрос сколько сезонов существует в природе, то он, не задумываясь, ответил, что пять – зима, весна, лето, осень и…мёртвый сезон. Разыскав в администрации порта нужного человека и вручив тому документы, Наташа засобиралась сразу же обратно. Не потому, что ей было скучно или были какие-то важные дела – просто задание есть задание… Ей даже мысли в голову не пришло, что можно воспользоваться своим статусом, хотя приезд из министерства морского транспорта, из столицы тем паче, курьера, это же эпохальное событие для местных сотрудников. Но, похоже, что Алевтина Фёдоровна знала кого посылать. Наташа – это Наташа и уже после обеда у неё на руках был билет на ночной поезд до Москвы. Но тут, в конце рабочего дня, случилось происшествие, которое, в конце концов, изменило всю её жизнь…
- Наташа…? – она шла по длинному и незнакомому коридору в совершенно чужом городе и потому не сразу сообразила, что окликнули именно её – Наташка, ты что, не узнаёшь меня? Это же я, Андрей… – перед ней стоял высокий и широкоплечий моряк и счастливо улыбался. И даже жуткий ветвистый шрам на правой щеке не мог скрыть этой улыбки.
- О, Боже…! Андрюшка-а-а-а! – он легко, словно пёрышко, подхватил её и закружил вместе с ней по коридору – ты что делаешь…ты же меня сейчас уронишь…ну, люди же смотрят…
- Не уроню, ни за что не уроню… А люди, пускай, радуются вместе со мной – действительно, мимо них проходили сотрудники администрации порта и улыбались, кто грустно, кто весело… – ты как тут оказалась…?
- Я…я в командировке по работе… – когда Наташа оказалась в устойчивом положении и слегка отдышалась, она, всё-таки, поверила своим глазам – перед ней, действительно, стоял Андрюшка. Её друг детства, её первая тайная и последняя, как она считала, любовь…
Они шли по набережной, взявшись за руки. Наташа была, словно пьяная, и даже не замечала ни времени, ни холодного ветра.
- …Их было шестеро и двое из них с ножами. Вот так и закончилась моя карьера военного моряка. Сходил, называется, в город на выходные…
- Бедненький! И как же ты потом…?
- Потом был госпиталь… Комиссовали меня, сволочи… Теперь, вот, работаю в администрации порта…по гражданке уже…
- А помнишь, когда Юрка-чижик назвал меня промокашкой, ты тоже сразу полез в драку… Ох, и крепко же ему досталось тогда…
- Помню, Наташенька, всё помню… Детьми мы тогда были… А ты теперь, вон, какая стала…
- Какая…?
- Солидная дама вся из себя… Только твой рыжий хвостик не изменился…
- Да, ну, тебя с твоими шуточками… – она упёрлась кулачками ему в грудь и попыталась отстраниться – вечно ты…
-Он действительно не изменился… – и, взяв в ладони её лицо, крепко поцеловал…
Уже сидя в вагоне, Наташа начала понемногу приходить в себя. Под стук колёс и мерное позвякивание ложки в стакане с остывшем чаем на откидном столике плацкартной боковушки, она пыталась вспомнить мельчайшие подробности прощания с Андреем. А оно было сумбурным и бестолковым: они примчались на вокзал едва ли не перед самым отправлением, а потом просто целовались до того момента, пока поезд, всё-таки, не тронулся. Она забыла всё на свете – куда и зачем ехала, сколько ей лет и где она находится… Ну, а когда она вспомнила, что забыла дать Андрею номер своего телефона, то просто тихо заплакала. И теперь, сидя у окна, тупо смотрела на, проплывающие мимо, пейзажи.
- …Вот билет, вот здесь счёт за гостиницу, а это расписка в получении документов… Всё, как Вы просили сделать, Алевтина Фёдоровна – Наташа сидела в кабинете и тусклым, безжизненным голосом отчитывалась за командировку. Сразу же по прибытии поезда, она прямо с вокзала отправилась на работу. Девчонки от удивления, чуть, рты не пораскрывали, когда она появилась в дверях на пороге своего отдела. Прошло-то всего двое суток, а она уже вернулась. Её ждали не раньше понедельника…
- Какой-то вид, Наташенька, у Вас нехороший. Что-то случилось…? – голос начальницы был донельзя дружелюбным и участливым, да и сама она была явно расстроена и встревожена тем, что ей, Наташе, очень плохо…
- Да. Да, случилось… – и сквозь слёзы она поведала Алевтине Фёдоровне о том, что с ней произошло в Новороссийске – …теперь, наверное, я уже его никогда не увижу. Я любила его тогда, в детстве, а теперь поняла, что люблю и сейчас…
- Да не переживай ты так, Наташенька. Я прямо сейчас позвоню в Новороссийск и твоего Андрея мигом разыщут. Как его фамилия…?
- Я не знаю-ю-ю-ю… не знаю я его фамилии…
- Это плохо, но не смертельно. Отправляйся-ка ты сейчас домой. Выспишься, хорошенько отдохнёшь, а в понедельник придёшь на работу, и мы всё уладим. Договорились…?
- То есть как это, в понедельник…?! Сегодня же ещё только среда…?
- Мы все будем дружно считать, что ты в командировке…
- Но, ведь я…
- Никаких «но», Наталья Владимировна. В понедельник я жду Вас на работе и в новой должности, кстати…
- Спасибо Вам, Алевтина Фёдоровна… – от неожиданности Наташа никак не могла подобрать нужных слов – Вы… Вы, оказывается, такая…такая добрая и…даже родители не относились ко мне так, как Вы… Спасибо, Вам, огромное…
- Ладно-ладно, иди уже, чудо ты моё заморённое… Да, и кстати, девочкам нашим пока ничего не рассказывай…
- Хорошо, Алевтина Фёдоровна…
Занятая своими мыслями, Наташа прошла мимо своих сотрудниц не то что, не попрощавшись, даже не заметив, что среди них нет ни Нинель, ни Зойки. На первом этаже в фойе она остановилась возле зеркала и долго разглядывала своё отражение. С красными и опухшими от слёз глазами, с растрёпанной причёской и с, опять проступившими, веснушками – она не узнала саму себя. Вот уж, воистину, Конфуций был прав. Пытаясь собрать в пучок свои рыжие патлы, она вдруг вспомнила – а почему, собственно говоря, в другой должности…?
- Вы что-то сказали…? – высунулся из своей кабинки охранник.
- Нет-нет, простите… Это я так, мысли вслух… До свидания… – пробормотала Наташа, показывая ему пропуск.
-До свидания… Странная какая-то…
Ссылки на предыдущие части цикла: