Почти как у Горького. Эпизод 1.
-…Работал у нас один дедок. Ну, как дедок…За семьдесят уже…или под семьдесят… Никто толком не знал. Инженер по надзору за строительством. Работа, в принципе, не особо тяжёлая, но требует специальных знаний и опыта. Да, впрочем, как и везде. Появился-то он у нас, естественно, не просто так. Ни один, умный и уважающий себя, директор балласт на работу брать не будет. Просто затеяло начальство крупномасштабный ремонт основного здания. Полностью переделать фасад, перемонтировать кое-какие коммуникации и слегка облагородить прилегающую территорию. Проблем, конечно, хватало всяких, но процесс худо-бедно пошёл и возникла надобность в грамотном специалисте…
Римма смотрела на него такими глазами, будто видела Ивана в первый раз. У него было такое ощущение, словно она слушала лекцию. Ни дать, ни взять – студентка-первокурсница и маститый профессор. Когда тебя слушают так, хочется рассказывать ещё и ещё. Давно уже, очень давно не чувствовал Иван на себе такого внимания. С тех самых пор, когда в детстве рассказывал своим друзьям сказки, им же самим и придуманные
…- Мы с ним подружились быстро. Ефим Анатольевич оказался ещё и человеком что надо… Всегда подскажет, что да как, вовремя посочувствует и с отменным чувством юмора в придачу. Такие люди, по нынешним временам, редкость большая… Если молодой, значит неуравновешенный… Пальцы веером, эмоции фонтаном через край и все разговоры только о себе любимом, а если старый, то вечное брюзжание недовольное и жалобы на свои болячки…
У Риммы глаза распахнулись ещё шире. Ивану даже пришлось отвести взгляд, потому что ещё чуть-чуть и…он бы на неё набросился, не говоря уже о потере самообладания и концентрации мысли.
- А ты прикольно рассказываешь… Никогда бы не подумала, что может быть так интересно просто слушать… Все разговоры о себе любимом, это ты не про меня случаем…?
- Да, нет, Риммушка… Конечно же нет… Это я так, в общих чертах… Ну, так вот, зашёл как-то в курилке разговор о профессиях и специальностях. Слово за слово, да и выложил я старику все свои проблемы… Я, мол, всю жизнь, с самого детства, работаю с деревом, но самоучка… Все восхищаются, всем всё нравится…а как дело до зарплаты доходит, так только по тарифу и по должностному окладу… Ефим Анатольевич сильно удивился и говорит мне мол, чего же ты учиться-то не пойдёшь… На что я отвечаю, что учиться хорошо в восемнадцать лет, максимум до двадцати пяти…после одни мучения – Иван тяжело вздохнул и, задумавшись, замолчал. Они не торопясь шли по парковой аллее, мимо них куда-то проходили люди – кто-то, так же, как и они, прогуливался, а кто-то торопливо срезал путь до ближайшей автобусной остановки. Римма нетерпеливо затеребила его за рукав. Она, похоже, не умела долго молчать
- Дальше-то что было…?
- Дальше…? А мне Ефим Анатольевич и говорит, что учиться никогда не поздно… Типа, я, вон какой весь из себя, чуть ли не в сорок пять пошёл на второе высшее…и вообще, вы все лентяи и лоботрясы… Ну я ему и…сказал, что читать лекции, да с пьяну перед женщинами повыпендриваться мы все горазды.
- И он после этого на тебя не обиделся…? – Римма даже остановилась и, ухватившись за его локоть, посмотрела на Ивана снизу-вверх, подслеповато прищурясь. Только сейчас он заметил, что у неё были проблемы со зрением – так-то она видела всё почти нормально, только чтобы рассмотреть что-либо вблизи, ей приходилось щуриться. Кажется, это называется близорукость…или по-другому как-то… Неважно. На самом деле это было так мило и забавно, что Ивану нестерпимо захотелось поцеловать эти глаза, которые смотрели на него так преданно и заинтересовано… Но он сдержался, потому что кругом были люди.
- Конечно, обиделся, но промолчал. На следующий же день он припёрся ко мне в мастерскую и почти целый час терзал меня всякими вопросами… Типа, а это что за штуковина, а как она работает и для чего она нужна… Или как сделать то-то и то-то…какие бывают породы древесины и марки клея… Короче, устроил мне форменный экзамен по столярному делу…
- А ты и вправду всё это знаешь…? – от удивления глаза у неё стали совсем круглыми – ведь этому надо долго учиться. Я, вон, пять лет в институте училась…и то мне иногда кажется, что я ничего толком не знаю…
- Конечно, я же всё-таки столяр… – тут же, смутившись, что это прозвучало как-то немного хвастливо, Иван начал торопливо объяснять – Понимаешь, порой, люди годами копят совершенно ненужные и, по большому счёту, бесполезные знания… Чтобы потом всё это благополучно забыть. Когда нет практики, то вся теория никому не нужна… А бывает и так, что без всякого образования можно добиться очень многого…если не лениться и всё время совершенствуя свои навыки.
Иван и сам не понял, как это у него всё так складно получилось.
- Обалдеть…
- Не понял… Что, значит, обалдеть…? В каком смысле…? – возглас Риммы привёл его в замешательство.
- В прямом… Не каждый профессор сможет так сказать… Слушай, ты случайно нигде не преподавал… В каком-нибудь университете…
- Что ты, Римм, в самом деле. Я что, похож на книжного червя…
- Господи, Ванюша, сколько же в тебе, оказывается, скрытых талантов… Нет, я точно не зря в тебя влюбилась… Помнишь Попандопуло из «Свадьбы в Малиновке» …? И шо я в тебя такой влюблённый…
Римма, встав на мысочки, закинула ему на шею руки. Даже приподнявшись, она всё равно была ниже Ивана чуть ли не наголову. Секунд десять они молча смотрели друг на друга, а потом…
-… А потом, где-то через неделю, он принёс мне пачку документов. Протокол заседания экзаменационной комиссии, табель учёта посещения занятий, свидетельство о прохождении курса обучения и диплом об окончании с присвоением звания. Причём всё настоящее, с живыми печатями и подписями…
- Да, ну нафиг… Так не бывает… Правда, что ли…? – Римма отреагировала так непосредственно и живо, прямо-таки по-детски, что Иван расхохотался.
- В том-то и дело, что всё так и было…
Смеялся он ещё и не только над реакцией Риммы. Он вспомнил смешную историю про посещение старым евреем врача-проктолога
- Все Ваши проблемы, уважаемый, из-за клочка газеты, который у Вас там застрял…
- Правда, что ли…?
- Не знаю… Хотя подождите, я посмотрю повнимательнее… Нет, скорее всего, это «Известия» …
Конечно же он не стал рассказывать Римме этот анекдот, но смех разбирал его ещё долго. Наконец успокоившись, Иван посерьёзнел
- Вот, так вот, Римма Юрьевна я стал столяром шестого разряда…
- И что… Просто так вот бесплатно взял и принёс документы…?
- Ну, две с половиной тысячи рублей я потом ему заплатил…
- Значит, всё-таки не бесплатно…
- Это, считай, что даром… Потому что когда я занимался этим вопросом самостоятельно, с меня просили минимум двадцать тысяч…
…Так похожа всё-таки Римма на Светку Фёдорову или нет…? Уже в который раз он ловил себя на мысли, что невольно сравнивает Римму со своей, теперь уже бывшей, одноклассницей. Нет, ерунда всё это, бред полнейший, в очередной раз думал про себя Иван и опять пытался их сопоставить – во-первых, Светка, то бишь Светлана Павловна была ровесницей Ивана, а значит и, соответственно, старше, чем Римма (чёрт, он даже не удосужился узнать сколько ей лет), а во-вторых, совсем разные у них типы характеров и внешность…разве что волосы одного цвета. Тем более что Римма блондинка крашенная, а Светка натуральная…
…Сквозь стеклянную входную дверь Иван увидел невысокую и хрупкую на вид светловолосую девушку, которая, сдав в гардероб верхнюю одежду, стояла у окошка регистратуры. Они с бабушкой уже опаздывали на приём ко врачу и потому обращать внимание на окружающих было просто некогда. Торопливо сдав свой пуховик неопрятной и ворчливой старушке-гардеробщице, он обернулся чтобы посмотреть на девушку. Она к тому времени получила уже свою медицинскую карту и талон на приём к специалисту и стояла возле огромного, от пола до потолка, зеркала и внимательно что-то читая в своей медкнижке. Что-то, в ней показалось Ивану очень знакомым. Бывает так, что увидел какую-то простенькую картинку или занятную вещицу и возникают сразу же интересные ассоциации на эту тему. Нет - это не де жа вю в классическом понимании медицинского термина, а, скорее, какое-то необъяснимое желание что-либо вспомнить или пофантазировать. Тем более, что в четырнадцать лет сознание сформировалось ещё не полностью, но фантазии на различные темы начинают цвести буйным цветом. Чёрт, это же Светка из восьмого "А", как он мог её не узнать – вихрем пронеслось в голове у Ивана. Точно она... В "А" классе учились одни отличники и хорошисты – дети начальников и просто весьма обеспеченных родителей. Одни только сборы на классные нужды составляли около двадцати-тридцати рублей в месяц. Такая практика в советских школах была практически повсеместной и тут уж, как говорится, не стоило и дёргаться, коль рылом не вышел... Бабушка тоже проводила эту девушку долгим и заинтересованным взглядом
- Это кто...? Светка что ли...?
- Ну, да... А ты-то откуда её знаешь...? – Иван от удивления даже остановился.
- Да, уж, вон какая мадама выросла... С первого раза и не признаешь... Ну чего встал... Давай бегом... Мы и так уже на приём опоздали... Если сейчас врач нас не примет, то проторчим тута цельный день... А мне на работу нужно...
Этот эпизод в жизни Ивана пролетел очень быстро. Пролетел подобно метеору, сгоревшему в атмосфере. Яркая вспышка в далёком ночном небе, куча загаданных, или наоборот не успевшие быть загаданными, желаний и...и всё – больше никаких воспоминаний и вопросов. И только потом уже, когда Иван сумел-таки всеми правдами и неправдами пробиться в девятый класс, он узнал откуда бабушка его знала Светку. На самом деле учился Иван в школе из рук вон плохо. И не потому даже, что был таким двоечником или отъявленным шалопаем и оболтусом – просто тогдашняя система образования не давала возможности полностью раскрыть все способности ученика. Именно сама система, которая всё усредняла и нивелировала, плюс лень и природное упрямство. Из трёх восьмых классов собирали один девятый, в который попали все те, за кого просили родители, ну и малая толика более или менее способных. В итоге, Иван снова встретился со Светкой. И когда он стал с ней встречаться, бабушка-то и проговорилась. Когда-то, очень-очень давно, в то время как училась Ванина мама в школе…кстати, в той же самой что и он сам, у неё была подруга. Они вместе учились вплоть до десятого класса. Потом жизнь их, как водится, развела. Обе вышли замуж. Только Марина Яковлевна пошла работать на завод. Потом с перерывом в шесть лет родила двоих детей – девочку и мальчика. И больше уже не работала. А Ольга Николаевна пошла учиться и только потом, получив высшее образование, родила девочку. Встретились они совершенно случайно, на улице, прогуливаясь с детьми – Марина с младшеньким, а Ольга с первенцем. И дружба их вновь возобновилась. С тех пор довольно часто Ольга Николаевна стала появляться вместе с дочкой в доме на Полевой улице. Там, в половине большого деревянного дома жили Ваня со своей старшей сестрой Сашей, Марина Яковлевна их мама, Павел Степанович их отец и дедушка с бабушкой – Яков Казимирович и Лариса Анатольевна.
- Так, получается, что мы были в детстве знакомы… – в приступе дикого удивления и полного непонимания Иван даже подскочил, когда бабушка рассказывала об этом.
- Ну, да в одном манеже ходить учились и одними игрушками играли…
- А что потом…?
- Суп с котом… Разъехались все… Вы в Черкасский, мы с дедом в Глиняный. А как Марина умерла, так и вообще ни слуху, ни духу…
- А как же ты там, в поликлинике её узнала...?
- Как, как... Родинка на шее у неё приметная... Ни с кем не спутаешь...
Весь девятый и десятый класс Иван посвятил не учёбе, а только ей, Светке. Они даже целовались вечерами в скверике возле пруда. Было такое место у них на районе. Все одноклассники, как один, считали их состоявшейся парой. И пусть рассказывали про неё всякое, Иван тоже так считал... Но, кончился десятый класс, закончилась и школа, а дальше... Ничего... Иван сначала пошёл работать, практически сразу после экзаменов, по осени. Через год же настигла его армия. Выйдя оттуда, попытался Иван разыскать Светкины следы, но безуспешно. Так и затерялась Светлана Павловна на жизненных просторах. Оставшись в сердце Ивана яркой полосой. Чуть погодя, где-то года через три после армии закончилось у него терпение, да и сам процесс ожидания, собственно говоря, кончился тоже. Лишь иногда, где-нибудь на периферии сознания, нет-нет, да и возникала мысль о том, что встреча со Светланой вот-вот должна состояться. Встретившись в раннем детстве, познакомились в юности – а узнать друг друга поближе надо было бы в зрелом возрасте. Прикинул Иван ещё годков через пять, что сводит судьба их раз в четырнадцать с половиной лет. И решил всё-таки дождаться своего часа. Правда, уже и тридцатник прошёл... А встреча так и не состоялась.
Рассказывая всё это Римме, Иван вдруг совершенно чётко сообразил, что никому и никогда об этом не рассказывал.
- Так, значит, ты говоришь, что мы похожи... А когда у неё день рождения...? – вопрос Риммы, если честно, застал его врасплох. Когда-то, больше двадцати лет назад, он помнил об этом – дарил цветы и подарки – а теперь, вот, даже приблизительно вспомнить не мог. За время ожидания встречи забылось очень многое – и дата рождения, и сам облик, собственно говоря, остался только в общих чертах. Прошло уже так много времени, что остались от любви лишь расплывчатые воспоминания, да, затухающая уже, боль в душе о несбывшихся мечтах.
Ссылки на предыдущие части цикла: