1024 подписчика

Почему мы живем в сокращенном эмоциональном режиме и стремимся быть не вполне живыми?

16 февраля16 фев

5 мин

Самая большая трудность человеческого вида — это способность испытывать и переживать эмоции. Почему это трудность? Само по себе переживание эмоций — дело не смертельное, но проблема в том, что не каждый человек способен проделывать большую непрерывную работу, позволяющую эти эмоции усваивать, управлять ими внутри и перерабатывать. Для успешной переработки переживаний требуется развитость и целостность психического аппарата, то есть, хорошо функционирующая психика. Чем меньше психический аппарат способен к переработке эмоций, тем скорее он постарается этих эмоций избежать. И тогда избегание эмоций становится одним из главных видов активности нашей психики, берет верх над всеми другими способами психического функционирования и развивается в симптом. В нашей психике существуют защитные структуры, чтобы защищать нас от психической боли, выполнять эту функцию внутреннего камуфляжа. Точнее не так, мы сами их создаем, и чем больше для нас непереносимо, тем больше психических защит – отрицание

Оглавление

Мы часто не можем позволить себе заплатить эмоциональную цену
Мы отчаянно защищаемся от психической боли
Мы находим кучу веских причин не думать о чувствах

Мы часто не можем позволить себе заплатить эмоциональную цену

Чем меньше психический аппарат способен к переработке эмоций, тем скорее он постарается этих эмоций избежать. И тогда избегание эмоций становится одним из главных видов активности нашей психики, берет верх над всеми другими способами психического функционирования и развивается в симптом.

Мы отчаянно защищаемся от психической боли

В нашей психике существуют защитные структуры, чтобы защищать нас от психической боли, выполнять эту функцию внутреннего камуфляжа. Точнее не так, мы сами их создаем, и чем больше для нас непереносимо, тем больше психических защит – отрицание, вытеснение, изоляция, проекция, рационализация, интеллектуализация, сублимация.

Сначала мы пытаемся «сбросить», эвакуировать все свое непереносимое психическое во внешний мир, отринуть от себя, это мол не мое:

Приписываем отщепленные части себя другим (проекция), отрицаем очевидное, убеждаем себя, что я не такой и этого не было. Ну а что, нормальная такая защита. Только потом все это наше отщепленное возвращается в виде сформировавшегося вокруг нас преследующего, нападающего, агрессивного и опасного мира.
Остальное «сбрасываем» в тело в форме психосоматического заболевания, потому что многим физическую боль терпеть гораздо легче, чем психическую.
«Отыгрываем» в бесконечных компульсивных действиях (спорт, трудоголизм, маниакальная активность, изнурительная физическая работа и пр.)
А еще непереработанные эмоции эвакуируются в «тело общества» в таких формах как антисоциальное поведение, преступность или коллективные массовые сборища.

Мы находим кучу веских причин не думать о чувствах

То, что не удается спроецировать вовне, «разрядить» моторикой или «слить» в тело, все-таки достигает нашего сознания. Но, поскольку оно нам не нравится, мы это срочно вытесняем, рационализируем (находим убедительные для себя причины), интеллектуализируем (подводим научную базу), сублимируем, наконец.

Но все равно еще много «сырого» непереработанного материала сохраняется в пространствах психики – это так называемые протоэмоции — неметаболизированные предшественники эмоций, «хаос человеческого сердца». И эти «сгустки» протоэмоций формируют, например, фобии (если общая стратегия личности - избегание), обсессии (если стратегия – контроль) или ипохондрию (если стратегия – удержание).

Мы выбираем жить в урезанном эмоциональном режиме

Но нашу главную стратегию - избегание - можно обнаружить в каждой психике. Вместо того, чтобы проживать пламенные страсти, мы гасим их в обыденности, усталости, повторе, скуке, рационализации и интеллектуализации для того, чтобы не «выдергивать чеку» из нашей эмоциональной гранаты. Выбираем знакомый и понятный опыт «прирученных» аспектов нашей личности, страшась возможных новых эмоциональных измерений. Так и живем в редуцированном (сокращенном) эмоциональном режиме.

Мы стремимся быть не вполне живыми

Наши психологические защиты по большей части успешно справляются со своей целью — скрывают природу коренного внутреннего конфликта любого субъекта. Эрнест Бекер в книге «Отрицание смерти» говорит: «Ирония человеческой ситуации состоит в том, что глубочайшая потребность человека — быть свободным от тревоги, связанной со смертью и уничтожением, но эту тревогу пробуждает сама жизнь, и поэтому мы стремимся быть не вполне живыми».

Быть не вполне живыми, не испытывать эмоций, не переживать, не чувствовать, не мыслить — нам кажется, что так жить легче. Однако, ирония еще и в том, что именно такой образ жизни и приближает нас к смерти быстрее всего.

Что же делать?

Начать думать и смотреть в сторону изменений к лучшему.
Войти в пространство, в котором изменения возможны (и первый шаг вы уже сделали – вы уже в этом канале и читаете этот текст).
Начать понемногу возвращать себе чувство живости и открытости миру, не бояться своих эмоций и чувств, все больше активно "включать" свои восприятия окружающего мира на полный диапазон.
Начать открывать для себя краски жизни, запустить вновь интерес сначала к себе, потом к людям, стремиться создавать отношения (даже если поначалу они будут получаться только с психотерапевтом, а это уже хорошо).
Отношения - самый важный аспект в жизни. Мы развиваемся и растём в отношениях. Есть такое расхожее мнение, чтобы духовно вырасти — это надо уединиться в пещере и там "просветляться". Нет. Духовно вырасти можно только ежедневно "практикуясь" в живых человеческих отношениях. Кроме того, это ещё и интересно, как считаете?

Буду благодарна, если вы поставите лайк и подпишитесь - это помогает каналу развиваться. Спасибо, что читаете!

Запишитесь на сессию здесь или свяжитесь со мной по удобному для вас контакту в Профессиональное резюме

Для более приватного общения приглашаю в свой Телеграм-канал "Мне только спросить".

ЧИТАЙТЕ ДАЛЕЕ: