На дворе вот-вот должно было наступить новое тысячелетие, а в жизни ничего не менялось: все так же он делился на тех, кому были доступны все блага жизни и на тех, кому вообще мало что доступно. И это правило вполне распространялось на одну из комнат общежития: трое девчонок уже две недели питались одной картошкой, тогда как четвертая каждый завтрак ела бутерброды с маслом и домашней колбасой, а обедала той же картошкой, но с сочными котлетами или с подливой. От этих запахов в желудках урчало, но соседки делали вид, что все в порядке.
Насте родители высылали денег раз в месяц, но она умудрялась спустить их в первую же неделю и потом сидеть на вынужденной диете.
Тане ничего не передавали, ее отец был алкоголиком, а мать тянула на себе младших, так что она сразу же после поступления устроилась на подработку промоутером. Платили немного и нерегулярно, отсюда и часто пустующий холодильник.
Марине передали только мешок картошки и три банки варенья в сентябре – она была сиротой, воспитанной теткой, и рассчитывать могла только на себя. Хорошо хоть ей платили пенсию, но и с ней она была самой тощей из всех девчонок, хотя Настя и Таня ее всегда угощали в свои лучшие времена.
Ольга не угощала никого. С самого первого дня она вела себя высокомерно, заявив, что не сегодня-завтра отец снимет ей комнату в квартире, так что она здесь ненадолго, поэтому дружить ей с ними незачем.
Так-то все было ничего, но очень хотелось вкусненького, особенно по вечерам. Все они скучали по дому, по семье, даже Марина – какая-никакая, а все же тетка и конфет ей шоколадных иногда покупала. Особенно Марина любила «Ласточку».
- Таня, - обратилась она однажды к соседке. – А нельзя как-то к тебе на работу устроиться? Берут там еще промоутеров?
- Не знаю. Но я спрошу, - пообещала Таня.
Так Марина тоже стала работать. Это оказалось не так просто, особенно когда приходилось работать в магазинах – смотреть весь день на всю эту вкусную еду просто невозможно.
Однажды она стояла в магазине, приглашая купить палку колбасы определенной марки и получить купон на скидку. Покупатели были не особо активны, и время тянулось так медленно, что казалось Марине просто бесконечным. И тут подошли три парня. Сначала они не понравились Марине – она уже насмотрелась таких. Но они оказались не такими наглыми, как другие, и быстро от нее отстали, поняв, что она не желает знакомиться. Но один из них долго продолжал ей улыбаться, а, расплачиваясь на кассе, спросил:
- Какие конфеты вам больше всего нравятся?
Она хотела сказать про «Ласточку», но постеснялась. Растерянно осматривая витрину, она указала на первую попавшуюся коробку.
- Можно мне такую? – спросил парень у продавщицы.
Она смерила Марину недовольным взглядом и отправилась на поиски нужной коробки конфет.
- Закончились, - пробурчала она.
- Ну а те, в витрине? – не унимался парень.
Продавщица закатила глаза и выбралась из-за прилавка. Громыхая ключами, она открыла витрину и достала коробку.
Рассчитавшись, парень подошел к Марине и протянул ей конфеты.
- Это вам, - сказал он. – Для хорошего настроения.
Марина растерялась, как-то неловко поблагодарила его.
В общежитие она ехала в предвкушении, какой прекрасный вечер их ждет, как она сейчас угостит соседок, впервые за все время она их угостит, а не они ее. Все они так давно не ели ничего вкусненького…
Девушки сели втроем за столом – Ольгу Марина тоже позвала, но та отказалась. Когда чайник закипел, Таня заварила для всех чая, а Настя достала засушенные апельсиновые корочки. Марина раскрыла коробку и … Внутри ничего не было, кроме скомканных фантиков. Она сразу показалась ей слишком легкой, но думала, что там что-то вроде птичьего молока. Все трое молча смотрели на пустую коробку. А потом Марина внезапно расплакалась. Какая же она неудачница – выбрала единственную коробку, которая была только на витрине, выполняя роль муляжа, а не конфет.
Подружки принялись утешать ее, но Марина никак не могла успокоиться.
И тут подошла Ольга. Она положила на стол молочную шоколадку, а потом, подумав, добавила пачку сливочного масла и ветчины из холодильника.
- Давайте чаю, что ли, попьем, - неловко сказала она.
Все так удивились, что не могли произнести ни слова, даже Марина замолкла. А потом она еще сильнее разрыдалась, и теперь уже все трое принялись ее утешать. А потом они все вместе пили чай. И это действительно был прекрасный вечер.
Другие мои рассказы: