- Павел! Может, вы там… в шахтоуправлении, что-то перепутали?.. Выпускник Горно-металлургического… диплом с отличием, характеристика… Ну, Гордеев, и Гордеев. Что, – мало Гордеевых?.. Сам подумай! Это же просто несовместимо! Тот мальчишка… сын Алексея Гордеева, – и выпускник Горно-металлургического… да ещё – диплом с отличием!..
- С отличием, – хмуро подтвердил Нефёдов.
- Да ты просто не помнишь Андрюшку Гордеева! Первый школьный шалопай! Ты просто ни разу не ходил на родительские собрания! А потом он в интернате учился! Какой диплом… к тому же – с отличием!
- Вспомни ещё, как он из рогатки разбил окно в моём кабинете.
Лариса Вадимовна растерялась:
-Нуу… разбил. Так это что… – точно он?
- Окно? Точно он. Сам же Алёшка и застеклил потом.
-Павел!.. Какое окно! Точно ли, что новый горный инженер – сын Алексея Гордеева?
- Он уже в шахту спустился. – Нефёдов – туча тучей… – прошёлся по комнате: – Новая лава его сильно интересует.
Заметил: жена и дочь переглянулись.
- И – что?.. Вот прям – диплом с отличием? – задумчиво поинтересовалась Лариса Вадимовна.
Нефёдов сдвинул брови:
- Я ей – про новую лаву… а она – про диплом твердит мне!.. Он… этот… Он без моего разрешения в шахту спустился, – будто к себе домой! От Мещерякова избавился… а тут – другой умник явился!.. Ещё похлеще! Ладно! У меня на «Светлореченской» он не долго будет инженерить! Я его сошлю… сошлю подальше, чем Мещерякова! Подальше, чем «Матвеевская»! С такой характеристикой сошлю, что примут его только в горнорабочие!
Марина, как и мать, с задумчивым интересом взглянула на отца и вышла.
Лидия Вадимовна покачала головой… и согнутым пальцем бесцеремонно стукнула мужа в лоб:
- В своём уме!
Нефёдов озадаченно потёр ушибленное супругой место:
- Ты… что?
- Это ты – что!.. У дочери жизнь рушится, а он… Заладил: сошлю, сошлю!
Павел Константинович решительно не понимал, что так разгневало Ларису:
- При чём здесь наша дочь? Этот…
Лариса Вадимовна перебила мужа:
- Не этот! А – горный инженер Гордеев! Ты, Нефёдов, забыл, как надо встречать прибывших на шахту молодых специалистов? Да ещё – таких, что с красным диплом институт окончили! Вот что. Соберёмся у нас дома.
- Дома?.. – бестолково переспросил Павел Константинович.
- Дома получится теплее… и душевнее, чем в шахтёрской столовой. Мы с Мариной сами всё приготовим. Ты только скажи Фёдоровне, чтоб пришла помочь нам… Ну, и Танюшку пусть с собой возьмёт. Сделаем всё – по высшему разряду, как положено.
- Лариса!..
- А как же! Не каждый день на «Светлореченскую» приезжают молодые специалисты! Начало трудового пути надо отметить так, чтобы запомнилось! Чтобы у мальчишки всё удачно сложилось, – и в работе… и в личной жизни!
-Это… чтоб я ему ещё и личную жизнь организовал?
- Марина и Андрей без тебя разберутся! Ты слышал? Распорядись, чтобы Фёдоровна и Танюша пришли нам помочь! Завтра! В столовой Зинаида сама справится!
- Марина и… Андрей?
-Над настоящей любовью не властны ни годы, ни разлука! Настоящая любовь всё победит! – Лариса Вадимовна даже слезинки с ресниц смахнула. – У Мариночки и Андрюши была такая чистая любовь!.. Так трогательно он дарил ей пролески – самые первые! Он носил бы её на руках!.. И где взялся этот Стасик Бояринов! Мариночка ошиблась… – с кем не бывает! Но я уверена: они, Андрюша и Марина, встретятся… увидят друг друга, поговорят… и поймут: их любовь никуда не ушла.
- Лариса!.. Ты же сказала… что Марина беременна! Какая любовь!
- Какая любовь?.. Тебе сказано: послезавтра соберёмся у нас – отметим и Андрюшин диплом с отличием, и его назначение на «Светлореченскую». А там… Видно будет.
- И что ты увидишь?
- У Марины срок совсем маленький. И вообще, – это наше, женское, дело.
- Ты… о том, чтоб этот… чтоб он стал нашим зятем?
- А тебе что-то не нравится?.. Подумай о том, как Мариночка утрёт нос Бояриновым! Кстати: ты же знаешь, что ни в какой Киев… и на какую стажировку Стасик не поедет. Ещё вопрос: удержится ли он в финансовом отделе райисполкома, когда Дмитрию Викторовичу придётся вернуться в Зорькино, механиком в совхозный гараж. Без отца Стасик совершенно несостоятелен.
Павел Константинович раздражённо пнул мягкие домашние тапочки: умеет же Лариска – соль на рану!.. Не первый день идут упорные разговоры о том, что Бояринова освободят от должности заместителя председателя райисполкома – за крупные неполадки в работе финансового отдела…
-А Андрюша – молодец! Вот каким упорным оказался! И сам всего добился! И ещё большего добьётся!
Нефёдов не сдержался:
- Помолчи! Накаркаешь, ворона!
Лариску остановить – не так-то просто:
- Сам ворона! Делай, что тебе сказано! Я лучше тебя знаю, – что Марине надо для счастья!
Обедать Нефёдову расхотелось.
К тому же хорошо знал: у Лариски и на завтрак, и на обед, и на ужин – бутерброды с чаем…
Позвонил Надежде. Рявкнул в трубку:
- Свешникова с «Волгой» ко мне! Срочно! Чтоб через минуту был около моего дома!
- Через минуту не будет, Павел Константинович, – ответила Надя.
- Чего?!..
- Свешников в райцентр уехал – с Лидией Матвеевной из планового. У неё совещание.
- Какое к… на… совещание!.. Твоя Лидия Матвеевна не знает расписания рейсового автобуса?!.. Это что за… Это что за нововведение на шахте: на совещания ездить на директорской «Волге»?! Морда у Лидии Матвеевны не треснет? Вы там что, – совсем…
Надежда напомнила:
- Павел Константинович, вы сказали, что сегодня в шахтоуправление не вернётесь.
- Отчитываться перед вами?!
Пришлось открывать гараж, заводить любимую белую «семёрочку», которую Нефёдов пуще ока берёг… пылинки сдувал с ласточки своей…
Начальник смены Камынин сказал, что новый горный инженер на-гора не поднялся: похоже, остался в забое до вечера…
-Он там что, – вспомнил, как горнорабочим работал? Уголёк решил порубить?
- Новую лаву осматривает, – объяснил Камынин.
- И что же его так заинтересовало в новой лаве?
- Сказал, что что утром, на планёрке, познакомит инженерно-технический состав с замечаниями по новой лаве.
-На планёрке… что сделает? – оторопел Нефёдов.
Камынин устало закурил:
- С замечаниями познакомит. Там много.
- Много?.. Нуу, паршивец!.. Он-то кто такой, чтоб замечания делать! Дня не проработал на шахте! А – туда же! Замечания у него! Ты, Роман Васильевич, скажи диспетчеру, чтоб передал в забой: сопляку этому… горному инженеру Гордееву – зайти ко мне! Сразу, как поднимется! Я разберусь с его замечаниями – без утренней планёрки. Времена пошли, Камынин!.. Паршивец этот учить меня собрался!
Камынин угрюмо промолчал.
Горный инженер Гордеев поднялся на-гора вечером, со второй сменой.
Как был, – в спецовке, – заглянул в кабинет директора шахтоуправления:
- Вызывали, Павел Константинович?
- Заходи. Чего на пороге-то встал?
Нефёдов насмешливым взглядом окинул почерневшую от угольной пыли спецовку:
- Обновил?.. Край надо было – спецовку испачкать? За этим в забой спускался?
-Павел Константинович, у меня ряд замечаний по открытию новой лавы.
Директор шахтоуправления небрежно кивнул:
- Что там у тебя? Давай… свой ряд.
-Мне нужны главный инженер, механик и инженер по технике безопасности.
-Серьёзно, – ухмыльнулся Нефёдов. – Может, сначала меня познакомишь, – с тем, что ты там… назамечал?
- Замечания касаются всех. Поэтому я скажу о них на утренней планёрке. Разрешите, – я в душ.
Павел Константинович посмотрел Гордееву вслед:
Нуу, паршивец!.. Ты у меня отправишься горным мастером – на «Верхнедементьевскую».
Дома Лариса встретила вопросом:
- Ты пригласил к нам Андрея? Ты обязательно скажи ему, что Мариночка ждёт его… и будет очень рада встрече. Они так давно не виделись! Им есть о чём поговорить!
- Да не трещи ты, сорока! Без тебя тошно, – поморщился Нефёдов. – Чай завари. И бутерброд сделай.
Продолжение следует…
Начало Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5
Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10
Часть 11 Часть 12 Часть 14 Часть 15 Часть 16
Навигация по каналу «Полевые цветы»