Вердер взбежал по стертым ступенькам на стену, оставив внизу Деглара и его ученика. «Зачем спрашивала? Страшно ей потому что. Очень страшно. Думала, скажут ей что-нибудь такое, что убедит ее не идти». Не тратя времени на поиски крюка и веревки, Вердер перелез через гребень и стал спускаться при помощи одних рук, цепляясь за щели в каменной кладке и угрюмо бормоча про себя:
- Обещала ведь вести себя смирно, чародейка хилтова! Дождалась момента и снова за старое! Поймаю, уши надеру…
Вердер спрыгнул на землю, настороженно вглядываясь в темноту. Почти сразу он вспомнил, что не взял с собой меч, оставшийся в месте ночлега. Он вышел безоружным против всех тварей, что обитали во мраке ночи. Возвращаться было поздно, поэтому Гидеон решительно прогнал дурные мысли и попытался определить, в каком направлении находится ближайший от крепости бастион, к которому собиралась «прогуляться» Эльза. Сквозь ветви деревьев пробивался слабый свет, возможно его источник находился как раз на бастионе, и Гидеон направился в ту сторону, чутко прислушиваясь к звукам, доносящимся из скопища теней. Под ноги услужливо легла заросшая травой тропинка. Расстояние до бастиона по его прикидкам составляло не более ста саженей, но на каждом шагу здесь могла подстерегать бесшумная и стремительная смерть, облеченная в самые устрашающие формы. Однако половину пути Вердер прошел без ненужных приключений. Один раз ему послышалось какое-то приглушенное расстоянием ворчание, которое не мог издавать обычный зверь, но, существо, его издававшее, находилось достаточно далеко.
На середине дороги он остановился, заметив нечто необычное в стороне от выбранной им тропы. За переплетением густого кустарника разгоралось алое свечение, не похожее на свет костра или масляной лампы. До бастиона оставалось еще достаточно большое расстояние, вряд ли стоило надеяться встретить здесь патруль легионеров. Никто из халитинцев, находясь в трезвом уме, не покинет укрепленные стены после захода солнца, когда по окрестностям шастают в поисках жертв создания наподобие Глыбы или чудовища у реки Сеталь.
Прикинув в уме, что способность излучать свет не входит в известные ему свойства Пораженных, Гидеон решил рискнуть и убедиться в этом лично. Стараясь сильно не шуметь, он пробрался сквозь сплетение гибких ветвей и очутился на открытом пространстве. Поросший низкой травой склон, начинаясь у его ног, через двадцать шагов исчезал в темноте. Алое свечение исходило от начертанной прямо на земле большой пятилучевой звезды, в центре которой, спиной к Вердеру стояла на коленях девушка с распущенными волосами. Сначала он не узнал ее, наверное из-за непривычной одежды - длинного белого платья, похожего одновременно и на погребальный саван и на подвенечный наряд, только разорванного на спине до поясницы. Когда она слегка повернула голову, Вердер вздрогнул – перед ним несомненно находилась Эльза Дер Махт, хотя он видел только ее висок и щеку, окутанные зловещим алым сиянием. Она больше никак не отреагировала на его появление, смотря куда-то в колышущееся переплетение ночных теней. В этой сцене чувствовалась некая странность, словно все происходило в ночном кошмаре, насланном злым колдовством. Что девушка делала одна в месте, где опасно находиться даже ясным днем с хорошо вооруженным отрядом? Совершала какой-то непонятный его разуму ритуал? Открывала врата в Великую Тень?
- Эльза! – Негромко позвал девушку Гидеон.
Она не удостоила его ответом, сохраняя оцепенелую неподвижность. Не дающий тепла свет, исходящий от перекрещенных лучей пентаграммы стал интенсивнее, насыщенней. В наэлектризованном воздухе разлился запах, какой бывает после недавно прошедшей грозы. Что-то приближалось к ним из мира вечной ночи, понял Вердер – огромное, невидимое, невыносимо страшное, и Эльза покорно ждала этой встречи. Что оно сделает, когда прорвется в подлунный мир? Сожрет их обоих и кинется дальше, уничтожая все живое и неживое на своем пути?
Сделав три быстрых шага, он дотронулся рукой до ее плеча, и молодая волшебница замедленным, как в толще воды движением, обратила к нему лицо с закрытыми глазами - она будто спала или находилась в глубоком трансе. Вердер с трудом сдержал сдавленный возглас, увидев, что нежный рот девушки плотно стягивали суровые нитки, безжалостно продетые прямо сквозь кожу. Кровь из дыр, оставленных толстой иглой, запачкала ее подбородок и ворот белого платья.
- Эльза!!! – Выкрикнул Вердер. – Кто посмел?!
Девушка открыла глаза, пустые, черные и бездонные, похожие на две чумные ямы, которые не успели или забыли вовремя засыпать землей.
- Тебе это не остановить, солдат Гидеон Вердер. – Не размыкая сшитых между собой губ, произнесла она чужим низким голосом.
Хрипло вскрикнув Гидеон отпрянул назад, и… наваждение схлынуло.
Он был совершенно один. Никого и ничего рядом, алая пентаграмма на земле исчезла не оставив следа. И никакого намека на присутствие Эльзы Дер Махт. Все произошедшее ему просто-напросто померещилось.
- Хилтовы слюни! – Гидеон потряс головой, чтобы прогнать остатки морока. – Я вроде сегодня ничего крепкого не пил!
Вердер поспешил убраться из этого нехорошего места, пока ночь не вздумала преподнести ему какой-нибудь новый неприятный сюрприз. Хотел бы он знать, с чем ему довелось столкнуться – с чьим-то недобрым волшебством, направленным специально против него, или это сами окрестности проклятого замка Шабверды Инхелейм рождали чудовищные галлюцинации.
Скоро в темноте нарисовалась громада бастиона с одним единственным зажженным фонарем на стене. До укрепления оставалось шагов пятьдесят, когда уже слышанное Гидеоном ранее ворчание неизвестного существа прозвучало намного ближе. Такой горловой рык издает разъяренный пес, готовый вцепиться кому-нибудь в глотку, только рычание этого неведомого «пса» звучало намного мощнее собачьего. Его мог издавать пес величиной с дом, заболевший бешенством. Пригнувшись, Вердер соскользнул с тропинки, где он оставался бы на виду для любой ночной твари, и неподвижно замер среди трав. Вокруг замолкли даже комары и сверчки. Что-то тяжело ударило в землю в каком-то десятке саженей от него, затем удар повторился. Тот, кто бродил во мраке, сотрясал своими шагами почву, и встреча с этим созданием не сулила ничего хорошего.
Проклятое любопытство повлекло Вердера вперед. Он прополз несколько саженей и приподнялся над землей, чтобы посмотреть на то, что пожаловало из тьмы. И сразу же на него кто-то налетел на бегу всем телом, едва не сшибив застигнутого врасплох Гидеона с ног. Навыки мастера варгу сработали на уровне рефлексов, убирая тело Вердера с линии возможной атаки и отправляя в сторону нападавшего разящий удар ребром ладони, способный расщепить полено. Но те же рефлексы позволили Гидеону в последний момент удержать руку в миллиметре от тонкой шеи Эльзы Дер Махт. Ему пришлось подхватить ее, иначе бы девушка упала. Вердер почувствовал, как ее колотит озноб - Эльза мелко дрожала всем телом, от холода или страха, а может от того и другого одновременно.
- Это точно ты? Ты настоящая? – Недоверчиво спросил Вердер, хотя сам уже знал ответ на свой вопрос. Эльза выглядела так же, как и час назад, когда она покинула замок – никакого рваного платья и изуродованного рта, привидевшихся ему в кошмаре наяву. В его руках пойманной рыбкой билась настоящая Эльза, только ее глаза из льдисто-синих стали почти белыми от ужаса.
- Сейчас же отпусти меня! – Эльза безуспешно попыталась заставить Вердера разжать неподатливые как стальные обручи руки. – Что ты здесь потерял, солдат?! Возвращайся к своим друзьям, ты их спас и они тебя ждут!
- Что случилось? От кого ты бежишь? – Гидеон смотрел за спину девушки, пытаясь разглядеть в тенях ее преследователя, но не видел ничего, кроме густого мрака ночи.
- Ты разве глупый?! Пусти меня, или сам пропадешь! – Отчаянно прокричала Дер Махт. – Часы остановились! Пойми – они остановились! Это – все, теперь уже конец, времени больше нет! Сейчас полночь и он пришел за мной! Спасайся, беги отсюда, или он и тебя утащит туда, где солнце замерзло! – Она снова напрягла руки, тщетно пытаясь оттолкнуть Вердера. - Ну отпусти же меня, старый ты идиот! – Неизвестно куда подевалась прежняя Эльза, равнодушно-спокойная, отстраненно сдержанная, гордая как гиберианская герцогиня. Сейчас тоненькая девушка с хвостиком на затылке превратилась в настоящую фурию, и Гидеону стоило немалых усилий удерживать ее в руках.
- Никуда я тебя не отпущу. Хватит, набегалась уже, и меня заставила побегать, птица-синица. – Гидеон постарался говорить, как можно более спокойней, чтобы его слова пробились сквозь пелену ужаса, охватившего Эльзу. Прием подействовал – взгляд девушки стал несколько более осмысленным. – Ты что-то увидела и тебя это что-то сильно напугало. Скажи мне, что скрывается там, в тенях?
- Я уже ответила. – В голосе Эльзы прозвучала смертельная усталость. - Отсчет закончен. Боевую формулу не остановить, как не остановить того, кого она вызвала в мир. Ни моя мать, ни моя бабка, никто из женщин моего рода не дожил до двадцати одного года. Я последняя. На мне это проклятие и должно закончиться. Отпусти меня, солдат Гидеон Вердер, и дай свершиться тому, что должно.
- Зови меня просто - Гидеон. Не отпущу, не надейся. Так вернемся к самому началу: что за хилтова тварь притащилась за тобой из тьмы?
- У него нет известных людям имен. Но его нельзя одолеть. Моя магия и магия всех колдунов Королевств Среднего Запада против него бессильна. Мартин Холмгард, мой названный отец, пытался, перевернул все известные библиотеки, встретился со всеми светилами чародейства - у него ничего не вышло. Часы продолжали отмерять оставшееся мне время. Я не просто так покинула замок – находиться рядом со мной опасно. Уходи, пока не стало совсем поздно, или тоже сгинешь.
- Это мы еще посмотрим. – Прищурив единственный целый глаз, Вердер вглядывался в ту сторону, откуда прибежала девушка, где ворочалось нечто еще более темное, чем ночная тьма. Повторившийся многоголосый рык не мог принадлежать глотке ни одного живого существа, обитающего под этими небесами. В лицо ему дохнуло холодом и зловонием иномировой бездны, и Вердер увидел, как трава впереди стремительно покрывается коркой инея.
Оно шло, уверенное в своих силах, непобежденное и непобедимое, злобное, как все обитатели Великой Тени вместе взятые, голодное и алчущее, непостижимое и ужасное, ипостась предвечной пустоты, существовавшей еще до рождения первых звезд…
Крепко прижав к себе Эльзу (откуда-то у него появилась мысль: не отпущу, не отдам!), он смотрел, как на фоне мрака проступает гигантская неправильная форма, с постоянно меняющимися, будто под порывами мощного ветра, рваными краями. Ни туловища, ни выраженных конечностей, одни разверстые слепые пасти – нагромождения из сотен алчущих пастей. Поняв, что глупый человек не отступит, оно ринулось вперед – растерзать, обратить в ничто, унести в мир чудовищных грез. Черные извивающиеся пасти окружили их со всех сторон, каждая светилась изнутри алым огнем, таким же как пентаграмма в видении Гидеона.
- Ты ее не получишь. – Вердеру вспомнились слова, которые говорил ему Галь-Рикки Гальнеккен на кровавом Штормбергском поле. И он был спокоен, так же как и в том бою, в котором не собирался оставаться в живых, когда стоял один с поднятым эспадоном в руках, а прямо на него мчалась лавина вражеской кавалерии. Черные пасти нависли над Вердером, бешено щелкая челюстями перед самым его лицом, едва его не касаясь. Он покрепче обнял Эльзу, не зная, по-прежнему ли его руки держат живого человека, или безымянное нечто успело вырвать из нее душу. Однако тянулись мгновения, долгие как вечность, но пасти так и не притронулись к людям, словно их защищала невидимая, но непробиваемо прочная стена. Оно попыталось навести мороки, чтобы смутить разум неподатливого человека. Перед взором Гидеона замелькали, сменяя друг друга, лица его прошлых жертв – эталиганских разбойников, дикарей из страшного города в сердце джунглей, лицо безымянного новобранца, настигнутого в лесу, свалившегося в овраг во время бегства, одутловатая рожа приспешника вечно пьяного барона Виллема Гронингера по имени Кронмайер, порубленные его мечом королевские телохранители, и множество других лиц, все искаженные гримасами муки и гнева, взывающие к отмщению, жаждущие растерзать и утащить по клочкам в ад его собственную душу.
- Пошли вон, - пробормотал Гидеон, и лица исчезли, словно стая мошкары, сметенная порывом ветра.
«Заклятый!» - Прозвучал в голове Вердера истошный визг вилланской упырихи. «Заклятый!» – С лютой ненавистью завопили у него в голове сотни безглазых пастей.
Некогда пробужденное чьей-то злой волей, явившееся из областей, лежащих за пределами Бытия и Великой Тени, невосприимчивое к любому магическому воздействию, бесконечно свирепое и безумно голодное, оно в бессильной ярости атаковало незримую преграду, но не могло ее преодолеть. Заклятие, сплетенное мальчиком Галь-Рикки для убийцы по имени Гидеон, оказалось сильнее того, что считалось, априори непобедимым. И оно не могло притронуться к девушке по имени Эльза Дер Махт, пока Гидеон Вердер продолжал стоять между ними.
Полночь минула эпоху назад. На востоке небо начинало медленно бледнеть, что возвещало о скором наступлении рассвета. Рычащая многоглавая тень неохотно стала отползать от человека, который впервые с начала времен не дал ей получить предназначенную жертву. Когда первый солнечный луч взрезал хмурую ткань небес, голодное пятно мрака издало протяжный вой, в котором прозвучали нотки раздражения и гнева, съежилось, распалось на отдельные плавающие в воздухе кляксы, и исчезло.
Гидеон какое-то время стоял не шевелясь, пока не услышал судорожный девичий всхлип. Только тогда он сам решился перевести дыхание. Взглянув на светлую макушку прижавшейся к его груди девушки, Вердер осторожно погладил ее по волосам.
- С днем рождения, Эльза!
***
Когда они вернулись к цитадели, почти полностью рассвело. Удивлению стражи не было предела – никто из легионеров, охранявших ночью замок не думал снова увидеть Эльзу и Вердера живыми. Перед ними поспешно открыли ворота, впуская во двор крепости. Уже находясь внутри, Эльза Дер Махт стала спотыкаться, нечеловеческое испытание совсем лишило ее сил, Гидеону пришлось подхватить ее на руки и понести, так же, как накануне он нес Галь-Рикки.
- Сначала один юнец наколдовался и надорвался – рухнул, следом за ним девица решила накормить собой какую-то страхолюдину – результат тот же. Мне только и остается, что вас, впечатлительных молодых людей, по очереди таскать на ручках, точно младенцев, и складывать ровными штабельками. – Нарочито сердитым тоном размышлял вслух Вердер.
- Никто не мог остановить Безымянного. Ни один маг на свете. Никогда. – Прошептала Эльза. – Сдался Серый Корпус, сдался Бальтазар Реймер со всеми его демоноборцами. А ты - убийца, не волшебник, – сумел. Как?! Почему?!
- Об этом тебе лучше поговорить с нашим молодым чародеем, когда он придет в себя. Парнишка один раз притащил меня назад от самых врат Великой Тени. С тех пор я всякой нечисти не по вкусу. Только твари меня попробуют, так сразу и плюются.
- Про Заклятых ходят легенды. Но я ни одного в своей жизни не встречала.
- Теперь встретила. Могу где-нибудь расписаться на память. Есть при себе томик стихов, где какой-нибудь прыщавый поэт рифмует «любовь» и «бровь»? Молодые романтично настроенные девушки часто такие с собой таскают.
- Следующей ночью Безымянный вернется. – В глазах Эльзы промелькнуло загнанное выражение. - Он не может уйти, не получив свое. Я была предназначена ему еще до своего рождения.
- А я опять буду рядом и он, как и сегодня, уберется ни с чем. Откуда на тебя свалилась такая напасть?
- Это длинная история. – Эльза прикрыла веки, девушка балансировала на грани сна и яви, но усилием воли не давала себе провалиться в забытье. – Три столетия назад двадцатилетняя Ванда Дер Нахтигаль, мой предок по прямой женской линии воевала под знаменами Игнация Дер Леррана, создателя Серого корпуса. Их врага звали…
- Луциан Дер Эмбона, проклятый герцог-колдун. Я помню историю.
Эльза утвердительно кивнула в ответ.
- Ванда участвовала в битве у Камня Отчаяния, когда Эмбоне нанесли сокрушительное поражение. После проигранного сражения Луциан с остатками войска и ближним кругом колдунов укрылся в подземной крепости Эргизур в горах на границе с Тиураном. Ему отрезали все пути к бегству, в том числе через Тонкие грани – герцога загнали в угол как крысу. Ванда Дер Нахтигаль находилась среди магов-истребителей, штурмовавших хмурые чертоги Эргизура.
Гидеон с Эльзой на руках вошел в бывший дворец Шабверды через вход для слуг. Ему почему-то не хотелось снова оказаться у парадного крыльца, где вчера разыгралась финальная часть боя, превратившегося в избиение. Трупы наемников и людей в капюшонах, разумеется, убрали, но следы крови никуда не делись. Отмывать и отчищать замок от скверны людям Тер-Селаха еще предстояло. Вердер примерно догадывался, каким будет продолжение рассказа Эльзы Дер Махт. Осторожно петляя между спящих где попало людей, он добрался до тайного коридора.
- Поставь меня на ноги, Гидеон. Наверное, я все-таки смогу идти сама.
- Уверена? Ты бледная как призрак на погосте. Тебе не помешал бы сейчас стаканчик подогретого вина, но не думаю, что в крепости осталась выпивка. Если, конечно, Тер-Селах не догадался выставить караул у винных погребов.
- Я не пью вина. – Слабо улыбнулась Эльза Дер Махт. – Но мне на самом деле уже гораздо лучше. Спасибо за «бледного призрака». Птицей-синицей я уже была, кем назовешь в следующий раз?
Вердер осторожно поставил девушку на пол коридора. Эльза пошатнулась и схватилась за его плечо, чтобы устоять на ногах.
- Голова кружится. Безымянный уже начинал пить мою душу. Но пришел ты… На чем я остановилась? Ах, да. Штурм Эргизура. Волшебники, спустившиеся под землю, не были осведомлены о том, что у Эмбоны имелось тайное оружие, припасенное на самый крайний случай. Подсознательно герцог всегда знал, что в конце концов, проиграет. Его приспешники долго работали над «последним аргументом», вытащив из глубин под Великой Тенью безымянную жуткую тварь, против которой не было спасения. Удержать такую тварь надолго не смог бы никто. Эмбона лично прописал боевую формулу с Безымянным в качестве поражающего фактора. Боевую формулу длительного действия, так по правилам магической науки именуется то, что в народе называют «проклятием».
- И Ванда попала под удар формулы? Эмбона проклял ее?
- Все было гораздо хуже. Пойми, Гидеон, маги Луциана создали не просто боевую формулу. Проклятие предназначалось для многих тысяч людей и для их далеких потомков. Безымянный способен поглотить миллионы жизней, но так и не насытиться. – Эльза утомленно оперлась спиной на стену коридора. Вердер сделал к ней шаг – поддержать, но девушка отрицательно покачала головой. Она хотела рассказать эту историю стоя.
– В исторических хрониках написано, что коалиция противников Луциана не догадывалась про секретное оружие врага. Иначе они не послали бы магов в подземелья Эргизура. На Эмбону обрушили бы скалы, навеки похоронив его вместе с его мерзкими изобретениями. Я же думаю, что создание подобного оружия не могло пройти незамеченным. Разведка Серого Корпуса до сих пор считается одной из лучших во всех Срединных королевствах. Игнацию Дер Леррану просто слишком сильно хотелось захватить герцога живым и он решил рискнуть жизнями своих волшебников, а также многими другими.
- Может хватит на сегодня? Ты едва держишься на ногах. Расскажешь о том, что случилось с Вандой в Эргизуре после.
- Нет, мне надо выговориться. Чтобы ты узнал то, что знаю я. Слишком долго я молчала, держала все в себе. Кроме Мартина, моего приемного отца, графини Просперо и Бальтазара Реймера никто не знает всей истории моего рода, моей истории. Знаешь, Гидеон, все товарищи по Палате магического поиска считали меня холодной и надменной сукой. А я просто хотела избежать привязанностей, чтобы никому не было больно, когда мои часы остановятся. Когда Безымянный придет.
- Я тебя понимаю. – Кивнул Гидеон. – Я последние лет двадцать живу по такому же принципу. Вернее, до последнего времени жил. Судьба иногда сталкивает тебя с чужими людьми, которых ты почему-то не можешь, да и не хочешь оставить.
- Верно, теперь у тебя есть Галь-Рикки и Кейт. У меня же был только мастер Холмгард. Когда я осталась одна и попала в руки к очень плохим людям, он один пришел на помощь, хотя мог бы пройти мимо. Почти так же, как сейчас пришел мне на помощь ты. Вы оба вытащили меня из очень глубоких ям. И еще, Гидеон…
- Что, Эльза?
- Ваши пути ведь обязательно пересекутся. Вы оба одержимые – ты и Мартин. Вы как два камня, которые с огромной скоростью катятся на встречу друг другу. Вы похожи. Все делаете по-своему и никто вам не указ. Но вы оба, на самом деле, хорошие люди, и я не хочу, чтобы вы разбились друг об друга на груды обломков, как те самые катящиеся камни. Когда сталкиваются две несокрушимые скалы, от них остается только песок.
- Песок, хм? Поживем-увидим. Лично я знаю про Мартина Холмгарда только то, что он один из тех, кто возглавляет идущую по следам Галь-Рикки погоню.
- Мальчик нужен королю. И Мартину тоже. Говорят о каком-то пророчестве, написанном в книге «Кир ала Рах», Черном гримуаре. Оно про обезумевшего ангела и конец света. Король хочет уничтожить Галь-Рикки.
- Посмотрим, как у него это получится… Может, все-таки отдохнешь?
- Я не закончила про Ванду. Только немного отвлеклась. Когда последний барьер пал и волшебники Дер Леррана готовились праздновать победу, боевая формула Эмбоны сработала. Ванда Дер Нахтигаль оказалась ближе всех остальных на ее пути. Ученые маги потом долго разбирали, что именно она сделала. Поставь Ванда защитный экран, проклятие просто-напросто смело бы его, как бумажную занавеску, и поразило каждого человека на много сотен миль вокруг. Но она даже не подумала защищаться. Поняв за доли секунды, что эту формулу не остановить, и она несет в себе смерть миллионам, Ванда Дер Нахтигаль целиком приняла удар на себя.
- Как это «приняла удар на себя»? Не понимаю.
- Она открыла свою душу и «поглотила» вражеский импульс. Никто из тех, кто находился рядом с ней, не пострадал. И с Вандой поначалу тоже все было в порядке. Луциана Эмбону пленили, все остальное про итоги войны ты знаешь из официальной истории. Уже позднее, когда все началось, маги заново восстановили цепь событий. Через несколько месяцев, в полночь, накануне того дня, когда Ванде Дер Нахтигаль должен был исполниться двадцать один год, за ней пришел Безымянный. Ее муж, волшебник Ян Дер Махт, находился рядом с ней в ту ночь и все видел. Он ничего не сумел сделать, сам едва избежав гибели. Безымянный выпил ее душу досуха, оставив одну жуткую оболочку - безглазую мумию с пергаментной кожей. У Ванды осталась годовалая дочь. Серый Корпус провел расследование, установил, что причиной смерти Дер Нахтигаль явилась именно формула Эмбоны (это потом включили в его приговор отдельным пунктом), однако никто не предполагал, что спустя двадцать лет эта история повторится уже с дочерью Ванды – Кирой Дер Махт… Прошло еще два десятилетия, и та же участь постигла дочь Киры. Женщин Дер Махтов, старинного славного рода, перестали брать замуж. Никто толком не знал всей истории, но слухи о проклятии успели распространиться. От Дер Махтов бежали как от чумы. Но, не знаю почему, может виной тому все то же проклятие - женщины Дер Махтов продолжали рожать дочерей. Незаконнорожденных, чье родовое имя звучало уже просто насмешкой – в официальных реестровых книгах Хаддара мой род считается давно пресекшимся. И каждую девочку ждала одинаковая судьба. Мы не знали своих матерей – Безымянный приходил за ними тогда, когда многие из нас еще не научились ходить. Мою мать звали Сандра, и я не помню ее лица. Про своего родного отца я ничего не знаю. Меня воспитывали маги Серого Корпуса, которые поведали мне эту историю, едва мне исполнилось двенадцать лет и сказали, что мои «часы запущены». Помню, что сильно испугалась, а еще очень обиделась на волшебников. Наверное, за то, что ничего не могли сделать, чтобы остановить Безымянного. Тогда я сбежала от магов Корпуса и отправилась, куда глаза глядят. Попалась в лапы работорговцам, и те продали меня в Идолгеннар, в дом терпимости… - Щеки Эльзы слегка порозовели от стыда.
Вердер кивнул головой -
- Продолжай. В этом нет ничего постыдного.
- В один из дней во мне проснулся мой дар и я применила его против одной жирной твари. Этот нелюдь, грязный садист, больше не сможет испортить ни одной девочки. Мой хозяин – тиуранец тогда сильно меня избил и приказал отправить на костер как ведьму. Если бы не Мартин Холмгард, я вообще бы не дожила до встречи с Безымянным. Правда, в последнее время я часто думала, что именно Безымянный не позволил мне тогда сгинуть, чтобы я досталась ему в положенный час… Так или нет, но я твердо решила, что на мне это проклятие должно закончиться. После Идолгеннара ко мне не притронулся ни один мужчина. – Эльза сделала паузу. - А теперь… Теперь я просто не знаю, что меня ждет дальше. Часы стоят с полуночи, мне исполнился двадцать один год, и я до сих пор жива.
- Просто живи, Эльза. Любая тьма когда-нибудь да и рассеивается.
Продолжение следует...
Автор: В. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/67528-koldun-i-bezdna-glava-22-prokljatie-elzy.html
Содержание:
- Часть 12
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
