Когда, растолкав опешивших стражей, в покои баронессы ворвался человек облаченный в одеяние боевого мага, с опаленными волосами и безумным взглядом, Шабверда поняла, что дело действительно принимает серьезный оборот. Проклятый щенок оказался куда опаснее, чем она считала поначалу. Знать бы еще, что это за звездная кровь, которая сделала сопляка неуязвимым против ее людей. Почему ни в одной из книг в своей большой библиотеке она не нашла о ней упоминаний, и откуда про нее было известно этому жалкому садисту Эллисаху?
- Я не желаю слышать от тебя ни единого слова! – Истерично прокричала она в лицо своему волшебнику, едва только он открыл рот для доклада. – И без твоего блеяния мне ясно, что вы, балаганные фокусники, полностью провалились! И зачем только я держала при себе таких дармоедов?! Скормить бы всех вас Пораженным!
Бледный маг стал еще бледнее от услышанных оскорблений, но сдержался, ничего не ответил, а только виновато опустил голову. Спорить с баронессой Инхелейм было опасно.
Шабверда стала метаться по комнате, хватая по дороге первые попавшиеся ей под руку предметы и швыряя их куда придется. Позолоченный подсвечник полетел на пол, книга с серебряными застежками, трепеща страницами, угодила в зажженный камин, взметнув тучу искр. Хрустальный кувшин с легким вином ударился об стену и разлетелся на мелкие осколки, безнадежно испортив драпировку. Колдун, собиравшийся было сообщить хозяйке о гибели ее брата Вердхаммана, благоразумно прикусил язык.
- Почему ты не поможешь мне, о Истребитель?! – С фанатичным блеском в глазах Шабверда повернулась к полотну с изображением своего кумира, занимавшему половину стены. Обитатель Калпо Мистадо в представлении неизвестного художника выглядел как крылатая глыба мрака с красными угольями глаз и множеством шипастых хвостов. Мольба баронессы осталась безответной, и она в отчаянии заломив руки, отвернулась от страхолюдной картины. Но вдруг Шабверду посетила какая-то идея, и лицо ее озарилось догадкой:
- Спасибо, Владыка! Ты подсказал мне! Теперь я знаю, как мне поступить… Эллисах, где ты? Куда ты спрятался, малодушный садист?
- Я здесь, маэсса… - Палач, которому до этого успешно удавалось оставаться незаметным, неохотно появился на глаза своей хозяйки. Если бы не страх перед Шабвердой, то он предпочел бы потихоньку улизнуть из замка. Однако Эллисах знал, какая жестокая расплата полагалась за предательство. По приказу баронессы его собственные «копальщики» вытянули бы из него все жилы, и сделали бы это медленно и мучительно, как он сам их наставлял и тренировал.
- Пусть ко мне приведут Мантонга! – Отрывисто приказала баронесса Инхелейм.
- Но, маэсса… Ведь он неуправляем! Стоит только открыть подвалы, как он…
- Делай, что тебе велят, и не смей обсуждать мои приказы! Истребитель дал мне знак - только Мантонг справится с тем, перед кем спасовали мои лучшие солдаты и маги!
Эллисаху оставалось лишь покорно поклониться, и отправиться выполнять приказ.
***
Все посланные группы разведчиков вернулись удивительно быстро и практически одновременно, с разницей в несколько минут. На лицах солдат читалось лихорадочное возбуждение. Командир отряда вернувшегося первым, докладывал лично генералу Тер Селаху. Вердер, воспользовавшись тем, что после успешного прохода армии через Хилтову Яму, отношение к нему изменилось в лучшую сторону, встал неподалеку от полководца, чтобы слышать, что будет говорить вытянувшийся перед тем в струнку молодой офицер. По-халитински он знал всего несколько фраз, но надеялся, что полевой маг Деглар, находившийся здесь же, соблаговолит перевести ему доклад разведчика.
- Господин генерал, мы подошли к замку баронессы Инхелейм ближе, чем на один полет стрелы! По пути не встретили ни единого поста. Прошли мимо четырех укрепленных бастионов – они не охраняются. Войска Шабверды стянуты в крепость Нигет-Ратал, и там происходит что-то странное. Над башнями вспыхивают зарницы, и что-то грохочет, словно гром. Доносятся крики людей и лязг оружия. Клянусь своими щитом и ножнами, там идет сражение!
- Что?! Неужели на баронессу напали? Вы видели сами тех, кто атаковал крепость? Сколько их, какие у них знаки на знаменах?
Вердер догадался, что речь идет о чем-то важном и с надеждой посмотрел на Деглара, вдруг тот догадается о его присутствии, но слепой волшебник сам прислушивался к докладу и не обращал на Гидеона внимания.
- Нет. Я послал двоих лучших бойцов к самым стенам. Они сообщили, что битва идет где-то в глубине крепости. Большего мы разузнать не смогли.
- Это может оказаться хитрой выдумкой Шабверды Инхелейм, чтобы заманить нас в западню, - как всегда высказала свои подозрения тысячник Дария Алман, - по выдумкам и коварству этой извращенной ведьме мало кто уступит!
- Только дурак станет устраивать западню на пороге собственного жилища, - возразил старый Дел Хан, - если она готовилась к нашему появлению, то ее вооруженные воины караулили бы за каждым кустом, и засыпали нас стрелами, только покажись мы из тоннеля. Я не считаю, что нас ждет ловушка. Надо идти на помощь тем, кто выступил против этого демона в женском обличье!
Увидев Тарлака, Гидеон требовательно дёрнул его за рукав:
- Скажи мне о чем они говорят. Ваша речь напоминает мне чириканье скворцов – не могу разобрать ни единого слова!
- Знал бы ты, что нам, халитинцам, звучание думвальдского языка кажется подобным карканью старой охрипшей вороны! – Красноглазый усмехнулся. – А вести и впрямь интересные. Кто-то атаковал крепость Инхелейм, внутри ее замка идет бой.
- Хилтовы слюни! Твои друзья из Хельмаринка не были со мной откровенны до конца?! Заручились поддержкой магов этого вашего Ордена Полночи, да и шарахнули по баронессе? – Известие о том, что замок атакуют ошарашило Вердера. Только он пока не знал, хорошо это или плохо.
- Нет, - покачал головой Тарлак, - у нас недостаточно воинов. Это кто-то другой, неизвестный. Третья сила. Не знаю, кто способен поспорить на равных в открытом бою с баронессой, а уж тем более, суметь проникнуть в ее цитадель.
- Кто бы это ни был, он оказывает нам большую услугу. Какое решение принял генерал?
- Решения еще нет. Тер Селах размышляет.
Ариел Тер Селах действительно думал. От его решения зависела сейчас дальнейшая судьба их рискованного похода. Если он прикажет двинуть полки на цитадель, то может как выиграть войну, так и потерять все. Если останется на месте, то в сражении в замке может победить баронесса, и тогда ему придется вести длительную осаду ее крепости, одновременно обороняясь от Пораженных, которые по ночам станут толпами подваливать к его лагерю. Однако сегодня он уже принял одно решение, и пока еще не пожалел об этом.
- Слушайте мой приказ! – Произнес генерал после десятиминутного молчания, во время которого никто не осмелился нарушить ход его мыслей. Ветер трепал поднятые знамена, все люди в молчании ждали слов своего командира. После того, как они были произнесены, по рядам прошло волнение, точно рябь по озеру в ненастную погоду:
- Объявляю общий сбор. Построиться в боевой порядок! Мы идем на приступ замка Шабверды!
***
Кейт, содрогаясь от ужаса, прислушивалась к шуму и грохоту, доносившимся снаружи ее темницы. Это уже больше напоминало гул надвигающейся катастрофы, а не шум битвы. Ей казалось, что началось землетрясение, и сейчас тяжелые каменные своды рухнут, чтобы погрести ее под тоннами земли и обломков. Однако стены и потолок остались на своих местах. Слегка успокоившись, она снова начала различать в этой какофонии отдельные звуки – человеческие крики, лязг стали, топот шагов. Да, в первый раз она действительно не ошиблась, и где-то совсем недалеко от нее шло сражение. А что если, это Гидеон Вердер привел с собой помощь? Для этого человека не существовало преград на свете. Вердер всегда шел к своей цели как клин бронированной конницы сквозь нестройные толпы плохо вооруженных ополченцев. Сердце девушки забилось чаще, она почувствовала, как угасший было в ее душе огонек надежды разгорается сильней. Когда она решила еще раз обследовать окружавший ее невидимый барьер, то обнаружила, что энергетическая преграда попросту исчезла, растворилась, ее выставленные ладони нащупали пустоту. На цыпочках, опасаясь потревожить какого-нибудь нового монстра, который мог подкарауливать ее в тенях, двигаясь вдоль стены, она направилась в ту сторону, откуда пришел и куда потом удалился великан в железном шлеме. Через пару десятков шагов, за границей света факелов, ее пальцы нащупали дверь, обшитую листами железа с заклепками. Ручка на двери отсутствовала, но полчаса назад великан, тем не менее свободно вышел из темницы. Следовательно эта дверь открывалась наружу, видимо специально для того, чтобы узники не могли за ней спрятаться и неожиданно напасть, когда в подземелье заходили стражники или безмолвные прислужники в капюшонах, приносящие еду. Девушка попробовала изо всех сил надавить на дверь руками, но та даже не пошевелилась. Человек в шлеме, уходя, не забыл запереть ее на замок. Катарина уселась прямо на пол, прислонившись к двери спиной. Теперь ей оставалось только ждать, чем закончится бой, шум которого по-прежнему не стихал, а даже становился все громче и явственней. Самые разнообразные мысли хаотично переплетались в ее голове, но сильнее и громче всех среди них звучало одно единственное слово, вернее имя «Галь-Рикки».
***
Он чувствовал нечеловеческое утомление. Хвост кометы сейчас казался ему неподъемным, и мальчишка поволок его за собой по полу, оставляя глубокую борозду из расплавленного мрамора – меч прожигал все, к чему прикасался. Каждый шаг приносил боль, острыми иглами, пронзающую ноги, спину и плечи. В длинной анфиладе комнат по бокам вдоль стен возвышались напольные зеркала на подставках из красного дерева. Он подошел к одному из них, и взглянув на отражение, не узнал себя. Перед его взглядом предстало чудовище, с ног до головы покрытое кровью врагов - слипшиеся волосы торчат во все стороны, будто костяные наросты, а глаза расширены точно у безумца во время приступа, белки отчетливо выделяются на лице, покрытом коркой начавшей подсыхать и сворачиваться крови. Кто бы не вложил в его руки страшное оружие, кто бы не провел его по трупам несчастных, вставших у него на пути, этот «кто-то» не принадлежал миру людей. Не иначе как сам Джоггор Ламмах соблаговолил оказать ему помощь, при этом решив протащить его через все адовы пропасти.
По его лицу снова покатились слезы, оставляя две дорожки на покрывавшей его маске из крови, грязи и пота. Запоздалое понимание того, что он только что собственными руками лишил жизни многих людей, настигло его.
- Зачем ты сделал это со мной?! – Прокричал он в пространство, не зная, услышит ли его Джамаэль.
…Поначалу он принял содрогание пола за обычную дрожь в ногах, вызванную крайней усталостью, но когда одно из зеркал высотою в человеческий рост подпрыгнуло на подставке, и упало, рассыпавшись на множество осколков, он понял, что ошибался. Стены и пол дрожали под чей-то тяжелой поступью. Кого же еще решила бросить в бой хозяйка замка? Воображение нарисовало ему мастодонта, диковинного обитателя южных земель, которого ему довелось видеть на гравюрах. Только откуда такому животному взяться в Халите, расположенной на расстоянии многих тысяч миль от Черного юга? Тем временем, одно за другим напольные зеркала срывались с подставок и разбивались об пол, покрывая его россыпью осколков, в которых дробилось синее пламя меча под названием Хвост кометы. Галь-Рикки посмотрел вглубь бесконечной анфилады, и увидел, что впереди, пока еще вдалеке, ворочается некая темная масса. Он не мог рассмотреть в какую форму облечено идущее на него существо, поняв только то, что оно имеет гигантские размеры. Созданию было тесно внутри замка, продвигаясь навстречу мальчишке оно одно за другим проламывало низкие для него арочные проемы между комнатами. Раздался рев – злобный рык дикого пожирателя плоти, не знающего себе конкурентов под сенью сочащихся ядом доисторических джунглей.
Галь-Рикки неимоверным усилием сумел поднять перед собой меч в ожидании нового врага. Оно вступило на освещенный участок, позволяя жалкому человеческому детенышу рассмотреть себя во всей грозной красе. Первое, что бросилось в глаза Гальнеккену - рогатая голова создания. Голова размером с почтовый возок и такой же угловатой, почти квадратной формы. Сама тварь, горбатая, нелепо широкая и кряжистая, возвышалась перед ним на высоту двух с половиной саженей, раскачиваясь на колоннообразных ногах, заканчивающихся подобием копыт. Массивное черное тело этого порождения ночного кошмара, покрытое острыми шипами, с трудом умещалось под сводами замка, что мешало чудовищу немедленно атаковать мальчика. Галь-Рикки заметил еще одну деталь, которая сразу не бросилась ему в глаза – прямо на горбу исполина, натянув пропущенную через клыкастую пасть цепь, восседала хозяйка крепости баронесса Шабверда Инхелейм. Она сжимала в руке заточенный шестопер.
- Растопчи его, Мантонг! – Закричала при виде Галь-Рикки жрица бога-истребителя, вращая над головой шестопер. – Растерзай его своими клыками! Пусть превратится в месиво из плоти и размозженных костей! Сейчас твоя очередь бояться, щенок! Думал, что так легко победить баронессу Инхелейм, ту, кого выбрал Пожиратель мира? – С крика она перешла почти на шепот - Ты ошибался. В свое время он подсказал мне взять и вскормить телами мертвецов Мантонга, он знал, что наступит час, когда тот поможет мне в битве. Мне плевать, какой там дух или демон помогал тебе все это время, жалкая тварь, твое везение заканчивается здесь и сейчас!
Галь-Рикки отступал назад перед надвигающейся на него тушей. Его меч стал гореть тускло, будто густая тень, падающая от Мантонга, высасывала энергию клинка. Не отрывая взгляда он смотрел на острые зубы создания, каждый величиной больше человеческой ладони.
- Бежать и прятаться бесполезно, маленький глупец из Думвальда! Куда бы ты не побежал, Мантонг тебя настигнет!
В подтверждение сказанных ею слов, двуногое существо сделало быстрый выпад, попытавшись схватить Галь-Рикки. Он отшатнулся, едва устояв на ногах. Исполинская голова Мантонга застряла в межкомнатной арке. Хищник из мира Изнанки раздраженно заворчал, дергая из стороны в сторону толстой как корма речного корабля шеей. Стена не выдержала и рассыпалась, обдав Галь-Рикки облаком известки и каменным крошевом. Наблюдая за тем, как мечется ее враг, Шабверда истерично смеялась. Топая широкими словно овощные корзины копытами, рогатый Мантонг снова устремился к своей жертве. Хвост кометы полоснул его по тупой, бугристой морде, оставив широкую дымящуюся полосу, но плоть чудовища на глазах начала срастаться, и очень скоро глубокая рана без следа исчезла. Создание снова заревело, широко раскрывая пасть, откуда на Галь-Рикки дохнуло смрадом гниющей плоти.
- Мантонг заклят от любого известного оружия! – Жизнерадостным тоном сообщила баронесса Инхелейм. – Можешь сколько угодно махать своей горящей дубиной, демону из Великой Тени она не страшна! Ну, что, не готов еще молить о пощаде?!
- Не дождешься, - с трудом разлепив губы, прохрипел Галь-Рикки. Он давно был на пределе. Реальность расплывалась у него перед глазами, образы Мантонга и его безумной всадницы дробились на отдельные фрагменты. Галь-Рикки понимал, что балансирует на тонкой грани, еще немного и он лишится чувств.
Новый бросок могучего Мантонга был настолько быстрым, что уходя с линии атаки, мальчишка не устоял на ногах. Он повалился навзничь, а сверху нависла тупорылая морда рогатого существа. Сфокусировав взгляд, Гальнеккен увидел, что в маленьких и злобных глазах чудовища светился огонек какого-то извращенного нечеловеческого разума.
- Ну вот и все, малыш! – Воркующим голосом произнесла баронесса Инхелейм. – Сейчас перед тобой отворятся врата в Хмурые Пустоши! – Шабверда сильнее потянула «вожжи» Мантонга, заставляя того встать на дыбы. Рога исполина вспороли потолок коридора, словно его сделали из тонкой бумаги, а не из прочных сортов дерева. В сажени от Галь-Рикки в воздух взвились два плоских копыта, каждое из которых могло одним ударом расплющить наковальню…
- Я помню тебя, - изменившимся голосом сказал парнишка, обращаясь к твари Изнанки. Вернее, эти слова произнес не он а тот самый «другой» Галь-Рикки - тот, кто изрубил на части солдат и обратил в бегство бледных магов. И Мантонг его услышал.
Копыта опустились на пол очень медленно и аккуратно. Ни одно не задело лежавшего на спине юношу. Глаза Мантонга сузились. Оно замерло, вперив свой нечеловеческий взор в человека. Создание тоже пыталось вспомнить.
- Да, я тебя помню, - продолжил «другой» Галь-Рикки, - Глубинная Тень, Области Невоплощенных. Твое настоящее имя – Аххорангабал. Что ты делаешь здесь, в мире людей, пес преисподней? Служишь рабочей скотиной у сумасшедшей фанатички?
Мантонг, которого на самом деле звали иначе, помотал огромной головой, совсем как человек, прогоняющий остатки дурного сна, или стряхивающий с себя наваждение. А потом произошло невероятное. Могучее создание задрожало как затравленный собаками заяц, и начало пятиться назад, протискиваясь через узкие проемы межкомнатных проходов.
- Ты что творишь?! – В вопле Шабверды усилились истеричные нотки. – А ну немедленно раздави этого щенка! Вперед, сейчас же убей его, мерзкая тупая тварь!
Галь-Рикки поднялся на ноги. С мечом по имени Хвост кометы стала происходить очередная метаморфоза. Клинок, состоящий из свернутых в тугие узлы языков пламени, вновь начал мигать, а его свечение постепенно сменилось на оранжевое.
- О, ведь ты не забыл этот меч, Аххорангабал? – «Другой» Галь-Рикки откровенно смеялся над страхом чудовища. – Многих твоих собратьев он отправил гораздо дальше пределов Великой Тени, - в абсолютное Ничто. Он создан из пламени первой звезды, зажженной Создателем над безбрежным океаном Пустоты. И демоны бегут, завидев его сияние среди кромешной тьмы.
Шабверда яростно дернула за цепь, которой она управляла Мантонгом, однако вместо того, чтобы остановить своего боевого демона, она добилась противоположного эффекта. Создание заскулило, точно обычная собака, и резко встряхнуло своей шеей. С испуганным воплем Шабверда Инхелейм перелетела через голову чудовища, и растянулась на полу в двух шагах от Гальнеккена, чей меч взлетел для удара.
- Из-за таких как ты этот мир и катится в пропасть, - сказал он баронессе, с ненавистью глядевшей на него снизу.
Баронесса все еще не собиралась признавать свое поражение. Шестопер при падении она не выронила, и теперь это оружие «выстрелило», метя в живот мальчишке, говорившему такие слова, какие обычному деревенскому сопляку говорить и знать не положено. «Неправильный» мальчишка не стал отбивать удар своим огненным клинком. Он просто схватил голой рукой шестопер за острые лезвия, и вырвал его из рук самозваной жрицы. Поднес оружие к глазам, будто оно было какой-нибудь диковинкой, покачал головой:
- Какое грубое варварское изобретение.
Баронесса увидела глаза своего бывшего пленника - цвета расплавленного золота и без зрачков. И здесь ей стало по-настоящему страшно. Кого же она впустила в свой замок?! Вдруг мальчишка развернул шестопер в ее сторону и с силой опустил его вниз. Два из четырех лезвий вошли в плечо баронессы, разрезав кость, и глубоко застряли в досках, пригвоздив Инхелейм к полу. Шабверда закричала от боли. Она привыкла причинять боль другим, но сама ее не переносила.
- Я за тобой вернусь. Мне надо догнать твоего «боевого коня», и отправить его туда, откуда он пришел, - отстраненно сказал ей мальчишка с желто-оранжевыми глазами. Мимо лица баронессы, до хруста сцепившей зубы, прошлепали его босые ноги.
***
Эллисах очень торопился. Когда Шабверда, хохоча точно умалишенная, оседлала мерзостное порождение преисподней, и отправилась на нем верхом встречать носителя звездной крови, он понял, что наступил самый подходящий момент для бегства. Страх перед возможной карой за предательство он загнал в отдаленные уголки души. Эллисаху, во время перерывов между истязаниями пленников доводилось читать самые разнообразные книги, в том числе древние манускрипты, и однажды ему попался один свиток из архивов разгромленного Ордена Полночи, где говорилось про появление в мире «звездной крови». Прочитанное его настолько впечатлило, что он не стал делиться полученным знанием со своей хозяйкой. Если их прыткий мальчишка и в самом деле тот, за кого он его принял, баронессе не помогут никакие самые искушенные в ратном деле солдаты и могучие маги. Самые первые из тех, в чьих жилах тек небесный огонь, могли поворачивать вспять течения рек и купаться в кратерах извергающихся вулканов. Конечно их потомки успели здорово измельчать, но если в мальчишке живет хотя бы тысячная доля древней силы, то он пройдет сквозь всю армию Шабверды как лесной пожар по сухой роще. Какую же он допустил оплошность! Он посчитал, что люди, о которых говорилось в старинном свитке, давно растворились в вечности. И он своими собственными руками разбудил в мальчишке «звёздную кровь»! Теперь срочно следовало спасаться, пока разбушевавшийся сопляк не добрался до него.
Эллисах, запыхавшись вбежал в свою комнату, которую в свое время обставил с вызывающей роскошью. В ней имелись широкая кровать с расписным балдахином, высокое трюмо из джанарской сосны с зеркалом в форме восьмерки, массивный письменный стол с потайными ящиками, вывезенный из усадьбы, брошенной особой княжеских кровей. Шкафы для одежды для него специально доставили из самого шикарного борделя Калхаданги, столицы соседней провинции. Весь пол занимал ковер, ранее украшавший гостиную главы преступного мира всей юго-западной Халиты. Выросший среди нищеты Эллисах таким образом пытался восполнить себе то, чего он был лишен в детстве и юности. Ему было жаль оставлять все эти вещи, но своя шкуру он ценил гораздо дороже барахла. Прежде чем добраться до своей комнаты, палач Шабверды посетил покои придворных магов, которые оказались пустыми. Уцелевшие после схватки с диким мальчишкой колдуны куда-то попрятались. В жилище чародеев он позаимствовал несколько полезных амулетов, накопителей силы, с помощью которых он рассчитывал успешно обороняться от Пораженных, когда сумеет выбраться за пределы крепости. Оказавшись в собственной комнате, Эллисах по очереди начал вытаскивать ящики стола и вываливать их содержимое на стол. Там хранились приглянувшиеся ему вещи, отнятые у обреченных пленников и, самое главное, деньги. Золото не потеряло своей ценности и сейчас, когда три четверти халитинского народа превратились в алчущих крови бешеных монстров. Когда он сгреб монеты в сторону, образовалась немалая горка. Пожалуй, с помощью этого золота он сумеет найти себе укрытие понадежней, чем замок неуравновешенной баронессы. Его несколько огорчало то, что вне крепости Шабверды он вряд ли получит возможность заниматься своими «опытами», но сейчас главное - оказаться как можно дальше от места, где действовал разбушевавшийся носитель «звездной крови». Спрятав золото в дорожную сумку, распихав по карманам украденные у магов амулеты и вооружившись кинжалом, Эллисах направился к выходу из комнаты. На пороге он остановился и обернулся, бросив полный сожаления взгляд на привычную обстановку.
- Прощайте, баронесса, - пробормотал он себе под нос, и бесшумно выскользнул в коридор.
Продолжение следует...
Автор: В. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/67469-koldun-i-bezdna-glava-19-vsadnica-na-chyornoi-tvari.html
Содержание:
- Часть 12
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
