Когда по расчетам Мартина Холмгарда должна была приблизиться полночь, охранные печати на входе в грот впервые кто-то или что-то попробовал на прочность. Снаружи раздался глухой удар, сопровождаемый треском, после чего ночь озарилась яркой вспышкой энергетического щита. Сразу же послышалось утробное ворчание и плотно утрамбованная земля под ногами дрогнула от чей-то неимоверно тяжкой поступи. Так внушительно топать могло только создание величиной не меньше, чем с потерянный отрядом «Серафим». Люди, поголовно измученные погоней, в большинстве своем в это время спали. Половина из отряда повскакивали на ноги, не понимая, что происходит. Кто-то истошно завопил: - Землетрясение! – Паникеру быстро заткнули рот крепкой зуботычиной.
- Проклятье, вы что, настолько бездарны, что не можете поставить нормальную защиту! – Завизжал король не известно на кого, на Мартина, или на Серебряную руку, или же на всех магов сразу.
- Защита поставлена вполне надежно. - Сонным голосом ответил Морган Силверханд, который перед этим только-только успел задремать. – Иначе никто из нас вообще бы не проснулся. В этот грот не сумеет войти ничто постороннее. Можете спокойно ложиться, ваше Величество. Но для того, чтобы расставить щиты по всему холму, понадобилось бы в десять раз больше магов, чем у нас есть в наличии.
Король вроде удовлетворился сказанным и больше не высказывал претензий. Наверное он тоже устал от собственной бесноватости. Пробурчав что-то себе под нос, Его Величество улегся на расстеленное Тибериусом Рохой покрывало. Те из отряда, кто вскочил на ноги, тоже стали снова укладываться, тревожно косясь в сторону выхода из пещеры. Силверханд, Холмгард и некоторые маги из его палаты, те, что посильнее, чувствовали ауру создания, караулившего снаружи. Если бы Эрик Вальденштерн узнал, что за кошмарное существо бродит там во мраке ночи, то он вполне мог обделаться от страха.
«Что если предложить королю посмотреть»? – С болезненной гримасой, невидимой для других в темноте, подумал Мартин. Ему бы не составило труда спроецировать облик ночной твари в сон монарха и заставить того позорно испачкать штаны. Только, разве это уймет его собственную боль? Он не должен размениваться по мелочам, насылая на Эрика Второго кошмары. Его устроит только смерть коронованной сволочи. Тогда он скажет «это за тебя, Эльза». В нескольких шагах от Холмгарда притворялась спящей графиня Просперо. Она хотела от своего любовника решительных действий по претворению в жизнь их опасного плана, но Мартин при всем своем желании поскорее разделаться с Эриком Вальденштерном, сохранял трезвость ума. Он ждал удобного момента, и этот самый момент должен был наступить в самое ближайшее время.
***
Первое, что понял Галь-Рикки, когда открыл глаза, то, что вместо привычной одежды на нем было надето какое-то грязное рубище, состоящее из одних дыр, а сам он скорчился в тесной железной клетке, имеющей форму корзины. Его висящая над полом темница была настолько мала, что когда Галь-Рикки попытался разогнуться, то больно ударился затылком о грубо сваренные стальные полосы. В помещении с каменными стенами без окон, где он оказался, было душно и жарко. Жар исходил от раскаленной треноги, стоявшей в центре каменного мешка, под которой с гудением извивались языки пламени. На решетчатой поверхности треноги кто-то, наверняка не случайно, разложил зловещего вида инструменты - разнообразные кочерги, пилы, заостренные спицы, крючья и зазубренные серповидные ножи. При виде этого явно пыточного арсенала, у Галь-Рикки пересохло во рту. Кроме него, сидевшего в клетке, подвешенной в метре над каменной плитой пола, в угрюмом каземате никого больше не было. Куда похитители поместили Кейт, для него осталось загадкой. Он надеялся только на то, что девушке не успели причинить никакого вреда.
Все произошло неожиданно. Повинуясь приказу Вердера, они выбравшись через дыру в корпусе погибшего корабля, отбежали от него на некоторое расстояние. Потом Галь-Рикки захотел вернуться и помочь Вердеру в схватке с какой-то неведомой рычащей тварью, но Кейт всем своим телом повисла у него на руке, и не дала ему сделать ни шагу обратно. Молодой Гальнеккен был вынужден подчиниться. Однако не успели они сделать еще пары шагов прочь от «Серафима», как земля ушла у них из-под ног. Кто-то очень ловкий бесшумно повалил их вниз. Галь-Рикки почувствовал, как ему в рот запихивают кляп, пропитанный каким-то резко пахнущим веществом, от которого у него сразу же закружилась голова, а затем он провалился в темноту. Пришел в себя он только здесь, в каменной темнице. Это было уже слишком. С него хватило пары дней плена у безумного маньяка Танабета Крейна, похитившего его в предместьях Ротенштайна, и державшего в погребе под замком. Теперь же, судя по обстановке помещения, где его держали, он оказался в плену у людей, не менее «приветливых и добродушных», чем ныне покойный некромант Танабет.
Повертев головой, Галь-Рикки понял, что железная корзина, в которую он был заключен, имела створку, держащуюся на трех могучих петлях, и эта створка закрывалась на такой массивный замок, что даже и нечего было мечтать о том, чтобы его каким-то образом снять. То, что его не убили сразу, внушало ему какую-то слабую надежду. Значит, он нужен своим похитителям. Вот, только зачем? Может быть, они тоже пронюхали о его необычном даре, и преследуют какие-то связанные с этим собственные цели? Или же они хотят получить ответы на какие-то другие вопросы? Вот только, куча острого железа на раскаленной треноге красноречиво говорила о том, каким образом здешние хозяева любят задавать вопросы…
Он мучился от неизвестности не долго. Прошло около четверти часа, и массивная дубовая дверь в дальнем конце помещения со скрипом отворилась. Когда Галь-Рикки увидел, что за люди к нему пожаловали, его последняя слабая надежда на «мирную беседу» растаяла как дым. Первой в темницу вошла молодая женщина. Высокая, с черными как смоль волосами, стянутыми на затылке в длинный хвост, с бледным лицом. Ее одеяние представляло собой смесь монашеской рясы с откинутым капюшоном с мантией волшебника, под которым выпирали крупные груди. В утомленном и одновременно злобном выражении лица бледной женщины смутно читалось нечто вызывающее, вульгарное, болезненное. Следом за женщиной в мантии вошел широкоплечий великан, голый по пояс, на голове которого красовался глухой железный шлем с узкой прорезью для глаз. За этой живописной парочкой, он увидел еще четверых типов в серых балахонах, которые прятали лица под низко опущенными капюшонами. Будь у него побольше жизненного опыта, он бы назвал всех этих людей группой богатых извращенцев в маскарадных костюмах, которые собрались для участия в непристойной оргии.
Женщина окинула Галь-Рикки долгим изучающим взглядом, на лице ее при этом блуждала странная лунатическая улыбка. Мальчишку ужасно смутил этот оценивающий взгляд, и он постарался сжаться в комок в своей тесной клетке.
- Послушай, Вердхамман, мне кажется этот экземпляр не похож на халитинца, - на чистом думвальдском языке обратилась «амазонка» к своему спутнику в железном шлеме. Тот в ответ прорычал что-то неразборчивое, и громогласно рассмеялся, тыча толстым как сарделька указательным пальцем в сторону Галь-Рикки.
- Ну, что, мы с Вердхамманом не ошиблись? – На этот раз женщина уже обращалась к самому Галь-Рикки. – Птенчик залетел к нам из самого Думвальда?
Он не знал, стоило ли ему отвечать этой даме, глаза которой при ближайшем рассмотрении (а она подошла к его клетке почти в упор) оказались мутноватыми, а взгляд расфокусированным, точно женщина была пьяна, или обкурилась гальясом.
- Ах, птенчик не хочет отвечать… - протяжно сказала «обкуренная» баронесса. В тоне ее чуть хрипловатого голоса прозвучало нечто такое, от чего по коже Галь-Рикки, не смотря на жару, стоявшую в помещении, пробежали холодные мурашки. Гигант в глухом шлеме опять что-то бессвязно прорычал и, сцепив свой пудовые кулачищи, с хрустом сжал их, будто кого-то душил.
- Подожди. Всему свое время, Вердхамман, - промурлыкала женщина, точно кошка, играющая с полупридушенной мышкой, - надо задать кое-какие вопросы, да и наши с тобой копальщики еще не заглянули в него. Согласись, мы же с тобой не можем отказаться от удовольствия посмотреть на то, как они это делают?
Снова невнятное рычание в ответ. У перепуганного Галь-Рикки возникло такое ощущение, что гигант по имени Вердхамман и вовсе не мог говорить по-человечески, а умел общаться только нечленораздельными звуками.
Женщина подошла к решетке вплотную, прислонив покрытое слоем косметики лицо к стальным полосам:
- Итак, загадочный юноша, вы будете мне отвечать? Или же мне позволить копальщикам насладиться общением с тобой раньше времени? – При слове «копальщики» она кивнула головой в сторону молчаливой четверки в серых балахонах.
- Кто вы? – Вырвался у Галь-Рикки вопрос. Он хотел сказать другие слова, но получились именно эти.
- О! Птенчик проявляет признаки жизни. Он любопытствует. – Женщина негромко рассмеялась, и в этом смехе Галь-Рикки уловил явные нотки сумасшествия. – Однако, не считает ли любознательный птенчик невежливым, не представившись самому, задавать подобный вопрос даме?
Галь-Рикки не знал, что ему сказать. Поведение женщины ставило в тупик и пугало его. Он не знал, что от нее можно ждать в следующий момент. Женщина продолжила сама:
- Ну, хорошо, я прощаю тебе эту маленькую бестактность. Спишем это на природную грубость рожденного в Думвальде. Меня зовут Шабверда. Баронесса Шабверда. А этот силач – мой младший брат Вердхамман. Ты, молодой человек, находишься у нас с братцем в гостях.
«Ничего себе в гостях! Запихнули почти что голышом в железную клетку, и пугают какими-то «копальщиками»!
- Я повторю свой вопрос, чего я обычно никогда не делаю. – Улыбаясь произнесла женщина. – Обычно, если мне приходится повторять вопросы, тот которому они адресованы, к тому моменту уже испытывает непереносимую боль, в результате отделения от тела некоторых конечностей и органов. Как тебя зовут, перелетная пташка, и правда ли, что ты явился сюда на летающей машине со стороны Геттераванских гор, за которыми находится королевство Думвальд?
Галь-Рикки решил, что молчать дальше нельзя. Шабверда выглядела достаточно убедительной, говоря об истязаниях, которым она подвергала молчунов.
- Да… Я из Думвальда. – Хрипло произнес мальчишка. – Меня зовут Гальнеккен. – Он умышленно не стал называть имени, решив, что фамилия вполне может сойти для этих людей за имя.
- О! Наконец-то малыш заговорил! – Довольно воскликнула Шабверда. – Добро пожаловать в мои владения, Гальнеккен из Думвальда! Может быть, теперь ты еще поведаешь мне цель своего визита в Халиту? И, как это молодой волшебник сумел преодолеть Стену?
- Откуда вы знаете… Откуда вы знаете, что я волшебник? – Не смог скрыть своего удивления Галь-Рикки.
- Неужели ты думал это от меня утаить? Ай-ай! Плохо быть не откровенным. Наверное, все-таки стоит отдать тебя копальщикам… Ненадолго… Я сама кое-что смыслю в магии, а уж читать ауры умею получше многих. Кстати, здесь твой дар бесполезен – эти стены глушат любую магию, даже могучий Луциан Эмбона был бы здесь беззащитен, как новорожденный ягненок!
По правде говоря, Галь-Рикки и не пытался использовать свои способности, чтобы освободиться, но слова Шабверды заставили его еще больше погрузиться в уныние.
- Я хочу тебя проучить, дерзкий мальчишка, - тоном мурлыкающей кошки произнесла Шабверда, - чтобы ты понял, наконец, с кем ты имеешь дело. Эллисах, займись им! – Последние слова были обращены к одному из четверки в балахонах. Человек, лица которого Галь-Рикки не видел, проворно, будто давно ждал этой команды, закатал рукава, открыв костистые безволосые руки с сероватой кожей, и направился у треноге, где калились на огне страшные инструменты. От страха у Гальнеккена свело все внутренности.
- Эллисах, не переусердствуй! – Сказала женщина, и вместе со своим немым братом отступила от клетки, готовая наблюдать за представлением. Откуда-то появилось кресло с мягкой обивкой (не иначе, незаметно принес один из копальщиков), в которое и уселась Шабверда, положив ногу на ногу, при этом подол ее мантии высоко задрался, бесстыдно обнажив крепкие бедра.
«Неужели его сейчас будут пытать?! Нет, они не смеют, нет! Сумасшедшая женщина по имени Шабверда просто его пугает…», - метались в мозгу Галь-Рикки панические мысли. Однако действия подручного баронессы, по имени Эллисах, говорили о серьезности его намерений. Он подошел к пышущей жаром треноге и стал перебирать раскаленные железки так, словно совсем не чувствовал боли. Тем временем, трое других копальщиков подошли к клетке, в которой был заключен Галь-Рикки, и повозившись с замком, открыли тяжелую створку. Три пары сильных рук извлекли его наружу. Только мальчишке недолго пришлось наслаждаться относительной свободой движений. Загремела толстая цепь и клетка поднялась на сажень от пола. Затем его самого бесцеремонно вздернули вверх и приковали его к клетке за запястья тяжелыми стальными браслетами. Он повис как освежеванная туша в лавке мясника, лишь едва касаясь плит пола кончиками босых пальцев. Плечи и шею сразу же заломило, но сильнее всего оказалось обжигающее чувство стыда – Шабверда разглядывала его настолько бесцеремонно, что от ее подернутого дымкой взгляда хотелось провалиться под землю.
- Занятный мальчик, - Шабверда поцокала языком, - очень жаль будет превращать тебя в кричащий кусок кровоточащего мяса. Кстати, хочу тебя просветить – мой дорогой Эллисах обожает сдирать с людей кожу, причем делает он это так умело, что жертва до самого конца остается жива и в сознании…
Эллисах все-таки отыскал инструмент, который ему понравился. Это оказалась небольшая пила с острыми зубьями, раскаленная докрасна. Вот с этой-то кошмарной штукой копальщик и направился к Галь-Рикки, который забился, пытаясь освободиться, но не достиг ничего, кроме того, что один из «капюшонов» больно ударил ему кулаком под ребра.
- Ты, что это собрался делать? – Не меняя своего «мурлыкающего» тона поинтересовалась баронесса у своего слуги.
- Я планирую отрезать ему одну ногу, чуть пониже колена, - ответил Эллисах гнусавым голосом человека, мучимого дурной болезнью.
Здесь мужество оставило Галь-Рикки и он громко закричал, вот только крик его не вылетел наружу а, пометавшись среди каменных стен, был задавлен гнетущей атмосферой подземелья. По лицу мальчишки потекли слезы отчаяния.
- Нет, я же говорила – не переусердствуй. Для начала, что-нибудь более легкое…
- Но, госпожа! Я прошу – Обиженно заканючил Эллисах. – Я так давно не работал пилой! Целую неделю! - Брат Шабверды по имени Вердхамман нашел в его словах что-то смешное и утробно захохотал, стуча себя кулаком в бочкообразную грудь.
- Потерпи немножко, - словно к малышу обратилась баронесса к своему кровожадному помощнику, - мне еще нужно получить от него кое-какие ответы…
С явной неохотой палач положил свой инструмент на место, и вернулся назад уже с не с раскаленным железом, а с обычной треххвостой плеткой из конского волоса. Шабверда согласно кивнула:
- Это как раз и подойдет для разогрева. С помощью плетки в умелых руках у многих пропадало желание мне перечить. Научи нашего птенчика быть покладистым, Эллисах.
…Первый удар заставил Галь-Рикки подавиться собственным криком. Пару секунд он даже не мог вздохнуть, не то, что кричать. Боль обожгла его левое бедро, словно на него плеснули крутым кипятком. Сквозь пелену слез он увидел часть лица Эллисаха, не скрытую капюшоном – острый подбородок и тонкогубый рот, кривящейся в усмешке… Второй удар пришелся ему поперек живота и на этот раз он закричал… Третий удар, оставил саднящий рубец на его левом плече…
И здесь Шабверда, внезапно «смилостивившись», отдала приказ закончить экзекуцию:
- Довольно, Эллисах…
Палачу отнюдь не хотелось так быстро заканчивать любимое занятие. Он еще даже не успел войти во вкус:
- Госпожа, но я рассчитывал нанести как минимум дюжину ударов! – В голосе экзекутора прозвучала обида малыша, у которого отобрали леденец на палочке.
- После, все после, мой милый Эллисах! Наступит момент, когда я окончательно передам его в твое распоряжение, и ты сможешь испытать на нем свои новые изобретения. А сейчас я говорю – довольно! – Более твердым тоном сказала баронесса, и «капюшон» был вынужден смириться. Эллисах с явной неохотой отошел прочь от Галь-Рикки, оставив того захлебываться слезами.
Шабверда встала со своего кресла и подошла к подвешенному пленнику. Ее движения выглядели угрожающе томными.
- Ну, что? Теперь ты будешь со мной откровенен, птенчик? – При этом она, как бы невзначай провела рукой по сочащемуся кровью рубцу на левой ноге юноши, после чего слизнула оставшуюся на пальце капельку крови.
Галь-Рикки быстро закивал. Сейчас он не мог говорить.
- Тогда продолжим нашу беседу. Что ты делал в моих владениях, юный думвальдец?
- Я летел к Утонувшим городам, - всхлипнув, ответил он баронессе.
- Вот как! – Весело воскликнула Шабверда. – Ты летел в Утонувшие города?! В Джоготаар, обитель истинного бога, которому мы служим! Как интересно…
- Я…я ничего не знаю о вашем боге…
- Поверь мне, ты ошибаешься. О нем все знают! В конце концов, к нему приходит каждое живое существо. Он сильнее всех сильных, он вне времени, но время ему служит… - голос баронессы стал напевным, тягучим как патока, ее веки опустились, будто она сама себя вводила в состояние транса, - …он дал нам знак, что час этого мира близок, он отметил своей благодатью Халиту… - Потом она вдруг встрепенулась, взгляд женщины слегка прояснился. – Имя нашего бога – Смерть, - просто закончила она.
Даже сквозь боль и отчаяние Галь-Рикки понял то, что попал в лапы не просто к кучке маньяков, а к самым настоящим безумным фанатикам. Надежды больше не осталось. Его разделили с Кейт, а Гидеон Вердер, несколько часов назад обещавший не позволить им оказаться в плену у халитинцев, остался где-то далеко, поглощенный ночью, наедине с хищными ее порождениями.
***
Девьен Йеррах со своими людьми привели Вердера и Эльзу в селение, находившееся в глубине леса милях в трех севернее места крушения «Серафима». По дороге близнецы и наставник лучников Катмор еще дважды применяли свои горевшие колдовским огнем факелы. В первый раз, когда на них бросилось нечто, похожее на бешеную собаку, только без передних лап. Гротескное создание с красными глазами, прыгая на задних лапах, попыталось вцепиться в одного из близнецов своей покрытой пеной пастью, но его пригвоздила к земле стрела, выпущенная Катмором с расстояния пяти шагов. Близнецы Рино и Хатталги поднесли факелы к шкуре извивающегося перед ними создания, и оно загорелось, распространяя вокруг едкую вонь. Во второй раз нападавшим выступал человек, вернее то, что когда-то было человеком. Выскочившее из-за деревьев существо обладало человеческим телом, из которого вырастала тонкая шея, длиной не меньше метра, которую венчала бесформенная бугристая голова. На этот раз Катмор и близнецы действовали вместе, не дав монстру перейти в атаку, они превратили его в большой костер. Даже тогда создание «успокоилось» не сразу, кружась на месте и оглушительно воя. Эльзе Дер Махт пришлось оправдать свое предназначение истребителя и сплести формулу, усилившую действие пламени.
Пересекая лесную опушку, они прошли мимо трех рассохшихся фургончиков бродячего зверинца, давно брошенных и пустых – факелы осветили выцветшие картинки на бортах, изображавшие смуглую женщину в окружении чинно сидящих тигров.
«Так вот откуда здесь взялся махайрод», - догадался Гидеон.
- Не все Пораженные мертвы, - будто подслушав его мысли, пояснил угрюмо молчавшему Вердеру Девьен, - некоторые из них живы, только не по-настоящему. Иные из них начинают меняться, превращаясь во что-то невообразимое. Десять лет назад у излучины реки Сеталь наш поисковый отряд натолкнулся на Пораженного из числа Перерожденных. Это была гора плоти, ползущая по земле, пожирая, все, что попадалось у него на пути. Треть моего отряда перестала существовать за несколько секунд. Тогда наши маги еще не придумали чистый огонь, и мы могли сражаться только обычным железом, которое почти не способно причинить этим тварям вред…
- У вас есть маги? – В голосе Гидеона прозвучала слабая заинтересованность.
- Да. Очень мало, но они есть. Остатки древнего Ордена Полночи, союза некромантов, боровшихся с нежитью. Когда-то их были тысячи, а осталось меньше двух дюжин. Орден держался долго, пока несколько лет назад орды Пораженных не взяли его главную крепость. К нам пришли те маги, кто сумел спастись. И хорошо, что к нам, хотя могли примкнуть и к Шабверде…
- Кто она такая? – Встрепенулся Вердер. – Ты сказал, что шпионы Шабверды похитили моих спутников…
- Баронесса, отпрыск одного знатного рода. Она считает, что то, что происходит в Халите – милость ее божества. Она собрала вокруг себя таких же безумцев как она, и задалась целью истребить всех нормальных людей. О ее карательных походах рассказывают омерзительные и страшные вещи…
- Получается, что мои ребята попали в лапы этой нелюди в женском обличье…
- Как не прискорбно, но это так.
Эльза слушала разговор мужчин молча, запоминая информацию. Вердер исподволь следил за ней, ведь по всему выходило, что эта тоненькая как травинка девушка с замороженными глазами пришла из стана преследователей Галь-Рикки. Он предположил, что девчонка воспользовалась той же магией, что и колдун с серебряной рукой, только формула перенесла ее не внутрь «Серафима», а забросила куда-то на крышу, где она и просидела, обдуваемая царившими на высоте свирепыми ветрами, вплоть до самого крушения воздушного судна. При этом она сумела не дать себя сожрать Мертвому рою. Завидная стойкость. Он не знал, что эта белобрысая собирается делать дальше, поэтому просто решил оставаться настороже.
Селение Хельмарик, родной дом для новых знакомцев Вердера и Эльзы, представляло собой небольшую, но сильно защищенную крепость, окруженную частоколом из цельных древесных стволов высотой около четырех саженей. Каждый древесный ствол, помимо прочего, покрывал толстый слой извести, чтобы исключить вероятность поджога. Стену окружал глубокий ров, заполненный водой, над поверхностью которой торчали вверх заостренные жерди. Массивные ворота закрывались железной решеткой, которая в этот поздний час была опущена вниз. Над воротами несли службу двое часовых, Вердер видел, как их стальные шлемы отражали свет факелов.
- У нас еще есть парочка пушек, стреляющих чистым огнем, - не без гордости сообщил Вердеру Девьен, - с их помощью недавно мы смогли подпалить такую же тварь, как та, что атаковала нас десять лет назад у Сетали…
- Шалзах! - Скомандовал со стены один из часовых.
- Это мы, Дас Аммах! – Девьен вскинул руку в приветственном жесте.
- Ниверд гиан, - ответили со стены.
- Они должны убедиться, что среди нас нет Пораженных. Обычная процедура, - вполголоса объяснил Йеррах.
Процедура свелась к тому, что со стены на них внимательно посмотрел какой-то старичок, по всей видимости маг. Дедок щурился на них примерно с минуту, а затем удовлетворенно кивнул головой. Сначала поднялась тяжелая решетка, позволив Вердеру и Эльзе с четверкой новых знакомцев войти в пространство перед воротами. Решетка за их спинами сразу же встала на место, толстые прутья в нижней ее части вошли в пазы в каменном полу. В воротах открылось маленькое окошко, откуда на них вновь уставился все тот же прищуренный старичок. Видимо, некоторые Пораженные оказывались настолько хитры, что маскировались под обычных людей.
- Вас тэ риа хем, Девьен? – В голосе старичка прозвучала вопросительная интонация, и Вердер догадался, что спрашивают про него.
- Тэ аман. Хат ан Думвальд.
После ответа Йерраха у старичка глаза полезли на лоб.
- Риа хем? Нэ иххен! Киталэ фар! – Затараторил пожилой маг.
Створки ворот стали расходиться в стороны по глубоким стальным желобам. Вердер впервые видел такое устройство крепостных ворот, и про себя отметил изобретательность защитников Хельмарика. Враг, чтобы прорваться внутрь, должен был не просто сломать ударами тарана внутренние засовы, а, как минимум, разнести в щепу сами толстенные ворота.
Внутри их встретили тот самый старый маг и несколько мужчин в кольчугах. Все держали в руках факелы, такие же как и у членов маленького отряда Девьена Йерраха - Чистый огонь, оружие против нежити. Один из воинов, щуплого сложения немолодой мужчина с пронзительным взглядом, выступил вперед и поздоровался с Девьеном, после чего обратил внимание на Гидеона. Его думвальдский был похуже, чем у Йерраха, но, когда мужчина заговорил, Вердер его без труда понял:
- Если вы и правда из Думвальда, чужаки, только очень серьезное дело могло заставить вас добровольно спуститься в ад.
Продолжение следует...
Автор: В. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/67322-koldun-i-bezdna-glava-13-adepty-smerti.html
Содержание:
- Часть 12
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
