Какой самый легкий способ рассорить три поколения женщин одной семьи?
Собрать их вместе на кухне и завести разговоры про борщ. Про обычный красный борщ, в котором свекла, картошка, морковка, лук. Это если перечислять ингредиенты, с которыми никто не спорит. Но потом начинается. С бабушки:
— Бульон должен быть таким жирным, чтобы когда из холодильника борщ достаешь, прямо пленочка такая была сверху.
— Какая пленочка, мам? – дочь морщится. – Давно доказано всеми диетологами мира: первый бульон — вредный. Его – сливаем. Готовим на втором. И кстати, в этом случае не надо снимать пенку. Бульон будет прозрачным.
— Куда сливаем? Зачем? – бабушка хватается за сердце. Она все еще помнит свое голодное детство. От голода в последний год войны умерла ее старшая сестра. Бабушка и сегодня не выбрасывает ни черствый хлеб, ни прокисшее молоко. А тут – вылить бульон. Нет, ну вы слышали?
— Да, мамочка. Если хочешь прожить долго и не бороться со всяким там холестерином, просто выливай первый бульон. Вот как закипит, — сразу вылить, мясо снова залить водой и на медленном огне варить повторно.
— Да он тогда не наваристый будет? – бабушка все еще уверена, что дочь ее разыгрывает. – Как вода.
— Ну, ты же сметанку потом для жирности добавишь. Вот тебе и вкус! – дочь смеется, но внучка вносит в рецепт борща новое разногласие:
— А что, собственно, плохого в воде? Ну правда, ба, ма! Мясные бульоны сейчас никто не готовит. Они не полезны во всех смыслах. И хорошее мясо сейчас не продают. Овощной борщик – вот это тема. А лучше всего, борщ-пюре.
— Борщ-пюре?! – бабушка, забыв, что без палочки она давно не передвигается, суетливо забегала по кухне. – Борщ-пюре! Да это… кощунство. Борщ – это борщ, а пюре – это пюре.
— Не, с пюре ты перегнула, дочь. В борще же все специально порезано крупно. И капустка, и томаты…
— Крупно? – бабушка закричала не своим голосом. – А меленько на терке не желаешь? И перед тем, как положить в бульон, тушить в томате минут двадцать.
— Мам, ну если ты свежую капусту будешь тереть на терке – половина дня пройдет.
— Свежую? – бабушка стала заглатывать ртом воздух так, словно воздуха вокруг не было, и она надеялась найти остатки. – Да сколько себя помню, в борщ добавляют квашеную капусту. И не забываем про фасоль. На ночь заливаем фасоль водой, чтобы на следующий день она была мягкой и разварилась как надо…
— Еще и фасоль? – внучка не верила своим ушам. – Вам что, заняться нечем? Больше никаких дел нет, только этот ваш борщ? Сперва квась капусту, потом на ночь замачивай фасоль… Да будьте вы проще! Замороженные овощи закинули в воду, томатной пасты добавили, специй всяких, красота, — девушка вроде и не надеялась на понимание, но испепеляющие взгляды, с которыми на нее смотрели бабушка и мама, вызывали неприятный холодок где-то в области спины, и она находчиво предложила:
— Ладно, хватит спорить, дорогие мои бабуля и мамуля. Садитесь обедать. К счастью, у нас тут в тарелках не борщ, а харчо.
— Позови отца, — буркнула мама, отодвигая стулья бабушке и себе.
— Пап, обед готов! – закричала внучка в комнату.
Тут же за столом появился мужчина. Он взял крупный кусок хлеба и зачерпнул ложку в тарелку. А когда попробовал, похвалил, причмокивая:
— Ух! Хорош борщец!
Автор: Ирина Круглова
Фотография: Annie Spratt, Unsplash