За это время ровным счетом ничего сверхъестественного с организмом не произошло – меня не хватил белковый удар, я не стал светиться в темноте, мозг под воздействием лошадиной дозы фосфора не принялся выдавать решения сложных задач, в общем, граждане, расходимся - никаких видимых мутаций. Зато на собственной чешуе убедился – до японцев в смысле рыбоедства нам далеко как до вершины священной горы Фудзи. Во-первых, довольно быстро выяснилось, что район Москвы, в котором я обитаю – это зона, свободная от каких-либо рыбных лавок от слова «совсем». Старики вспоминают, что где-то тут была точка, в которой продавалось что-то такое по смыслу подходящее, но и та была переоборудована в шаурму. А где ж вы видели в наших широтах шаурму с тунцом, или, допустим, с треской? Вот именно. Во-вторых, дефицит свежей рыбы – это не легенда и не выдумки, а суровая реальность. С которой сталкивается любой гражданин нашей рыбодобывающей родины немедленно и в полный рост. Откуда, действительно, в России могут