Утром Мельхар Дер Форгос проснулся от того, что кто-то осторожно но настойчиво тряс его за плечо. Ему только что снился тревожный и запутанный сон, в котором князь искал свою жену Ксантию в огромном тёмном доме без окон, но со множеством крутых лестниц, длинных коридоров и бесконечных комнат. Во сне Ксантия снова была живой, счастливо и кокетливо смеясь, она бежала где-то впереди него, так что он слышал шорох её лёгких одежд, видел среди теней мелькание узнаваемого стройного силуэта и порой ощущал такой знакомый сладковатый запах духов. Казалось, Дер Форгос вот-вот настигнет дорогого ему человека, но коридоры перед ним внезапно сплетались в коварные запутанные лабиринты, лестницы задирались вверх и скручивались безумными спиралями, а двери играли с Мельхаром в догонялки, то исчезая, то появляясь на месте абсолютно чистых и ровных стен. Наконец, генерал уже почти протянул пальцы к дверной ручке, чтобы попасть в комнату, где, как он был уверен, находилась сейчас притомившаяся от бега Ксантия, однако в его глаза внезапно хлынул яркий солнечный свет, и пропитанный мучительной неопределённостью сон стремительно улетучился. Показалось ему или нет, но уже почти проснувшись, князь Мельхар явственно услышал несколько слов, быстро произнесённых таким знакомым и родным для него голосом: «не спеши, сюда тебе рано». Хлопая глазами, будто в тщетных попытках задержать ускользнувшее сновидение, он увидел перед собой лицо старого лекаря Мерсада. Лицо у того выглядело весьма серьёзным, а кустистые седые брови от чего-то недовольно хмурились.
- Что случилось? – Князь моментально стряхнул с себя остатки утреннего сна, точно пыльную ветошь. Ксантии больше нет, не надо себя тешить иллюзиями. Им было даровано всего два года счастья, такова воля Светлых богов. Однако только что-то серьёзное могло заставить домашнего врачевателя потревожить его подобным бесцеремонным способом, иначе бы тот никогда не вошёл в его покои без предупреждения.
- Финни Элекаари покинул вашу усадьбу, милорд. Перед самым рассветом. – Мерсад тяжко вздохнул. К Финни, безродному сироте, выходцу с Диких улиц, он в своё время долго и неохотно привыкал, однако после даже стал уважать за бескорыстность, а также умение виртуозно и толково разбираться с запутанными хозяйственными делами. Финни Элекаари давно перестал быть просто управляющим, взяв на себя практически все экономические и финансовые вопросы княжеских владений, а непосредственно с главной усадьбой вполне справлялась экономка Веа.
- Он не сказал, куда отправился? – Угрюмо поинтересовался Мельхар, поднимаясь с кресла, в котором так и уснул минувшей ночью. Бросив взгляд в направлении слабо тлеющих в камине остатков дров, Дер Форгос обнаружил на полу напротив камина две ровно поставленные одна на другую подушки, а поверх них свою аккуратно сложенную мантию, ту самую, которую он вчера давал Дейзи, самой девушки в комнате не было. В душе князь чувствовал себя крайне мерзко. В конце концов, конфликт с Финни вполне можно было разрешить без применения рукоприкладства. Напрасно он так жестоко обошёлся с верным помощником, на которого обещал никогда не поднимать руку. Элекаари, разумеется, обнаглел и переоценил собственное влияние на Мельхара, но ведь существовала тысяча способов поставить его на место, без применения мордобития. Однако князь поддался гневу и из всех способов усмирения зарвавшегося главного слуги выбрал самый неправильный. Теперь Мельхар Дер Форгос чувствовал себя неловко под укоризненным взглядом старого Мерсада, единственного человека в доме, за исключением конюха Кимбара, кто хорошо помнил его самого ещё ребёнком.
- Когда Финни покидал твой дом, милорд, почти все слуги ещё спали, а с теми, кто бодрствовал, он не стал общаться, хотя я обратился к нему с прямым вопросом. – Сообщил Мерсад. – Почтенный Элекаари просто вывел из конюшни свою кобылу, приторочил к седлу узелок с вещами, не слишком-то большой, после чего велел привратнику открыть для него ворота на улицу.
- Уехал. Значит, так тому и быть. Придётся брать все дела в собственные руки, а то, когда нет войн, я превращаюсь в праздного бездельника. А где…
- Девочка в беседке на заднем дворе. Захотела побыть в одиночестве. Она мне встретилась по дороге сюда, Дейзи сказала, что минувшей ночью ей снились кошмары.
- Я её понимаю. Теперь она свободная гражданка королевства Хаддар, Мерсад. Вчера, перед тем как вернуться в поместье, я оформил в Королевской палате все необходимые документы. И я официально взял эштвеллку под свою опеку. Финни посчитал, что я совершил ошибку и подозревал меня в самых низменных намерениях по отношению к девушке. Мы с ним крепко повздорили, и я влепил Финни неслабую такую затрещину, видимо поэтому он решил уйти. Что скажешь ты, Мерсад? Ты знаешь меня с самого рождения. Правильно ли я поступил? Суровое лицо старика потеплело. Князь Мельхар не обращался к нему за советами с тех пор, когда потерял свою жену, Ксантию. С той поры князь вообще мало с кем разговаривал по душам.
- Не мне обсуждать решения, принятые Высоким князем. Я простой лекарь, а в твоих жилах течет древняя благородная кровь. Но Дейзи хорошая девочка, добрая и светлая. Настолько светлая, что рядом с ней становится жарко. Прав был Луциан Дер Корнагон. А ещё она точно певчая птичка зильдельделинк, не умеет жить в клетке.
- Спасибо, Мерсад! – Мельхар быстро обнял пожилого лекаря за плечи и отпустил. Врачеватель растроганно и смущённо кашлянул.
Мерсад чувствовал людей. И он знал про «ледяную арфу» милорда. Он, хороший лекарь, обладающий слабенькими магическими способностями, когда-то сумел разглядеть в восьмилетнем Мельхаре разгорающуюся искорку чародейского таланта, и тайком передал весть о способном мальчике в Серый Корпус. После того, как отец Мельхара отказал архипрелатам отдать сына для дальнейшего обучения, правда всплыла наружу. Санмор дер Форгос решил отправить Мерсада в отдалённое захолустное поместье, чтобы тот меньше вмешивался не в свои дела. Однако маленький Мельхар проявил неслыханную для своего возраста твёрдость характера, заявив, что скорее он лично отправится на псарню, на растерзание свирепым сторожевым кобелям, чем позволит лекарю уйти. Каким-бы упрямым и вздорным не был его отец, тогда ему пришлось изменить своё решение, и Мерсад остался жить в княжеском доме.
***
Серый Корпус прислал к Мельхару Скадербека Айсада, носителя Чёрного клобука, фигуру близкую к самим архипрелатам, человека, пользующегося в магическом сообществе высоким авторитетом. Соскочив с лошади без помощи слуг (чем сразу снискал уважение Дер Форгоса), на крыльцо княжеского дома бодрым шагом поднялся кряжистый мужчина лет сорока со смуглым лицом и слегка раскосыми глазами, в которых мерцала мудрость, свойственная скорее старцу, чем пышущему телесным здоровьем человеку в самом расцвете физических и духовных сил.
Тридцать лет назад один из дозорных отрядов, отслеживавших в южном приграничье в степи за Кайтенским горным хребтом перемещения тиуранских войск, случайно наткнулся на остатки разгромленного кочевья степных людей. Неведомо кто напал на это одинокое кочевье, но оперение стрел, торчавших в мёртвых телах, было тиуранским. Впрочем, в приграничье обреталось множество разношёрстных шаек, состоявших, как из самих степных людей, так и из разноплеменного сброда, использовавшего то оружие, что удавалось добыть, поэтому отыскать виновных в расправе не представлялось возможным, да никто и не собирался их искать. Серди десятков тел убитых нашли одного живого – десятилетнего мальчишку, прятавшегося под грудой войлочных подстилок в изрубленном саблями походном шатре. Командир дозора имел полное право бросить ребёнка, так как отданный ему приказ не подразумевал задержек, связанных со спасением мирных жителей, однако он поступил иначе и приказал одному из легионеров взять уцелевшего мальчишку к себе на седло вторым седоком. Скадербек был уже достаточно взрослым, чтобы помнить собственное личное имя, только когда ему определили место на новой родине, вместо родового имени к нему добавилось Айсад, в честь спасителя, командира того самого отряда, которого звали Льерд Дер Айсад. В Хаддаре у Скадербека достаточно быстро проявились недюжинные магические способности, в связи с чем на него обратил внимание Серый Корпус в лице одного из своих скаутов, путешествующих по стране в поисках новых ярких талантов. Став сперва учеником, а затем и полноправным членом магического сообщества, Скадербек прошёл путь от простого адепта до помощника Первого архипрелата. В двадцать пять лет, раньше кого бы то ни было, он получил Чёрный клобук, символ силы высшего порядка. Скадербек обладал могучим даром мага-исследователя, во всём Хаддаре, кроме архипрелатов, с ним могли сравниться по способностям считанные единицы волшебников. Всё это Дер Форгос слышал про Скадербека раньше, однако лично им встречаться ещё не приходилось.
- От имени Серого Корпуса приветствую Вас, Высокий князь! – Коротко, но с почтением, поклонился посланец Серого Корпуса.
- Здравствовать вам и всем архипрелатам…
Князь пригласил высокопоставленного посланца Серого Корпуса в свой личный кабинет на втором этаже дома, где он, когда возникало на то настроение, занимался прочтением поступивших и написанием собственных писем, разбором финансовых документов (как правило, уже проверенных от и до добросовестным Финни Элекаари).
Айсад забрал у Мельхара свёрток с рубашкой Дейзи, на которую была нанесена Зримая формула и спрятал его в специально приготовленный мешок. Этому мешку предстояло отправиться в хранилища Серого Корпуса, где за мощными печатями хранилось много опасных вещей. Затем Скадербеку понадобилась минута, чтобы извлечь мысленную картину из памяти Мельхара Дер Форгоса. Князь сам настоял на подобной малоприятной процедуре, от которой у него сразу закружилась голова и к горлу подступила тошнота, опасаясь, что архипрелаты Серого Корпуса могут просто-напросто не поверить, решив, что он повредился умом, когда услышат, что прямо у них под боком долгие десятилетия, и даже века, обитал чёрный маг, антидемоноборец, способный призывать в мир глубинные сущности, обитающие среди наиболее опасных и жутких пространств Изнанки бытия.
Вдруг лицо Скадербека Айсада, не смотря на смуглый оттенок кожи, покрыла какая-то почти мертвенная бледность, так быстро кровь отхлынула от его щёк. Именно в этот момент он расшифровал полученный образ – большое затемненное помещение, горящая на полу единственная свеча, и многоголосый рык нечеловеческого существа по имени Азраэль, явившегося на зов Эзрикейт.
- Как мы могли такое проглядеть?! – Ахнул выглядевший потрясенным Скадербек. – Мы думали, что такое совершенно невозможно!
Если бы сейчас волшебник Айсад не находился в кабинете Высокого князи, то не исключено, что он стал бы бегать из стороны в сторону и размахивать руками, такие сильные его обуревали эмоции.
– Я был уверен… Мы все были уверены, что чёрных магов, антидемоноборцев, истребили либо изгнали за пределы Королевств Среднего запада ещё три века назад, после того, как закончилась большая война! Я не представляю, как он мог всё это время прятаться?! Человеческие жертвоприношения глубинным сущностям в Хаддаре! Это немыслимо! – Айсад схватился за свою крупную стриженую голову.
***
***
- То, что вы узнали, настолько серьёзно даже для вашего корпуса магов? – Подобное нервное поведение сильного волшебника озадачило и встревожило Дер Форгоса. – И, разве вы не получили отчёт из Лейды?
- Из отчёта моего помощника Лиона Эйнкетта мы узнали только то, что где-то в Хаддаре затаился сильный старый волшебник, промышляющий продажей смертоносных зримых формул. Но мы и представить себе не могли, кто именно он такой! И какая у него чудовищная сила!
- Лион предупреждал, что маг запредельно силён. Но, так кто же он, ваш чёрный маг? – Нетерпеливо спросил Мельхар, крайне подозрительно относившийся к любым тайнам и загадкам.
- Вы же узнали имя колдуна у пифий, живущих посреди Гендского озера, - Скадербек вытер правой рукой вспотевший лоб. Сейчас волшебник быстро обдумывал порядок дальнейших действий.
- Эзрикейт назвала мне его имя, но, как она и предупредила, мне оно совершенно ни о чём не сказало. Кайран Дейвар, так она его назвала. Распространенные имя и фамилия в среде простолюдинов, так могут звать мастерового или аптекаря. Подобных людей в одной только столице сотни, если не тысячи.
- Конечно вы его не знаете, поскольку триста лет назад, когда колдун был молод, его звали иначе. Его перестали разыскивать ещё при вашем прапрадеде, посчитав, что малефик давно скончался в силу естественных причин. Только союз с чудовищами Великой Тени даёт чёрным колдунам такую невероятно долгую жизнь! Хотите, я скажу, с кем нам предстоит иметь дело, Высокий князь?
- Не тяните, выкладывайте, Айсад. Я ненавижу, когда начинают сгущать краски, чтобы создать дополнительный эффект в ходе разговора. Кто же он?
- Когда-то этого кудесника знали под именем Джезар Дер Эмбона…
- Что?!
-…младший брат герцога-колдуна Луциана и его ближайший сподвижник. Граф Джезар. После падения старшего Дер Эмбоны его младшего брата нигде не могли найти. Он словно в воду канул. Все усилия видящих оказывались напрасными, их магический взгляд упирался в густой чёрный туман. Поэтому и решили, что Джезар успел покинуть подлунный мир, избежав расплаты за всё то, что он успел натворить вместе со своим чудовищным братцем.
- Надеюсь, что ваш прославленный Серый Корпус способен с ним справиться, кем бы он там не являлся?!
- Разумеется, способен! – Не смотря на шок, в голосе Скадербека прозвучали нотки уязвлённой гордости. – Только я не знаю, насколько сильно малефик успел повредить Тонкие грани своими проклятыми ритуалами вызова тёмных сущностей. Знаю одно, что с каждой секундой опасность всё более реальна!
- Опасность чего? – Мельхар чувствовал себя неловко из-за того, что разговор касался плохо известной ему магической науки.
- Большого вторжения Великой Тени! Волшебники такого уровня, как этот хитрый старикашка, способны открывать врата в самое сердце тьмы! И не только туда, они могут заглядывать в миры под тенью! Оттуда может явиться такое, перед чем сам ужасный Азраэль покажется любому не страшнее кусачего насекомого! Вы ничего не слышали об Изгнанниках, милорд?! О тех, кто за своих чудовищные деяния были заключены туда, где нет не только света, но даже и тьмы! Если кто-то из этих созданий сумеет вернуться в наш мир, то случится ужасное! Вплоть до того, что творение обернётся вспять! Простите меня, Высокий князь, но сейчас я больше не имею права оставаться здесь с вами. Я должен поставить в известность архипрелатов, вместе мы должны решить, что дальше делать!
Едва оказавшись за воротами усадьбы Дер Форгоса, Скадербек Айсад остановил лошадь и попытался успокоить дыхание. Каким бы жутким не казалось то, что он увидел в воспоминании князя Дер Форгоса, ситуация требовала от него выдержки и хладнокровия. Закрыв глаза, Айсад сосредоточился, чтобы выйти на прямую ментальную связь сразу со всеми пятью архипрелатами. Почувствовав одновременное биение их пяти могучих аур, Скадербек отправил предводителям Серого Корпуса мысленный импульс:
- Поднимайте всех, кто у нас есть!
***
Благородный Нарвед Дер Консар, глава Тайной Храмовой стражи, Верховный Блюститель Веры, а в просторечии Великий Инквизитор (последний, неофициальный титул нравился Дер Консару больше всего) по утрам в своём просторном кабинете любил проводить время за изучением поступивших в его адрес доносов, прихлёбывая из изящной фарфоровой чашечки только что сваренный ему служанкой тиуранский кофе. Служанок Нарвед подбирал для себя лично, устраивая тщательные смотрины, финальный этап которых обычно происходил в его спальне с широкой массивной кроватью. Преимущество отдавалось понятливым глазастым блондинкам, умеющим быстро выскакивать из своих одёжек и показывающим хорошие навыки из области альковной хореографии. Умение хорошо готовить кофе являлось вторым важным условием.
Блюстителю Веры писали много и часто. В каждом более или менее крупном населённом пункте большого королевства имелись оборудованные укромные места, где стояли специальные железные ящики для подмётных писем, куда любой желающий скрытно от посторонних глаз мог положить своё послание, изложив в ком он смог обнаружить ту или иную опасную ересь, угрожающую благополучию Храма Светлых богов. Вся писанина тщательно складывалась в непромокаемые кожаные мешки, опечатывалась и привозилась к нему в резиденцию. Конечно же, Нарвед просто физически не мог бы осилить сумасшедший объем поступающей корреспонденции, но ему всё-таки удавалось ежедневно прочитывать до сотни поступающих кляуз.
Дер Консар испытывал едва ли не физическое наслаждение, когда читал эти послания, львиная доля которых представляла собой подлые попытки сведения личных счётов, а оставшаяся часть сочинялась явно психически нездоровыми людьми. Однако встречались и любопытные примеры, такие как сегодняшний, когда через час после рассвета слуги нашли подброшенный к воротам его резиденции, где Нарвед жил и работал, свиток из дешёвой бумаги хэанна, перевязанный суровой нитью. Внутри обнаружилось всего несколько строк, записанных упрощенными буквами, «низким языком», специально, чтобы затруднить возможную идентификацию по почерку автора послания.
«Считаю своим долгом сообщить Храмовой страже, что с недавнего времени в доме Высокого князя Мельхара Дер Форгоса проживает эштвеллская блудница Дейзи Зеккар, которая помимо удовлетворения княжеских низких потребностей, проповедует среди слуг и рабов сайтеранскую ересь. Возможно, что поименованная эштвеллка также причастна к деятельности запрещённого в Хаддаре в прошлом веке Ордена Падшего. С почтением, преданный слуга короны и Храма».
Насчет Ордена Падшего автор анонимного послания конечно же приврал. Нарвед Дер Консар возглавлял Тайную Храмовую стражу более полутора десятилетий и ни разу не слышал о том, чтобы где-нибудь в Хаддаре или других королевствах проявили себя адепты этого некогда страшного еретического сообщества, верившие в возвращение противников Светлых богов, проигравших в ходе древней небесной войны. Опасный орден был разгромлен совместными усилиями Серого Корпуса и Тайной Храмовой стражи, когда они объединили усилия в первый и последний раз, и случилось это более века назад. А вот Сайтеранская ересь являлась угрозой реальной и близкой, которая подобно плесени проникла во все слои хаддарского общества, подтачивая основы веры и авторитет Храма. Сайтеранцы считали, что там, в небесах, никого нет, никаких Светлых богов, что Творец, Предвечный и Нерождённый, Великий Создатель Сущего, покинул области Своего Творения, отправившись в странствия, а все обращённые вверх человеческие молитвы, глохнут в тоскливом вое мечущихся над землёй ветров. И настолько сильной была эта ересь, эта вера в Отсутствующего Бога, что её приверженцы упорствовали до конца, даже когда по приказу Дер Консара их тела рвали раскалёнными клещами на дыбе, когда сдирали кожу кнутом и даже когда их жгли у столбов на городских площадях. Поэтому ни одна информация о Сайтеранской ереси не должна была оставаться без проверки, а то когда-нибудь последователей проклятого Луиса Дер Сайтерана станет больше, чем обычных прихожан, и тогда уже само учение Храма объявят еретическим.
Отложив свежий донос в сторону, как заслуживавший самой серьёзной проверки, Нарвед Дер Консар потёр кулаком гладко выбритый подбородок. Даже его почти безграничной власти было недостаточно, чтобы просто так заявиться со стражей в дом Высокого князя, тем более пускай и дальнего, но всё же родственника Его Королевского Величества, мало того, крупного военачальника, и учинять там дознание, по первому же навету хватая княжескую наложницу, или кто ему там эта Дейзи Зеккар. Однако, когда это было необходимо, инквизитор становился весьма терпеливым. Начиная с сегодняшнего дня Нарвед Дер Консар станет внимательно следить за Дер Форгосом, очень внимательно.
- Теобальд! – Позвал Великий Инквизитор своего помощника.
Застонали под неимоверной тяжестью половицы и в кабинет, повернувшись боком и втянув склонённую голову в плечи, протиснулся человек саженного роста с лицом, похожим на личину человекообразной обезьяны – надбровные дуги низко нависали над маленькими злобными глазками, нижняя челюсть сильно выдавалась вперёд.
- Звали, Грандмастер? – Удивительно писклявым для своего могучего телосложения голосом спросил гигант.
- Да, звал. Найди капитана Эдигера Дер Грайвена. Передай ему моё поручение - пусть капитан возьмет проверенных людей, столько, сколько ему нужно, и установит постоянное наблюдение за усадьбой князя Мельхара Дер Форгоса. Мне нужно знать обо всех посетителях и обо всех лицах, покидающих поместье. Кроме того, необходимо собрать как можно больше информации о некоей девице по имени Дейзи Зеккар, проживающей в княжеском доме в непонятном статусе.
- Понял, Грандмастер! Это всё?
- Не совсем. - Нарвед Дер Консар бодро поднялся на ноги, разминая плечи. В пятьдесят девять лет его суставы сохраняли подвижность, которой могли похвалиться не все сорокалетние мужчины. – В храмовой темнице у меня засиделась парочка упорствующих безбожников. Серьёзных бесед с ними ещё не проводилось. Пожалуй, надо подкоптить им пятки, чтобы не скучали. Вели, чтобы вниз отнесли треногу с горящими углями!
Ничто так не наполняло дух Нарведа Дер Консара бодростью, как запах палёной кожи и вопли истязаемых врагов Храма по утрам. Насвистывая себе под нос мелодию, похожую на птичью трель, Верховный Блюститель, сгрёб доносы в ящик письменного стола, закрыл его на ключ, который постоянно носил с собой, после чего бодрой походкой отправился в подземелья резиденции, заниматься делами защиты веры.
Продолжение следует...
Автор: Вл. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/73619-stiratel-imyon-glava-15-utro-inkvizitora.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: