Ночь катится над миром
«Тысячелетия назад Небесные чертоги охватило пламя войны. Это случилось после того, как Творец, Предвечный и Нерождённый, покинул Универсум, отправившись в бесконечные странствия, чтобы создавать новые миры, рисовать искристые узоры созвездий и туманные спирали галактик на холстах вечности. Те же, кто были оставлены Вседержителем для того, чтобы беречь мироздание, не сумели сохранить мир друг с другом. И небеса сошлись в битве с небесами, и вздрогнули основы бытия, и всколыхнулось пространство Великой Тени, готовое прорваться в наш мир сквозь Тонкие грани. В отгремевшей войне имелись свои победители и свои проигравшие. Первые получили абсолютную власть, но только не ответы о том, в чём смысл их существования, а вторых ждало вечное изгнание за самые дальние пределы Сущего. Это случилось давно, но эхо небесных битв до сих пор не отгремело…».
Луис Дер Сайтеран «Одиночество ангелов»
Настал час, когда с крутых заснеженных вершин Мулай-Хата на город Хаддар, столицу одноимённого королевства, вкрадчиво опустились густые сумерки, верные спутники свирепой и безжалостной владычицы ночи Анахты. В особняке Дер Форгосов зажглись свечи, упали вниз на пол тяжёлые шелка портьер, звуки стали тонуть в вязкой полумгле, и даже домашние слуги невольно начали говорить между собой шёпотом, шелест которого заструился по анфиладам необитаемых комнат и пустым пространствам извилистых коридоров, как шорох опавших листьев под ногами идущего в никуда странника. Слуги двигались неслышно и плавно, словно большие белые тени, опасаясь неосторожным шумом потревожить покой своего господина.
Князь Мельхар Дер Форгос ночевал у себя дома впервые за последние восемнадцать месяцев. Закончилась относительно короткая но весьма ожесточённая война с упрямым и неуступчивым Элианом, небольшим королевством у западных границ Хаддара. Победоносные легионы вернулись к местам постоянной дислокации. Хаддарская знать увела в свои земли личные дружины. Вернулся домой и он, глава прославленного дома Дер Форгосов, князей Алого Штандарта, на мечах которых в свое время пришла к власти ныне правящая королевская династия Дер Хассаров. Мельхару Дер Форгосу минувшей зимой исполнилось тридцать шесть лет, но выглядел он на несколько лет старше – волосы были заметно припорошены ранней сединой, глубоко посаженные тёмные глаза одинаково спокойно и строго смотрели на любого собеседника, независимо от того, простолюдин он или благородный. Слегка раздвоенный княжеский подбородок справа украшал тонкий шрам, начинавшийся возле уголка рта – отметина, оставшаяся со времен юности, прошедшей среди частых дуэлей. Лоб Мельхара пересекали несколько заметных морщин, первая из которых легла на его чело одиннадцать лет назад, когда при вторых родах умерла его жена Ксантия Дер Форгос, забрав с собой в могилу их сына, прожившего ровно час после появления на свет. Князь не стал второй раз связывать себя узами брака, предпочитая отдавать всего себя воинской службе. Его единственная дочь Весталия воспитывалась в удалённом от столицы имении, и отец виделся с ней не чаще, чем один-два раза в год, а в связи с участием князя в Элианским конфликте, его предыдущая встреча с родной дочерью состоялась ещё в начале прошлого года. Гонец исправно привозил от Весталии письма с пустыми вежливыми словами, и отвозил ей обратно такие же ответы отца. По сути каждый из них, и отец и дочь, жили своей жизнью.
Сейчас князь отдыхал. Сидя в глубоком кресле, стоящем посреди просторных личных покоев, и медленно потягивая подогретое вино, он смотрел на пламя в камине, на сплетение жёлтых, оранжевых и багровых языков, в бесконечном движении которых ему виделись танцы неистовых демонов. На улице стояла глубокая осень, для поддержания тепла в княжеских покоях слугам приходилось ежечасно подкладывать в камин новые поленья. Нельзя было допустить, чтобы господин вдруг невзначай почувствовал холод. Угрюмая глыба ночи катилась над миром, восседая на мерцающей антрацитом колеснице, хлестала невидимым кнутом похожих на чёрные грозовые тучи коней, чьи копыта выбивали искры из хрустальной тверди небес. Князю не хотелось думать о том, что сулит ему завтрашний день, сейчас единственными реальными вещами для него были только ночь и завораживающая пляска огня в камине.
В двери аккуратно но настойчиво постучали. Мельхар вздохнул. Финни Элекаари, его управляющий. Больше никто другой не осмелился бы потревожить его в короткие часы отдыха. Элекаари ничуть не изменился за последние полтора года, сохранив способность появляться именно тогда, когда князь меньше всего был готов решать серьезные вопросы, связанные с управлением владениями или вложением золота в какие-нибудь финансовые авантюры. Впрочем, Дер Форгос никогда по-настоящему не злился на Финни. Однажды, когда Мельхару только исполнилось семнадцать лет, он спас от жестокой расправы тощего уличного воришку с глазами голодного волчонка, а немного позднее поспорил с отцом, что сделает из этого человека верного помощника. И ведь он выиграл спор, жаль только, что старый князь уже об этом не узнает. Финни Элекаари был на два года младше Мельхара, однако сейчас уже никто не узнал бы в этом преисполненном собственного достоинства человеке с наметившимся брюшком и размеренной речью, того давнего, озлобленного на всех и вся паренька с Диких улиц.
- Да! – Мельхар отозвался на стук в дверь слегка раздраженным тоном, сделав это больше для видимости. – Я же просил подать ужин на полчаса позднее, Финни!
- Милорд! Прибыл Барон Дер Эстемери и просит его принять! – Услышал Мельхар из-за двери голос своего управляющего. – Он не предупредил о визите заранее, но я…
- Эстемери, - усмехнулся Дер Форгос. Саласара Дер Эстемери он знал больше четверти века, ещё с тех пор, когда их обоих мальчишками зачислили в военный гимнасий имени прославленного короля Фелиада Третьего, прадеда нынешнего монарха Анагена Четвёртого. Вместе с Дер Эстемери они шесть лет провели под одной крышей, и, не смотря на то, что род Мельхара считался несравнимо более древним и знатным, мало того, родственным королевскому Дому, они оба считали друг друга друзьями. Настоящий друзья в аристократическом кругу являлись редкостью, в связи с чем, разбрасываться ими, конечно же, не стоило.
- Скорее веди его сюда, распорядись, чтобы принесли второе кресло и ещё подогретого вина. Да с ужином тогда пусть поторопятся, ради гостя!
Князь почувствовал сдержанный интерес, что же еще, кроме давней дружбы, могло привести к нему в этот весьма поздний час командира тысячи в девятнадцатом легионе, барона Саласара Дер Эстемери?
Двери его покоев распахнулись и перед князем предстал его старинный товарищ, среднего роста, плотный, с обманчиво простоватым лицом. Он был одет по-военному, будто опять собрался в дальний поход, в чёрный сегетер с серебряным знаком тысячника и в штаны из плотной ткани, на поясе висела перевязь со шпагой. На широком лице барона сияла улыбка, однако глаза Саласара как-то странно блестели, словно он уже успел где-то опрокинуть в себя две-три кружки крепкого эля.
- Приветствую, милорд! – Прямо от порога Эстемери полусерьезно-полушутливо поклонился. – Чудесная нынче выдалась ночь!
- Как всегда паясничаешь? Ну здравствуй, Саласар! – Дер Форгос встал с кресла, первым протягивая другу ладонь для рукопожатия. Многие из обладателей княжеского титула на его месте еще подумали бы, достоин ли их рукопожатия какой-то мелкопоместный барон, однако Мельхара подобные вещи никогда не смущали. Если он видел, что перед ним достойный человек, он протягивал руку даже простолюдину.
- Я знал, что ты не оставишь меня мёрзнуть у ворот своего поместья!
- Разумеется, не оставил бы. Я бы извёлся от любопытства, гадая, что привело тебя ко мне поздним вечером, да ещё в такую отвратительную погоду. Ветер воет, как стая неупокоенных душ, наверняка ещё пойдет сильный дождь, в такую погоду ещё говорят, что это плачут Изгнанники. Располагайся, Саласар. Кресло и вино к твоим услугам. Скоро подадут ужин, и ты не имеешь права отказаться от того, чтобы разделить его со мной.
- Я и не собираюсь отказывать от вина. Однако всего в меру, поскольку ранним утром меня вновь ждёт дальняя дорога, а мне надо сегодня вечером ещё успеть посетить мою добрую тётушку Бейтани Дер Лиер. Мой легион перебрасывают на юг, к Кайтенским горам. Представь, это делают почти сразу после окончания элианской заварушки! Даже месяца не прошло! – С чувством произнёс Дер Эстемери, усаживаясь в предложенное ему второе кресло. Служанка бесшумно возникла рядом с гостем и поставила перед ним на столик искрящийся бокал из редкого тиуранского стекла с подогретым вином. Саласар сделал короткий глоток и аккуратно отставил в сторону бокал, который стоил почти, как боевой конь в полном снаряжении.
- Ты говоришь про Кайтенские горы. – Нахмурившись начал говорить Дер Форгос, усаживаясь напротив друга. – А мы с тобой хорошо знаем, что за королевство начинается почти сразу за главным хребтом. Не понимаю. Неужели теперь нас ждёт ещё и война с Тиураном, не смотря на мирный договор, подписанный два года назад?
- Тебе это должно быть лучше известно. – Пожал плечами барон Дер Эстемери. – Ведь это ты вхож в личные покои к Его Величеству Анагену Дер Хассару. Однако по моему скромному разумению, никакой войны не будет. Скорее всего, королевские стратеги желают таким образом «убедить» южного соседа, что дальнейшее соблюдение договора целиком и полностью в их интересах. А для пущей убедительности королю не помешают несколько новых фигур на игровой доске.
- Если всё так, как ты предполагаешь, то всё равно мы не скоро увидимся, мой друг. Шахматные партии королей между собой – долгое дело. Однако если новая война разразится, то, поверь, мы очень быстро окажемся рядом. Алый Штандарт никогда не оставался в стороне от серьёзных баталий. Вот и думай, как оно лучше!
- Мы с тобой оба хорошо знаем, Мельхар, что нашему королевству не нужна вторая военная кампания подряд. Казна такого не выдержит. Тем более, что Тиуран несоизмеримо мощнее Элиана, с которым мы возились полтора года, прежде чем поставили его всё-таки на колени. Нечего надеяться, что наши утомлённые войска на одном лишь голом энтузиазме сумеют оттеснить вооружённые до зубов и отлично подготовленные легионы южан подальше от спорных земель. Готов биться об заклад, что всё ограничится взаимным бряцаньем оружием и «дружескими» улыбками, похожими на волчьи оскалы.
- Пусть так и будет! Но тебя ведь привело ко мне не только внезапное желание поговорить обо всём сразу и ни о чём конкретно, а также стремление попрощаться перед дальней дорогой?
- Ты нетерпелив, Мельхар! Скажи, ты помнишь, чей легион первым вошёл в столицу Элиана Велиадокрус?
- Смеёшься? Я сам зачитывал королевский указ и вручал орденские ленты командованию вашего легиона, в том числе тебе, как одному из тысячников. – Мельхар улыбался, лениво гадая об истинной цели визита своего товарища.
- И ты не забыл, что легион, первым вошедший в город, получает преимущественное право на военную добычу?
- Разумеется. Кто первым вошёл, тот первым и грабит, - усмехнулся Мельхар Дер Форгос, отхлебнув вина из бокала, - а первым в их столицу вошёл девятнадцатый легион, и твоя тысяча в его числе.
***
***
- Благодарю, что напомнил. Но мы ещё хорошо обошлись с Велиадокрусом. Если бы в столицу Элиана первым ворвались бы вояки из двенадцатого легиона Сайдара Дер Аммана, то они обесчестили бы в этом городе даже храмовые статуи, вынесли бы всё из домов до голых стен, а потом устроили бы грандиозный пожар. После этих безумных головорезов в городах выживали только комары, а не изнасилованными оставались лишь деревья, и то не все, а которые колючие и ядовитые. Мы же ничего не жгли, почти никого не насиловали, брали добычу в пределах разумного, а убивали только тех, кто сопротивлялся с оружием в руках и отказывался сдаться.
- Ага. И всех тех, кто вам приглянулся, подчистую обратили в рабов, переполнив рынок. Цены на невольников рухнули, работорговцы терпят убытки и скрипят зубами, вынужденные сбывать товар за четверть цены.
- Что поделать, это война, Мельхар, а у неё свои законы, в том числе, касающиеся живой добычи.
- Согласен, но хватит ходить округ да около, ты же ко мне не просто поболтать о том и о сём пришёл. Выкладывай свою цель!
- Ни капли терпения у тебя, генерал! Впрочем, как и всегда. А что, если я хочу сделать тебе какой-нибудь подарок?
- С чего это вдруг? Мой день рождения был давно, на него как раз пришлась битва при излучине Эдель-Риона. Мне тогда в качестве подарка достался выстрел из новомодной аркебузы с десяти шагов - вражеский стрелок каким-то чудом промазал.
- Иногда для подарка не нужен повод. Мы же друзья.
- С этим не поспоришь. Но ты же знаешь, что я равнодушно отношусь ко всяким красивым безделушкам. Если тебе только не попался какой-нибудь из старых элианских мечей. Такой подарок я бы с удовольствием принял, в пару моему верному клинку Дарнагту.
- К сожалению, не попался, Мельхар. Мечи старого Элиана великая редкость, как ты и сам знаешь. Но мой подарок для тебя тоже весьма необычен. Я хотел было продать его, но почему-то решил оставить себе, хотя так и не сообразил, что с ним делать. Однако среди сурового Кайтенского предгорья, куда мне предстоит отправиться, ему тоже нет места. И я вспомнил про тебя.
- Что же это? Охотничий лук, магический кристалл, исполняющий желания, или золотой гребень короля Элиана?
- Нет, - засмеялся Дер Эстемери, - то, что король Элиана Бастиан Счастливый лысый точно коленка, знают все в нашем войске. Когда бедолага удирал после поражения в битве за столицу, с него слетел шлем и солнце вовсю отражалось от его вспотевшей от страха башки, лишённой малейшего признака растительности!
- Прекрасно это помню! Но признаюсь, что ты меня заинтриговал своим таинственным подарком. Что же это за диковина?
- Сначала скажи, что принимаешь мой дар, а потом узнаешь. Уверен, что этот подарок должен тебя заинтересовать.
- То есть, мне следует согласиться на то, чтобы принять в дар кота в мешке? Так, мой старинный друг Саласар?
- Именно так, а не иначе, Мельхар! Именно кота в мешке. А то я слышал, что в последнее время твоя жизнь стала отвратительно скучной – война-дом, дом-война. В ней мало сюрпризов, нового, необычного, таинственного.
- Только сюрпризов мне ещё и не хватало. Я не такой романтик, как ты, Саласар. Надеюсь, ты не вздумал подарить мне дрессированную пантеру?
- Почти угадал, мой дорогой Мельхар! Только, нет, это не животное.
- Тогда я просто теряюсь в догадках.
- И ты согласен принять подарок?
Мельхар Дер Форгос задумался, на его губах появилась тень лёгкой улыбки.
- Пожалуй, да. Я его приму. Ты ведь никогда раньше не славился тупыми шутками, Саласар. Это наш с тобой товарищ по военному гимнасию Маэл Дер Мурхад мог привезти ко мне в поместье разъярённого медведя, выпустить его во дворе, после чего скрыться с довольным ржанием дикого осла, не думая, что привезённая им тварь может кого-нибудь покалечить, или убить.
- Маэл и не на такое был способен! – Согласился Дер Эстемери. – А, что за подарок я тебе оставляю, ты узнаешь, когда я покину твой дом, Высокий князь.
Снаружи, где уже давно царила непроглядная темень осенней ночи, особенно надрывно взвыл ветер, в окно застучали, ускоряясь, тяжёлые как свинец капли дождя. Мельхар покосился на скрывающие окно портьеры.
- Оставайся у меня до утра, Саласар. Тебе приготовят гостевую комнату. Через десять минут такого ливня все дороги в округе превратятся в бурные реки.
- Прости, но не могу. За час до рассвета я должен быть в расположении легиона, за городом. Прошу меня простить, но и на ужин я тоже не останусь.
- Покидаешь меня, разбойник!
- Я должен. Когда за мной закроют ворота, прикажи Финни показать тебе мой подарок. Но не раньше!
- Каков хитрец! Ты уже всё продумал, а для вида напустил таинственности!
- Мне и в самом деле пора, Мельхар.
Друзья одновременно встали и обнялись.
- До свидания, Саласар.
- Прощай, Высокий князь.
Слуга проводил барона Дер Эстемери вниз, где ему подали плащ и подвели к крыльцу коня. Мельхар Дер Форгос ещё некоторое время стоял посреди комнаты, наблюдая завораживающий танец огненных демонов в камине. Снаружи истошно надрывался ветер, там было царство одиночества и холода, куда сейчас ускакал его давний друг. Одиночество и холод царили в душе Дер Форгоса. Минут через десять он сбросил оцепенение и позвал к себе Финни Элекаари.
- Днём, вернувшись домой, я не стал утомлять себя выслушиванием отчёта о своих финансовых делах, - сказал Мельхар, когда управляющий вошёл в его покои, - теперь я готов принять твой доклад. – На самом деле все эти мудрёные цифры вызывали у князя только безудержную зевоту, но сейчас Дер Форгос не хотел оставаться один. Лучше слушать, как Финни Элекаари бубнит про какую-то там «рентабельность», чем в одиночестве слушать вой ветра снаружи.
- Наконец-то! – Искренне обрадовался Финни. – Ваши дела идут успешно. Совокупный доход от всех ваших земель с прошлой осени возрос почти вдвое. Теперь вы свободно можете купить землю у старого Дер Малодана, а также построить новый мост в Восточной Кабрии, что позволит купцам быстрее добираться до центра провинции – старый мост стал настолько ветхим, что по нему можно передвигаться только пешком и налегке. Новый мост позволит увеличить доходы от взимания пошлин. Вот только…
- Что «только»?
- Ваше поместье рядом с городком Лейда второй год подряд приносит убытки.
- Лейда? – Князь Мельхар Дер Форгос задумался. – Я не был там лет восемь или десять. Это мрачная крепость, построенная моим прадедом в те времена, когда Тиуран и Думвальд реально угрожали нашим границам. Если я не запамятовал, Хеард Самман всё ещё служит там управляющим?
- Да, он занимает эту должность уже двадцать седьмой год. Только Самману уже семьдесят семь лет, милорд. С годами старик, видимо, подрастерял те способности, которые привлекли вашего благородного отца, милорда Санмора.
- И что ты мне предлагаешь? – Лениво поинтересовался князь. Как раз в этот момент слуги принесли ужин, и думать о серьезных вещах Мельхару полностью расхотелось. На самом деле ему вообще сейчас ничего не хотелось, даже дышать.
- Я предлагаю отправить старого Саммана на заслуженный отдых. Подыскать ему домик в Лейде, назначить достойное содержание, а управляющим поместья назначить нового человека, способного вдохнуть жизнь в обветшавшую крепость, прежде всего, заставить её приносить вам много звонких монет.
- Я хорошо помню Хеарда Саммана. – Произнёс Мельхар, немного помолчав. – Лейдский замок для него это всё. Хеард когда-то служил сотником у моего отца и был его другом. Они ели из одного походного котла, они вместе ходили в бой.
- Милорд! Я же не предлагаю вышвырнуть Саммана за ворота, точно старого больного пса! – Финни изобразил на лице оскорблённое выражение. – Разумеется, спокойная и безбедная старость Самману будет обеспечена. И домик в Лейде, который для него подберут, не будет обветшавшей избушкой с щелями в стенах и тараканами размером с ладонь!
Когда-то Хеард Самман, весельчак и балагур, качал маленького Мельхара на своём колене и рассказывал забавные истории про говорящих зверей и деревьев, развлекая малыша. С тех пор прошло три десятилетия, но князь Дер Форгос ничего не забыл.
- Я подумаю над твоим предложением. Сейчас у меня нет на примете подходящего человека. Когда ляжет снег и установится санный путь, возможно, я сам посещу Лейдскую крепость, где приму решение на месте. Кстати, едва не забыл! Благородный Саласар Дер Эстемери оставил для меня какой-то таинственный подарок?
Если Финни и был недоволен тем, как его господин ушёл от обсуждения темы управления поместьем возле города Лейда, то вида он не подал.
- Да, милорд, оставил. – Элекаари быстро посмотрел себе за спину, будто упомянутый подарок находился сейчас позади него. – Золтан Хаттсур попытался к нему чуть прикоснуться, так «подарочек» едва не вцепился ему в глотку.
- Что?! Ах, Саласар, обманщик! Он всё-таки притащил ко мне в дом пантеру?! Клянусь слезами Падшего, я ему за это…
- Нет, милорд. Подарок – не пантера.
- Тогда мне стало любопытно. Прикажи тащить этот подарок ко мне в покои. Я сам хочу взглянуть на то, что пыталось порвать горло моему телохранителю!
- Может быть, отложите осмотр нежданного подарка от барона до утра? – Предложил управляющий, состроив недовольно-нейтральную мину.
- Утром у меня будут уже совершенно другие дела. – Ответил, немного подумав, Мельхар Дер Форгос, прекрасно знавший, что никаких дел на завтра у него не планировалось. – Или не будут. Возможно утром мне будет уже плевать на подарок Эстемери и я прикажу его выбросить на помойку. Подарок, а не барона, разумеется. Пусть слуги покажут его сейчас, пока мне ещё хоть капельку интересно.
Элекаари отвесил короткий поклон и удалился. Мельхар вдруг почувствовал, что заинтригован. Что же это за подарок, который не драгоценная безделушка, не оружие и не зверь, но при этом может вцепиться в глотку здоровому и сильному мужчине? Перед мысленным взором Дер Форгоса возникли смутные образы. Холод и тьма, движение теней во мраке ночи, злое колдовство и загадки проклятых древних курганов… Чепуха! Он давно уже не ребёнок, чтобы удивляться неожиданным презентам. Скорее всего, его внезапно проснувшееся ожидание чуда, того, что вырвет его из состояния глухой тоски, окажется обманутым.
Стук в двери заставил Мельхара вздрогнуть. Подавив непривычные чувства предвкушения и азарта, Высокий князь, генерал Алого Штандарта заставил себя усесться в кресло.
- Входите! – Громко произнёс Дер Форгос.
Продолжение следует...
Автор: Вл. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/73120-stiratel-imyon-glava-1-vecher-i-dozhd.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: