Живая сила
Золтан вернулся через час, и вернулся не один. За ним, зажав под мышкой объемистую кожаную сумку, следовал сухопарый старик с худым желчным лицом. По выражению этого лица всем присутствующим становилось ясно, что Луциана Дер Корнагона подняли прямо из кровати, и заставили отправиться в дорогу через половину города едва ли не силой. Завидев Мельхара Дер Форгоса, встречавшего у крыльца, пожилой целитель раздражённо произнёс:
- И как прикажете это понимать, Высокий князь?! Ваш костолом поднимает меня среди ночи, переполошив всех моих домашних, кричит, что с вами приключилась беда и срочно нужна помощь целителя, которую кроме меня никто не может оказать, грозится перебудить весь квартал, если я с ним не поеду. Потом мы скачем вместе с ним вдвоём на одной лошади, у меня в голове проносятся картины относительно того, что с вами стряслось, одна другой ужаснее! И что я вижу по прибытии? Вы стоите передо мной, более чем живой и здоровый! Если это какая-то дурацкая шутка, князь Мельхар Дер Форгос, то я готов посмеяться вместе с вами, но только после того, как вы передо мной объяснитесь и принесёте свои извинения!
- Мне не до шуток, Луциан, как будто вы меня не знаете. – Лицо Дер Форгоса выглядело мрачнее грозовой тучи. – Здравствуйте, граф.
- И вам как можно дольше здравствовать! Что у вас всё-таки стряслось?
- Сейчас я всё объясню, - Мельхар сделал приглашающий жест рукой, предлагая Дер Корнагону войти в его дом.
Когда Луциана Дер Корнагона привели к раненой эштвеллке, и он осознал, кому именно сегодняшней ночью потребовалась его помощь, то возмущению мага-целителя не было предела.
- Вы видимо не понимаете, что это страшное оскорбление, Мельхар Дер Форгос! Вытащить меня из дома в такой поздний час, и всё для того, чтобы спасти вашу рабыню! Вы сошли с ума, князь, или возомнили, что…
- Прошу вас немного помолчать, граф. – Тяжело произнёс Мельхар. – И было в его голосе что-то такое, отчего сварливый маг-дворянин был вынужден поумерить свой гнев. – Я хочу знать только одно: вы способны ей помочь?
- Я не буду работать, - буркнул Дер Корнагон, - рабов пусть лечат знахари из предместий!
- Высокий граф, - вмешался Мерсад, - я знаю вас, вы знаете меня. Вы хорошо представляете, что я могу, а чего у меня никогда не выйдет. Имей я ваши дар и умения, я бы применил их, не раздумывая. Но их у меня нет. Сейчас помочь этой девушке можете только вы, но время стремительно уходит. Ещё несколько минут, и ваша сегодняшняя ночная поездка и в самом деле станет пустой тратой времени.
- Ты же знаешь, что я уважаю тебя, Мерсад, но при всём при этом я глубоко возмущён! Князь Мельхар Дер Форгос, я требую немедленно доставить меня домой, или сегодня утром я буду вынужден обратиться с личной жалобой на вас к Его Величеству Анагену Дер Хассару!
Дер Форгос подошёл к кипящему от возмущения магу и что-то быстро прошептал ему на ухо.
- Сколько? – Оторопело прошептал Луциан. – Я не ослышался?
- Вы не ослышались. Этого хватит на оплату всех ваших долгов, граф, и ещё останется на безбедную жизнь.
- Но это какое-то безумие, князь! Это больше, чем всё моё жалование за двадцать лет службы у… - Луциан прервал сам себя. –Нет, я отказываюсь, потому что не стану грабить больного на голову вельможу!
- Я отдаю отчёт, как в своих словах, так и в своих действиях. Вытащите эштвеллку.
- Так она ещё и эштвеллка! – Всплеснул руками Дер Корнагон. Однако он уже успокоился и принял для себя решение. И обещанная Мельхаром внушительная сумма не имела никакого значения.
Луциан поставил на пол сумку, скинул тяжёлый плащ на руки подоспевшему слуге и подошёл к деревянному топчану, на котором неотвратимо угасала жизнь Дейзи Зеккар. Целитель склонился над умирающей. Веа неслышно поднесла магу тазик с тёплой водой и Луциан привычным движением ополоснул в нём руки, вытерев их о полотенце, которое ему протянул Мерсад. Маг находился возле девушки очень долго. Его руки двигались над телом пациентки, постоянно возвращаясь к страшной ране, из которой выступала зловещего вида деревяшка. Мельхар мог бы поклясться, что видит, как на ладонях Дер Корнагона пляшут золотистые искры. Дейзи несколько раз кашлянула, а потом вдруг что-то еле слышно спросила у мага-целителя на незнакомом Мельхару, видимо эштвеллском языке. Луциан вздрогнул, будто эти слова что-то в нём затронули, и ответил девушке столь же тихо, Дер Форгос сумел разобрать только окончание фразы:
- …иккелвортан самрэ, ателли.
- Что он сказал? – Спросил Мельхар у Золтана.
- Маг говорит «всё будет хорошо, маленькая», - ответил Хаттсур.
Целитель требовательно отвёл назад правую руку и ему сразу же подали его увесистую сумку. Дер Корнагон извлёк наружу шар мутно-зелёного цвета, похожий по виду на стеклянный. Маг около минуты подержал шар на своей ладони, при этом его глаза оставались закрытыми.
- У меня только одна запасная формула, князь. Я знаю, что её мощности не хватит. Твоя девчонка почти уже нас покинула. Если бы я приехал на полчаса позже, помогать было бы уже некому.
- Вы спасёте её или нет?!
- Скорее всего, не спасу. Я – маг, а не небожитель. Только светлые боги способны возвращать вступивших на безвозвратный путь. Но, как бы то ни было, сначала надо извлечь из неё этот кусок дерева. А там и поговорим о шансах…
Маг-целитель возобновил движения ладонями над телом смертельно раненой эштвеллки. При этом выражение лица волшебника изменилось, куда-то пропала вся желчность, это лицо сделалось сосредоточенным, серьёзным, и, что несказанно удивило Мельхара, добрым. Никто из более или менее знающих графа Луциана Дер Корнагона, не смог бы назвать его приветливым человеком, способным на проявления нежности, но сейчас маска закоренелого сварливого циника сползла с лица королевского мага-целителя, открыв совершенно другое лицо, которое среди его окружения доводилось увидеть лишь единицам.
- Вот ведь, что удумала над собой сотворить, дурочка…- вполголоса начал бормотать Луциан. То, что он стал говорить дальше, звучало так, словно маг разговаривал сам с собой во сне. – Я ведь всё прочитал, всё вижу. Взяли в плен, свободы лишили. Потом пожурили слегка, обещали выпороть, да грязь чистить заставить. Считай, пальчиком тебе погрозили, не более того. Другой бы тебя, девочка, в грязь втоптал, натешился, да изуродовал, а он тебя пожалел. А ты гордая, очень гордая. Но ты хорошая, я знаю. Свет в тебе, много света, через край льётся. Плохого и тёмного человека смерть бы сразу забрала, плохих никто и ничто не держит. А тебя кто-то не отпустил отсюда. Крепко, ой крепко схватил, словно сам тонет, да за соломинку… Иначе бы ты уже ушла. Но сколько же в тебе света, кого-то он скоро сожжёт, этот свет…
- Он что, бредит? – Финни Элекаари зачем-то вернулся, встав на пороге комнаты, где велась битва мага-целителя со смертью. В поместье Мельхара Дер Форгоса он, не без оснований, считал себя вторым человеком после милорда, да и маг-целитель, как он полагал, был сейчас полностью сконцентрирован на пациентке, и не мог услышать его слов. Финни глубоко заблуждался.
- Вякнешь ещё хоть слово – нашлю на тебя проказу, холоп, - не меняя напевного тона голоса, произнёс ему в ответ Луциан Дер Корнагон.
Элекаари открыл и закрыл рот, словно вытащенный на берег храмового пруда карп. Его никто так не осаживал уже целую вечность.
- Милорд! – Громкий шёпот Золтана заставил Мельхара внимательнее смотреть на манипуляции Луциана. Ладони Дер Корнагона образовали кольцо вокруг торчавшего из живота девушки обломка. Золотистые искры превратились в настоящий рой светящейся «мошкары», плотным облаком окутавшей руки целителя и предмет, которым Дейзи пыталась лишить себя жизни. Повинуясь движениям рук мага, страшный кусок дерева стал выходить из раны. Эштвеллка вскрикнула и забилась на узком ложе. Мельхар поначалу решил, что наблюдает её агонию.
- Держите её! Крепко держите!
Опомнившийся Дер Форгос встал у изголовья, удерживая девчонку за плечи, Умница-Золтан занял место по другую сторону ложа, удерживая ноги раненой.
Девчонка страшно закричала. Покрытый тёмно-бордовой влагой обломок черенка, ощетинившийся острыми щепками, вышел из её тела. Из раны потоком хлынула чёрная кровь, но Дер Корнагон был начеку. Повинуясь его воле, кусок дерева вылетел в коридор, слегка мазнув по щеке стоявшего с ошалелым видом Финни Элекаари. Ладони мага, покрытые золотым пламенем, замерли над дырой в животе пациентки. Толчки, выступавшей из раны крови стали замедляться, пока полностью не прекратились, поверх повреждённых тканей стала образовываться бурая корка. На лбу мага-целителя выступили крупные капли пота. От лица и рук Луциана Дер Корнагона вверх стал подниматься пар, будто королевский целитель выскочил из бани на лютый мороз.
- Не хватит, - сквозь крепко сжатые зубы произнёс Луциан, - запасной формулы не хватит. Я почти всё израсходовал. Мне не удержать её, она ускользает в Великую Тень!
- Что можно сделать? – Быстро спросил Мельхар Дер Форгос.
- Мне нужно взять силу! У того, кто её способен отдать. У того, у кого её много! Для неё. Иначе девчонка умрёт. Она упала на этот обломок с высоты своего роста, и проткнула себя почти насквозь! Интересно, кто принёс сюда этот острый кусок дерева и оставил у неё на виду? Мне нужна живая сила для новой формулы, иначе она протянет максимум до рассвета!
- У кого ты можешь взять живую силу?
- Я же сказал! У того, кто способен её отдать!
Финни Элекаари из коридора смотрел на затылок своего господина таким взглядом, словно был его давно позабытой совестью.
***
Дейзи Сандар Рэйя Зеккар открыла глаза и сразу зажмурилась. За распахнутым настежь окном стояло необычно солнечное и тёплое для поздней осени утро, и хлынувший яркий свет на мгновение ослепил её. Некоторое время она просто лежала, наблюдая за радужными пятнами, которые плясали под закрытыми веками. Когда Дейзи вновь открыла глаза, то поняла, что находится в небольшой, но очень уютной комнате с белым потолком и украшенными росписью стенами. Одна из стен была занята фреской с изображением пастуха в окружении овечьего стада. За спиной бородатого пастыря были изображены островерхие горы со снеговыми шапками и синее небо. Отбросив пуховое одеяло, она села на кровати. Дейзи поняла, что обнажена, и попыталась вспомнить, куда подевалась её одежда. И вдруг память обо всём случившемся разом вернулась к девушке, так что она подскочила на матрасе, едва не свалившись на пол, а её правая рука судорожно метнулась к животу и замерла там. Эштвеллка недоверчиво посмотрела на тот участок тела, куда вошёл острый обломок. Она вспомнила всё – ненависть, жгучую обиду, свою отчаянную решимость, и то, как возвращаясь в отведённую ей каморку, увидела вдруг эту зазубренную деревяшку, будто специально оставленную между стыками стен в коридоре. Пройти мимо и не заметить было нельзя. Те, кто присматривали за ней, ничего не успели сделать – решение у девушки созрело мгновенно. Правда она и не представляла, что будет так чудовищно больно. Но тем не менее, сейчас она была жива, и не видела у себя на теле никаких следов от раны! Кроме того, она находилась не в убогой рабской каморке, а в довольно приличном помещении. И ещё эта замечательная фреска. У неё дома имелись похожие. Когда Дейзи исполнилось пять лет, однажды она вооружилась позаимствованными в мастерской живописца кистью и красками, и дополнила несколько настенных фресок собственными сюжетами. Отец поначалу собирался её наказать, но присмотревшись внимательнее к тому, что изобразила его маленькая дочурка, передумал. После этого для неё наняли художника из столицы, Велиадокруса, который стал учить девочку изобразительному искусству. Отец, за неимением сыновей, готовил одну из двоих дочерей к поступлению в Пурпурные пояса, и он посчитал, что воин, умеющий качественно изобразить на бумаге то, что происходит вокруг, всегда сумеет грамотно нарисовать и карту с дорогами, реками, и местами расположения армейских станов.
- Очнулась? Наконец-то, слава светлым богам! – Произнесли у неё за спиной.
Дейзи вновь подпрыгнула, на этот раз от неожиданности. Она всем телом развернулась назад, одновременно закрываясь одеялом, за изголовьем кровати всё это время находился посторонний, а она, размазня размякшая, об этом даже не догадывалась! А ещё Пурпурный пояс, называется! После такого следовало именоваться Кружевным чулком!
На неё, мягко улыбаясь, смотрела полнотелая женщина средних лет с приятным добрым лицом, Дейзи уже видела её в княжеском доме, но не знала, как к ней следует обращаться.
- Привет, меня зовут Веа, я экономка в этом доме, - сказала женщина, - а ты Дейзи, я знаю.
- Здравствуйте, Веа... Где я нахожусь? – Тихо спросила девушка.
- Сейчас ты, милочка, находишься в моей комнате и нежишься в моей кровати. Мне же из-за тебя, буйная барышня, пришлось немного потесниться и вспомнить, каково это, спать на полу, на расстеленной звериной шкуре.
- И совсем я не буйная! – Почему-то решила возмутиться Дейзи, вновь позабывшая о своём нынешнем положении.
- Не буйная она, как же. Подняла весь дом на уши, и после всего этого считает себя беленькой и пушистенькой, - всплеснула руками Веа.
- Но почему я здесь, я же помню, что сделала!
- Ты сопливая, наивная, обидчивая дурочка, - с удовлетворением в голосе произнесла Веа, - а в моей комнате ты находишься потому что сюда тебя принесли, пока ты была ещё без чувств.
- Я думала, что уже умерла, - растерянно призналась Дейзи.
***
***
- Ты была недалека от этого. Всполошила князя. Давно не видела его в таком состоянии. Знаешь, кто тебя, мелкую гордую балбеску, вытащил с того света?
- Не знаю. И кто?
- Личный маг-целитель Его Величества короля Анагена Дер Хассара, граф Луциан Дер Корнагон.
При упоминании хаддарского короля на лице Дейзи появилась гримаска, но она не могла скрыть своего удивления.
- Почему меня спасли? Почему не дали уйти в Великую Тень?
- Некоторых глупышек с бредовыми понятиями о чести и бесчестии, следует спасать от самих себя.
- Я не глупышка! Но если князь снова прикажет меня выпороть, или же сдержит своё обещание насчёт чистки отхожих мест…
- И после этого она еще не соглашается с тем, что является глупышкой! Всё сказанное тобой - далеко не повод для таких поступков. Кто вбил тебе в голову всю эту несусветную чушь? Однако не напрягайся, милочка, пороть тебя пока не за что, новых дел ты ещё не натворила. Да и к золотарям князь Дер Форгос тебя отправит вряд ли.
- А где он сам, ваш князь?
- В своих покоях. Ему нездоровится. Знаешь, сколько ты проспала, Дейзи?
- Не знаю, долго наверное. Сутки?
- Почти трое. Семьдесят часов, милочка. Ты хотя бы что-то помнишь?
Дейзи медленно покачала головой, она вновь была потрясена.
- Практически ничего не помню. Кажется я видела князя, он стоял у моей кровати и на кого-то кричал. Я решила, что он ругается на меня и хотела его попросить меня добить, ведь для эштвеллского воина, пускай я и девушка это лучший выход, когда…
- Дейзи из Элиана! – Решительно оборвала её Веа. – Большей глупости я давно ни от кого не слышала! Ты же девушка, ты должна давать жизнь, а не пытаться с ней покончить! Вроде бы совсем большая, а говоришь такую несусветную ерунду, как одурманенный гальясом ассасин из какой-нибудь секты! Хуже нет, чем раненых добивать, и наш князь никогда бы так не поступил!
Дейзи какое-то время молчала, обдумывая услышанное. Веа служила его врагу, но сама она вела себя слишком открыто и доброжелательно, невольно вызывая к себе расположение.
- Что будет со мной дальше? – Наконец решилась спросить Дейзи.
- Ничего плохого, если ты забудешь всю эту дикую героическую чепуху, которую я от тебя сейчас услышала. Только не надо бесить князя Дер Форгоса. Не дерзи ему, когда он тебя позовёт, а он тебя позовёт обязательно. Мельхар не злой человек, только крайне вспыльчивый и резкий.
- Я подумаю… А сейчас вы не дадите мне какую-нибудь одежду? – Спросила Дейзи, предполагая, что ей опять выдадут грубую холстяную робу, как в самый первый вечер её прибытия в княжеское поместье.
- Сейчас тебе принесут одежду, и не гримасничай, не ту мешковину, в которую тебя обрядили в начале. Порядочная девушка должна быть одета соответствующим образом. Из той одёжки, в которой ты попала в дом, тебе вернут шёлковую сорочку. Всё остальное слишком истрепалось, поэтому ты получишь новое одеяние.
Дейзи вдруг почувствовала сильный голод, ведь она ничего не ела с того самого дня, как Саласар Дер Эстемери привёз её в это поместье, подарив новому хозяину, словно охотничью собаку. Молодой организм стремился восполнить затраченную энергию.
- Скажите, а голодом меня морить не будут? – Осторожно поинтересовалась она у Веа.
- Не беспокойся. Поесть тебе принесут даже раньше, чем ты примеришь свой новый наряд. Принесут, словно баронессе, или даже целой графине! Только не устраивай нам больше таких сюрпризов, милочка. Ты не представляешь, что едва не натворила!
Против своей воли Дейзи слегка улыбнулась:
- Что, действительно я поставила весь дом на уши?
- Одним словом - глупышка! – Веа беззлобно погрозила девушке пальцем.
***
Ела она с наслаждением, быстро и жадно. Благо, что Веа уже успела куда-то уйти и никто не мог видеть, как эштвеллская девчонка, позабыв о правилах этикета, уминает за обе щеки поданное угощение – немного варёного мяса в тонких ломтиках, поджаренные с яйцами хлебцы и парное молоко в железной кружке. Стремительно утолив голод, Дейзи подумала, что слуги раздражительного князя Дер Форгоса не такие уж и плохие люди. Вытащили с того света, накормили, и вроде бы никто не собирается продолжать над ней измываться.
Принесённая одежда, с учётом нынешнего статуса девушки, превзошла её самые смелые ожидания. Двое служанок аккуратно разложили перед Дейзи несколько элементов одеяния, куда вошли её собственная тщательно отстиранная сорочка, сшитая портнихами родного Зеккара, платье-котта из белой шерстяной ткани (всё же на дворе стояла глубокая осень), корсаж из светлого шёлка, широкий пояс с серебряной пряжкой, чулки, а также обувь – мягкие сафьяновые башмачки. Ей принесли даже нижнее бельё, чему Дейзи несказанно удивилась. Все семнадцать лет её жизни ей вдалбливали в голову, что варвары-хаддарианцы носят одеяния едва ли не из мешковины и справляют различную нужду, не снимая этих самых облачений, а их женщины принимают ванную один раз в год. Теперь девушка начинала понимать, что не всё, что ей рассказывали о королевстве Хаддар и о быте его населения, было правдой. Жаль только башмачки были предназначены только для хождения в помещении. Мягкий сафьян не выдержит уличной слякоти. Хотя, куда это она собралась? – Одёрнула себя Дейзи. Она по-прежнему оставалась здесь всего лишь рабыней, и никто не собирался выпускать её на променад с целью знакомства с местными достопримечательностями. Впрочем хорошее настроение быстро вернулось к ней, когда она облачилась в принесённую одежду. В нужный момент, как по мановению волшебной палочки, в комнате вновь появилась одна из служанок, и помогла ей затянуть корсет. Корсеты Дейзи не любила, но деваться было некуда. По сравнению с её недавней робой, это одеяние выглядело почти что царским, в нём девушка могла сойти за дочь мелкопоместного дворянина, которой она и являлась на самом деле. Жаль, конечно, что для неё не нашлось сегетера, своеобразного камзола полувоенного покроя, к такой одежде её приучили во время обучения перед зачислением в «Пурпурные пояса», но сейчас она находилась не в том положении, чтобы качать права и что-то требовать.
Когда дверь в комнату снова открылась, она сперва решила, что вернулась Веа. Не оборачиваясь, девушка произнесла:
- Спасибо за завтрак и одежду. За одежду особенно – в ней я не похожа на чучело!
- Скажи, почему ты не сдохла той ночью? – Произнёс у нее за спиной мужской голос, наполненный ненавистью.
Лицо Дейзи закаменело. Она повернулась к неожиданному визитёру. На пороге комнаты стоял Финни Элекаари, управляющий главным княжеским поместьем, который распоряжался всем в доме, включая рабов и слуг.
- Нарядилась, почувствовала себя свободной, элианская тварь? Веа чересчур свободно истолковала распоряжение князя – одеть и накормить. А знаешь ли ты, что из-за твоих сородичей её брат на войне лишился руки? Всё потому что не смог поднять меч на такую же никчёмную соплячку, как ты!
- Что вам от меня нужно? – Ощетинилась Дейзи. Оказывается, она слишком рано расслабилась, в этом доме у ней успел появиться откровенный недоброжелатель, правда она не могла понять причин подобной ненависти. С момента её прибытия в дом и до сегодняшнего утра между ней и Элекаари не было произнесено ни одного слова.
- Вот как ты заговорила, отродье! Я тебя насквозь вижу, эштвеллская ведьма! И до тех пор, пока я слежу за порядком в доме, ты не причинишь вреда князю. Это я тебе обещаю Также я обещаю, что приказ князя отправить тебя к золотарям будет сегодня же исполнен. Ты станешь чистить нужники прямо в этой нарядной одёжке. Я уже отдал соответствующие распоряжения. Через полчаса тебя отведут, куда нужно, и покажут, откуда надо черпать дерьмо.
Дейзи не могла понять, чем вызвана такая лютая неприязнь со стороны управляющего, ведь она не сделала ему ничего плохого.
- Вы не в своём уме, - заявила девушка княжескому управляющему.
Финни быстро шагнул вперёд и коротко размахнувшись, нанёс ей удар ладонью по лицу. Вернее, собирался нанести. Дейзи ещё не полностью оправилась от пережитого недавно, но всё равно смогла ловко уйти из-под удара, отпорхнув в сторону, словно бабочка. Увидев, что Финни опять к ней поворачивается, девчонка приняла боевую стойку, которой учили всех Пурпурных поясов.
- О! Я вижу очевидное неповиновение со стороны раба! – В голосе Финни прозвучало нескрываемое удовлетворение. Теперь он получил полную свободу действий. Хаддарские законы позволяли сделать всё с рабом, проявившую активную непокорность, вплоть до предания его мучительной казни. Управляющий извлёк из-за пояса плеть. «Он принёс её в дом специально», - поняла Дейзи.
- Я тоже кое-что смыслю в драке, эштвеллка! Когда я был младше тебя, на диких улицах мы дрались насмерть. И я проиграл только один бой, против четверых взрослых парней, когда молодой Мельхар Дер Форгос спас меня! Сейчас я тебя так отделаю, что никакой Луциан Дер Корнагон больше не соберёт тебя обратно!
Рука Элекаари с плёткой взметнулась над его головой, и замерла в самой высокой точке, перехваченная чей-то узловатой, как корни дуба, пятернёй. Это Золтан Хаттсур вошёл в комнату в самый кульминационный момент разыгравшейся драмы.
- Ты чего это удумал, Финни? – княжеский телохранитель без особого труда забрал у Элекаари плётку. Едва заметное движение его пальцев, и лакированная рукоять орудия наказания, издав жалобный треск, сломалась пополам. Остатки плети Хаттсур вышвырнул в коридор, откуда раздалось приглушённое взвизгивание служанки.
- Эту плеть мне сделали по заказу! – Едва ли не заорал безмерно возмущённый и раздосадованный вмешательством телохранителя, Финни.
- Закажешь себе новую. Или её смастерил великий мастер бичей и плёток? Тогда я возмещу тебе причинённый ущерб. Двух медных монет, я уверен, хватит. Что ты потерял в этой комнате, Финни? – Последние слова были произнесены более жёстким тоном.
- Я слежу за благополучием и спокойствием в доме господина. И о том, чтобы его рабы знали своё место!
- Заботься, только не здесь и не сейчас! – Лицо Золтана оставалось внешне спокойным, но его глаза метали молнии.
- Этой обнаглевшей скотине нужна хорошая порка, чтобы она раз и навсегда усвоила, где её место в поместье благородного Дер Форгоса!
- Остынь, Финни. Девчонка едва с того света вернулась. Твоё выступление здесь неуместно.
- Неуместно!? Я знаю, какая и кем была заплачена цена за исцеление этой рабыни!
- Это не твои деньги, Финни, а деньги господина.
- Я не о деньгах сейчас, каменная башка!
Финни и не думал успокаиваться. Его рука потащила из лямок штанов тонкий кожаный ремень. Дейзи, не смотря на то, что была в два раза легче управляющего, уже была сама готова кинуться на него, раздумывая каким из боевых приёмов, которым её учили, попытаться сбить Элекаари с ног.
Золтан Хаттсур по прежнему сохранял невозмутимый вид.
- Всё же остановись, Финни. Господин поручил присматривать за девчонкой мне, поэтому в данный момент твоя власть на эштвеллку не распространяется. Ты хочешь нарушить волю князя? Ты и так плохо следишь за тем, что происходит в доме, иначе каким образом ты допустил, что девушке попался на глаза тот обломок? Или он попался ей не случайно?
- Да как ты смеешь говорить мне подобное, Золтан?! Неужели ты не видишь, что в доме с момента появления этой чокнутой ведьмы всё пошло наперекосяк?! Забыл, что хозяин болен и третьи сутки не выходит из своих покоев! Знаешь из-за кого?
- Ну, давай же, говори, Финни, - шёпотом произнёс Хаттсур, - просвети меня недогадливого. Не забудь заодно упомянуть свои непомерную гордость и болезненное желание во всём быть незаменимым для князя!
Элекаари пришлось слегка умерить свой пыл. Если бы он и дальше продолжил выводить из себя Золтана, то последний мог бы и сбросить маску спокойствия, приступив к активным действиям. Связываться с человеком, ломающим пальцами прочную рукоять плётки, было себе дороже.
- Я поговорю с господином, когда ему станет лучше, и напомню про его обещание! Он обещал мне, что отправит эштвеллку…
- Вы создаёте излишне много шума, - неласковым тоном произнесли из коридора, где хмуря кустистые седые брови, стоял лекарь Мерсад. – Я только что от князя, и, поверьте, из его покоев вашу перепалку прекрасно слышно. Он просил передать тебе, Финни, что побеседует с тобой позже, а сейчас настоятельно рекомендует тебе удалиться для выполнения твоих прямых обязанностей – то есть управления поместьем. Эштвеллка остается под присмотром Золтана. Твоё самовольное распоряжение насчёт чистки ею отхожих мест, отменяется. Этот приказ обсуждению не подлежит.
Финни стал пунцовым, словно перезрелый плод, однако настаивать на своём дальше не решился. Не сказав больше ни слова, Элекаари деревянной походкой прошёл мимо не сдвинувшегося с места Мерсада, и был вынужден его обходить. Вскоре шаги Финни стихли.
Не сразу, но кулаки Дейзи разжались, однако её серые глаза всё ещё были наполнены гневом. Золтан и Мерсад смотрели на неё. Неожиданно пожилой врачеватель улыбнулся, и эта улыбка сильно изменила его суровое лицо.
- Вот, что значит молодость. Недавно только чувствовала на себе дыхание Великой Тени, а сейчас уже готова броситься в битву. Однако, девочка, я бы не советовал вам какое-то время сталкиваться с Финни Элекаари один на один.
- В том числе ради безопасности самого управляющего, - хмыкнул расслабившийся Золтан Хаттсур.
Продолжение следует...
Автор: Вл. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/73231-stiratel-imyon-glava-4-zhivaja-sila.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: