За дверью перед ними открылось огромное, на первый взгляд показавшееся пустым помещение, пол и ниши в сенах занимали сотни горящих свечей различного размера (кто же меняет их, если Эзрикейт почти всё время находится в подземелье одна?). В центре просторного зала располагалось нечто большое и непонятное, что князь и эштвеллка поначалу приняли за стальную клетку. Однако при более внимательном рассмотрении выяснилось, что перед ними находилось нечто вроде балдахина, только вместо ткани с верхних балок свисали тонкие серебристые нити. За мерцающей завесой из нитей промелькнула неясная тень и Дейзи невольно сделала шаг назад. Затем гости услышали приглушённый смешок.
- Ах эта Сэлатанг! Когда у неё не хватает собственных силёнок, она спихивает решение проблемы на меня! – Раздался из-под переливающегося стального полога мелодичный, совершенно нормальный женский голос. – Но я вижу мужчину. Нечасто я вижу здесь у себя мужчин. Я даже стала забывать, какими ласковыми бывают их сильные руки, и какими требовательными губы!
Сильное дуновение заставило серебристые нити затрепетать и отлететь в стороны, что позволило Мельхару и Дейзи увидеть лицо безумной пифии Эзрикейт. Она выглядела молодо, но на примере Сэлатанг Дейзи успела убедиться, что судить о возрасте волшебника по его внешности – напрасное занятие. Хотя Мельхар сказал бы, что эта женщина вряд ли старше его самого. Волосы Эзрикейт пшеничного цвета совсем не выглядели спутанными ведьмиными космами, а спускались мягкой волной до самых плеч. Эти волосы, в совокупности со слегка вытянутыми к уголкам тёмными глазами и чувственными губами, делали внешность отшельницы скорее привлекательной, чем настораживающей, а если бы не бледность, вызванная длительным пребыванием под землей, волшебницу можно было назвать даже красивой. Лицо Эзрикейт не выглядело лицом человека, потерявшего разум, но в глазах всё же мелькали шальные огоньки.
- Славный, славный! Я бы не отказалась стать твоей воин, хотя бы ненадолго. Там, в другой жизни, которой уже никогда не будет. Ты горяч, как все кипящие источники Мулай-Хата вместе взятые. И девочку нашёл себе под стать. О эти личико и глазки, трудно ошибиться – ко мне пожаловала молодая эштвеллка! Скажу, что с таким лицом, как у тебя, девочка, со временем дамы становятся причиной десятков дуэлей между сильными и смелыми!
Дейзи поняла, что отчаянно краснеет, уже второй раз за сегодняшнее утро.
- Что вам про меня наговорили? – Резко сменив тему и интонацию голоса, задала вопрос Эзрикейт, обращаясь к Дер Форгосу. Она целиком выступила из-под полога и теперь уже Мельхару настала пора сделать один невольный шаг назад. Волшебница была практически обнажена, если не считать множества тонких стальных цепей, опутывавших почти всё её тело. Когда женщина двигалась, раздавался мелодичный металлический звон.
- Это Чистое серебро, - снизошла до пояснений Эзрикейт, - все твари пустоты боятся этого металла. А мне часто приходится иметь с ними дело. Пришлось позаботиться о некоторой защите. Что ж, думаю, что эти хилтовы пифии сказали вам о том, что я сумасшедшая. Что я поплатилась за свою тягу к познанию. Мои названные сёстры всего лишь глупые курицы! Я узнала, что мир на самом деле бесконечен и непостижим, и поэтому они объявили меня безумной! Их постулаты и цели поросли мхом! «Познание должно иметь пределы», - девиз всех трусов с начала времён. Эй, Нейрадан, ты меня слышишь, пустоголовая толстая барсучиха? Боишься попасться мне на глаза? Не бойся, входи сюда, и я снова дам тебе какой-нибудь подарочек! Знаешь, славный воин, в прошлый раз, когда она меня утомила своим морализаторством, я специально сплела для Нейрадан формулу «Аромат алькова», чтобы разнообразить её унылые одинокие будни. Так бедняжка целую неделю потом изнывала от желания, едва с ума не сошла, хотя всего-то надо было отправиться к ближайшую лесную деревню и отыскать там себе подходящего лесоруба, пахнущего потом и сосновой хвоей! А она терпела, пока формула не перестала действовать. С тех пор Нейрадан ко мне ни ногой! Три года не переступала порога этого склепа!
- Нам нужна твоя помощь, Эзрикейт, - Мельхар решил прервать бурное словоизлияние волшебницы. Видимо ей не часто удавалось поговорить с посторонними людьми, однако Дер Форгос не обладал достаточными временем и терпением, чтобы и дальше слушать монолог этой затворницы.
- Помощь? Да, время от времени, ко мне приходят и просят помощи. В прошлом году приходил один знатный тип, едва брюхо в дверь пролезло. Сокрушался, что проиграл судебную тяжбу по поводу имения, к которому не имел никакого отношения. Помочь ему просил. Зачем. Спрашивается, его вообще на остров допустили, если никто из наших не захотел с ним связываться? Но я ему помогла. Сделала специально для него формулу против жадности. Предстоятельница Сэлатанг потом приходила, ругалась. Говорила, что боров этот имущество своё всё распродал, раздал деньги нищим да сиротам, а сам снял башмаки и босым странствовать по городам и весям отправился. До сих пор, говорят, странствует, да поёт песни, птичкам небесным радуется. Хотите ли вы ещё моей помощи?
Мельхар поднял вверх руку, демонстрируя Эзрикейт кожаный свёрток:
- Мне нужно знать, кто наложил заклятие, «зримую формулу» на эту вещь.
Эзрикейт втянула воздух, будто принюхиваясь, так, что её ноздри затрепетали.
- О, там внутри что-то очень и очень любопытное! – Слова женщины прозвучали протяжно, почти напевно. – Дай мне сюда эту вещь, воин!
Завладев свёртком, волшебница открыла его и внимательно всмотрелась в кровавый знак на светлой ткани.
- Сэлатанг, Сэлатанг! – Полупрезрительно усмехнулась Эзрикейт. – На всё бы тебе вешать свои замки! Ой, девочки, к нам лезет тварь из нижнего мира! Давайте повесим на неё замок! Сказала и повесила. Так хилтова старуха думает, что решает проблему. И никакого здорового любопытства. Магия для Сэлатанг как веник для уборки мусора или садовая тяпка, бездушный инструмент… Пожалуй, пора взглянуть на тебя, - Эзрикейт склонилась над сорочкой. – А вы двое лучше отойдите к дверям. Глубинные сущности – не самые приятные и безопасные создания. В каждом из них столько лютой злобы, что ею можно наполнять озёра и моря.
Магические действия Эзрикейт, в отличие от Эйнкетта и Сэлатанг, не сопровождались выделением тепла. Внезапно, при полном отсутствии сквозняка, одна за другой стали гаснуть свечи, и в подземелье начало быстро темнеть.
- Он идёт, - голос Эзрикейт прозвучал глухо и отдалённо, словно со дна глубокого погреба или колодца, - он уже совсем близко, ему осталось пройти только полвздоха. Его я не перепутаю ни с кем. Архидемон. Пожиратель, Дробитель и Разрыватель, рождённый в глубинах бездны! Безликий и Невоплощённый, создание Изначальной Тьмы и сам Тьма. Великий дух из Великой Тени. Я чую твой голод, Азраэль!
Зал почти полностью погрузился в темноту. Осталась гореть лишь одна единственная свеча, стоявшая на земляном полу перед ногами Дейзи – маленький светлячок, потерявшийся в бесконечном море тьмы. Мельхар и Дейзи в опустившемся мраке перестали видеть волшебницу. Девушка невольно встала почти вплотную к Дер Форгосу, и Мельхар, повинуясь внезапному порыву, отыскал рукой её ладошку и ободряюще сжал её. Князь по праву считал себя весьма смелым человеком, однако сейчас его мужество и рассудок подвергались серьёзному испытанию. Но он не мог себе позволить проявить слабость в присутствии юной эштвеллки, хотя князь с большей радостью согласился бы поучаствовать в конном сражении с превосходящими силами противника, чем стоять посреди разлившегося океана темноты и ждать появления из ниоткуда нечеловеческого существа.
Они услышали странно измененный голос волшебницы, произносящий слова на незнакомом языке, от одного звучания которого пробирала ледяная дрожь:
- Шэзбаэрнон! Элькаррах! Ассаракирт! Извелдараан!
- Что она говорит? – Громким шёпотом спросила девушка. Ладонь Дейзи в руке Мельхара была холодной, точно ледышка.
- Тише, мне кажется, что гость уже здесь.
Окружающая их тьма перестала быть просто отсутствием света, в ней чувствовалось присутствие чего-то неосязаемого, но тем не менее, настолько жуткого, что от него хотелось бежать прочь, куда глаза глядят, вопя во весь голос от слепого ужаса. Ноги Дейзи стали ватными, тело сотрясала мелкая дрожь.
- Не отходите от свечи. Ни на шаг. Иначе хуже, чем смерть. – Велела невидимая Эзрикейт, своевременно пресекая возможные проявления паники. – Гэс эсмаат нид экхтараат, Азраэль! – Эти слова волшебницы предназначались уже не для людей.
- Унга латтар, наммара!– Откликнулась тьма слитным хором рычащих голосов.
«Это Праязык, речь самых первых колдунов, живших в древней стране Леммарния, язык, на котором они говорили с демонами», - голос Эзрикейт прозвучал прямо в голове Мельхара, - «а ведь ты не разучился слушать, как тебе сказала Сэлатанг! Оставайтесь на месте и старайтесь не шевелиться, тогда ничего не случится. Здесь только Его тень, Он не может проникнуть в мир в своём истинном воплощении. Я только слегка ослабила замки Сэлатанг, но не убрала их полностью. Сейчас ты начнёшь понимать всё, что будет сказано. Слушай внимательно, воин».
- Нумга сангаан, наммара? – Вопросительно прорычала многоголосая тьма.
«Что тебе нужно, ведьма?», - Слова обитателя Великой Тени эхом прозвучали в голове Мельхара уже на чистом хаддарианском языке.
- Ассарад рид нагт, Азраэль?
«Кто призывал тебя до меня, Азраэль?».
- Нирволд карваг – шинтаре эрда!
«Впустишь меня, получишь ответ».
Эзрикейт засмеялась:
- Иделгер санга, рахшар! Заннаар эн вэттара – ханнар раггет низал эк эсмаат ор эсмаатет!
«Не держи меня за дуру, демон! Откажешься отвечать - отправлю тебя ещё ниже и глубже, чем ты находился раньше – в бездну под бездной!».
Тьма не спешила с ответом.
- Краэре хэдж зенегер. Ирах хар таре эрда, наммара!
«Дай мне кровь людей, дай мне их души. И я отвечу на все твои вопросы ведьма!».
- Каэда незер, рахшар!
«Время кормёжки кончилось, демон!».
- Аравал незер теарг.
«Тогда я сожру тебя».
- Зубы сломаешь. Хиаду фер. Кто призывал тебя, Азраэль?
- Лойрок, - с ненавистью произнесло существо.
- Я и без тебя знаю, что лойрок, то есть чёрный колдун. Покажи мне его. Вагар хэдж!
- Рувал! «Смотри», - неохотно согласилась тьма.
Некоторое время ничего не происходило, Эзрикейт и вызванная ею тень Азраэля молчали, затем волшебница рассмеялась, как и несколько минут назад:
- Я знаю тебя, Древний! Хорошо спрятался, словно землеройка в норе, и думал, что о тебе все забыли! Опять взялся за старое! Накопил много силы и теперь стал ею торговать. Глупый старый хрыч!
Мельхару очень хотелось бы увидеть, чье же лицо сейчас возникло перед мысленным взором чародейки.
- Ты не подумал, что случится, если люди узнают, чем ты расплачивался перед созданиями Великой Тени! А теперь я знаю и другие узнают очень скоро! Тебе больше нигде не скрыться, нелюдь!
- Джевенга? – Спросило существо.
«Довольна?».
- Нен хатт. Гунта плаэ эк эсмаат, рах!
«Не твоё дело. Возвращайся в бездну, нечисть!».
- Неере хаадре, наммара!
«Ты ещё заплатишь мне за всё, ведьма!».
- Нен шивуру, рах. Гунта плаэ!
«Не дождешься, злой дух. Убирайся!».
Свечи в зале стали вспыхивать сами собой, прогоняя темноту. Мрак растворялся, тени испуганно метались по углам помещения. Прошла минута, прежде чем метание теней прекратилось и свечи стали гореть прямо и ровно. Отражение Азраэля вернулось обратно на изнанку мира.
Мельхар поняла, что от долгого стояния на месте у него затекли ноги. Ладонь Дейзи шевельнулась в его руке и князь посмотрел на девушку. Эштвеллка выглядела такой же бледной, как и хозяйка подземелья Эзрикейт. Однако то, что за всё это время она не произнесла ни звука, говорило о её уникальной храбрости.
- Любопытно, кто же натравил на вас такого сильного колдуна? – Звеня тонкими цепями, Эзрикейт, пританцовывая приблизилась к Мельхару и Дейзи. – Этот злобный старый пень очень долго скрывался от видящих Серого Корпуса. Наверное, ему весьма хорошо заплатили. Не знаю, почему, но все чёрные маги падки на золото, как трескучие сороки, золото это их главный фетиш, если не считать драгоценных камней.
- Ты назовешь мне имя чёрного колдуна и место, где я могу его найти?
- Его имя, воин, тебе ни о чём не скажет, если только ты случайно не знакомился с отчётами молодого Серого Корпуса трёхсотлетней давности. Там его имя упоминается в качестве одного из бежавших сподвижников чёрного герцога Луциана Дер Эмбоны. Я слышала даже, что он, возможно, его родственник. Этот кудесник отличался крайней жестокостью. После войны, в ходе которой Эмбона был повержен, этого колдуна долго искали, чтобы судить и предать казни за тысячи загубленных жизней, принесённых в жертву созданиям Великой Тени, но не смогли найти. А я тебе расскажу, славный воин, где он прячется, поскольку ты мне приглянулся. Уверена, что Серый Корпус Хаддара тоже будет весьма обрадован узнать, какая ядовитая гадина десятилетиями пряталась у них под самым носом. Ты знаешь, чем колдун платил Азраэлю, воин?
- Нет. Способы расчетов за работу между чародеями и демонами мне не известны.
Эзрикейт перевела взгляд на Дейзи Зеккар и её лихорадочно блестевшие глаза на несколько мгновений стали нормальными, наполненными неизбывной печалью.
- Он приносил ему в жертву людей. А этой осенью чёрный маг преподнёс демону воистину страшный дар – молодых эштвеллов из числа пленников, захваченных во время войны.
***
***
Дейзи показалось, что её будто ударили чем-то тяжёлым по голове. Как услышанное могло быть правдой?!
- Моя сестра Хайде тоже была захвачена! Вы можете узнать, что с ней?! Она не досталась этому колдуну, она жива?! – Скороговоркой выпалила девушка, обращаясь к Эзрикейт, с трудом удержавшись от того, чтобы не перейти на крик.
«Безумная» волшебница покачала головой:
- Для того, чтобы это узнать наверняка, мне пришлось бы вызвать создание тьмы ещё раз. Вряд ли это хорошая идея. У меня здесь не гостевой дом для всякой потусторонней нечисти. Не сдавайся, ищи свою сестру и надейся, что ей посчастливилось уцелеть.
- Этому колдуну не жить! – Мрачно изрёк Дер Форгос. – Только прежде чем маги-истребители Серого Корпуса превратят его в горстку пыли, я вытрясу из него признание о человеке, который прибегнул к его услугам!
- Тогда отправляйся к себе домой и займись поимкой колдуна, воин. А мне больше нечего тебе сказать.
Эзрикейт повернулась к ним спиной, давая понять, что разговор окончен, и что-то неразборчиво забормотала себе под нос - всё же слова Нейрадан о сумасшествии чародейки были сказаны не просто так.
…Покидая вместе с пришибленно молчавшей Дейзи обитель Гендских пифий, Мельхар Дер Форгос оставил на резном подоконнике у выхода из дома золотую монету с профилем короля Анагена Дер Хассара.
***
Через час после полудня, когда антрацитовый овал Гендского озера остался далеко позади, Мельхар и Дейзи вернулись на главную дорогу, по прежнему такую же пустынную, как и вчера. Только слепящий снег и неподвижное ледяное безмолвие на многие мили вокруг. Когда Дейзи немного пришла в себя от шока, вызванного страшными словами волшебницы Эзрикейт об участи эштвеллских пленников, Мельхар Дер Форгос задал девушке давно возникший у него вопрос:
- Скажи, Дейзи, та вещь, одежда, на которую чёрный колдун нанёс магический знак, давно ли она у тебя?
Глаза Дейзи Зеккар выглядели покрасневшими, недавно она плакала, хотя изо всех сил старалась это скрыть от хаддарианского князя.
- Эта сорочка была при мне с самого Элиана. Всё остальное у меня забрали, выдав облачение для слуг, из самой что ни на есть, грубой ткани, - Дейзи потупилась, поскольку ей было неловко и неприятно вспоминать про обстоятельства своего пленения и продажи, - я не знаю, почему именно её оставили.
- И ты не замечала ничего подозрительного? Никто посторонний ни тогда, когда тебя захватили в Элиане, и не после, уже в Хаддаре, не совершал над этой вещью действий, напоминающих магический ритуал, что-то похожее на плетение формулы из области тёмного волшебства?
Дейзи немного задумалась и пожала плечами в ответ:
- Я не помню ничего подобного. Хотя… Сорочку забирали несколько раз, чтобы постирать. «Вещь» должна быть чистой и в блестящей обёртке, чтобы её быстрее купили – так, гнусно смеясь, говорила Эйрин, огромная такая тётка с волосатыми ноздрями и мясистыми ручищами, которую приставили к нам…рабыням, девушкам, пленённым в разных Элианских провинциях…
Судя по всему, выходило, что гадать о личности таинственного заказчика являлось бесполезным делом до тех пор, пока не удастся допросить чёрного колдуна, чей отпечаток ауры Эзрикейт получила от чудовищного посланца Бездны бездн. Данный колдун когда-то служил самому Луциану Дер Эмбоне, сильнейшему магу, завоевателю и чернокнижнику, с невероятным трудом побеждённому и отправленному за Изнанку бытия три столетия назад. Девчонку следовало подробнее расспросить о том, в чьих руках она успела побывать, прежде чем его недалёкий друг Саласар Дер Эстемери ненастным осенним вечером не привёз её в его столичный дом. И Мельхар не собирался позволять задавать эти самые вопросы людям Нарведа Дер Консара, порой калечившим в ходе дознания по делам о пособничестве тьме совершенно невиновных людей. Он всё узнает у девушки сам тогда, когда она успокоится и будет способна к обстоятельной и вдумчивой беседе. Однако всё же он задал эштвеллке ещё один вопрос:
- Напомни мне ещё раз, а то я уже позабыл, каким образом ты оказалась у барона Дер Эстемери? Никогда не слышал, чтобы у него водились за душой деньги для покупки дорогих невольниц, а в эти сказки про захваченную в Велиадокрусе военную добычу мне не особо верится – Саласар всегда любил прихвастнуть. Тем более, ты мне рассказывала, что попала в плен в родном Зеккаре, а не в столице.
- Всё верно. В Велиадокрус меня и других девушек привезли уже когда город был взят вашими войсками. Меня дважды перепродавали, а затем я неожиданно оказалась у Дер Эстемери. Он хвалился, что выиграл меня у предыдущего владельца в кости или в карты.
- В кости? В карты? – Вздёрнул бровь Мельхар. – Что за чушь? Саласар с детства никудышный игрок. Ему постоянно не везло, поэтому больших ставок он не делал. Да и нечего ему было ставить на кон, кроме своего коня и доспехов, а это уже самое распоследнее дело для рыцаря. Нет, что-то здесь не то.
Затем они надолго замолчали, пока Дейзи вдруг не выдала фразу, которую Дер Форгос меньше всего от неё ждал:
- А ведь получается, что настоятель Кермалик и те несчастные горожане оказались правы. Это я принесла в Лейду моровую язву. Бедствие в городе случилось по моей вине. Из-за меня погиб Золтан, и…
- Довольно, не продолжай. – Мельхар прервал словесное самобичевание девушки. – Бесноватый Кермалик сначала устроил в Лейде откровенно преступную «охоту на ведьм», а потом попал под влияние потусторонней сущности, вызванной зримой формулой. И точка. Его предадут справедливому суду, и, надеюсь, он сполна расплатится за все свои поступки. Не ты виновата в гибели людей, поскольку ничего не знала про сплетённое заклятие. Малефик мог использовать любого для своих целей, ты подвернулась ему случайно. Осталось выяснить, когда и где ты с ним пересеклась.
- Вы на самом деле считаете, что я не виновата в том, что случилось?
- Конечно!
Весь оставшийся путь они почти не разговаривали, изредка перебрасываясь короткими фразами. Пустая дорога впереди и лес за её обочинами стояли неподвижно-заворожённые, и вдруг где-то на границе чувств Мельхара едва слышно заиграла ледяная арфа.
***
Поздним вечером следующих суток фамильная усадьба Дер Форгосов в столице озарилась огнями. После нескольких недель отсутствия господин вернулся домой. Вольные слуги торопливо открыли ворота, после чего два утомлённых с дороги всадника въехали на заботливо очищенный от снега двор. Прибывших встречал управляющий Финни Элекаари во главе небольшой делегации, состоявшей кроме него из экономки Веа, пожилого лекаря Мерсада, а также телохранителей Тайре и Риллаха, которых Мельхар ещё до начала эпидемии отправил сопровождать благородную Альжбету Дер Ветт, чем невольно спас им жизни. Поблизости князь заметил и другие знакомые лица. Элекаари осознал, что хозяин вернулся без отряда, с которым отправлялся в путь, а также с кем именно он сейчас вернулся домой. Лицо Финни сперва вытянулось, а потом застыло, став напоминать лицо гипсовой статуи.
Не дожидаясь, пока конюхи возьмут под уздцы его коня, Дер Форгос сноровисто освободил сапоги из стремян и спрыгнул на землю. Князь сделал шаг в сторону своей спутницы, поймав себя на неосознанном желании помочь ей спуститься вниз, но Дейзи одним тренированным грациозным движением покинула седло и ловко приземлилась на ноги – в мужской одежде полувоенного покроя это получилось у девушки легко и непринуждённо.
Тучный Финни Элекаари поспешил к Мельхару, держа в руке масляный светильник.
- Милорд, вы вернулись! Мы знаем обо всём, что случилось! Вчера Серый Корпус прислал скорбную весть о бедствии в Лейде! Несчастный Золтан! Несчастные…
- Довольно причитаний, Финни. Оставь их плакальщицам. Никого обратно уже не вернуть. Утром распорядись, чтобы от моего имени отнесли достойное подношение в ближайший Храм на Арбалетной улице, пусть настоятель молится за покой ушедших и здравие живущих. Нам же сейчас требуется отдохнуть после долгой дороги. Завтра меня ждёт много важных дел.
- Конечно, конечно, милорд! Ваши покои уже готовы, а камин зажжён с самого утра. Вода для омовения подогрета, чан наполнен. Слуги в любой момент готовы принести вам ужин.
- Разумеется, я не откажусь от чана с тёплой водой, однако ужинать не стану, у меня нет аппетита. Пусть мне в покои принесут вина. И проследи, чтобы накормили девушку.
Мельхар не забыл, с какой неприязнью относился управляющий к Дейзи Зеккар, поэтому сразу же заметил, как после его слов округлое лицо управляющего вытянулось и помрачнело. «Неужели ему, ближайшему помощнику хозяина, поручают накормить простую рабыню?!». Когда посланец Серого Корпуса сообщил, что вызванный чёрным колдовством мор уничтожил всех обитателей Лейдского замка, кроме самого князя и одного из слуг, Элекаари представить не мог, что этим самым выжившим «слугой» (да каким ещё слугой – жалкой рабыней!) окажется ненавистная эштвеллка. Финни искренне сожалел об участи Золтана Хаттсура и остальных, но при этом, получив страшное известие, он почувствовал какое-то едва ли не постыдное удовлетворение –проклятой девки больше нет, и никто больше не смеет нарушать покой в доме его хозяина. Теперь же все в одно мгновение рухнуло в глубокую пропасть. Финни стоило огромных усилий сохранить хотя бы видимость безмятежности, нацепив на лицо маску деловитой озабоченности.
С Тайре и Риллахом, последними оставшимися в живых телохранителями, Мельхар Дер Форгос, невзирая на своё положение и высокие титулы, поочередно обнялся.
- Теперь ты старший телохранитель. - Обратился князь к Тайре. - Подбери мне новых ребят. Таких как Золтан и его товарищи уже не будет, но никого нельзя оплакивать вечно.
- Я немедленно начну искать подходящих вам людей, милорд! – С готовностью откликнулся Тайре.
- Не надо немедленно, на улице ночь. Займешься этим делом завтра с утра.
- Слушаюсь, милорд!
- Пойдём, Дейзи, - Мельхар сделал приглашающий жест рукой в сторону крыльца, - Вижу, что ты устала. Горячая вода и сытный ужин – то, что тебе сейчас нужно. Финни всё организует.
Затем, уже обращаясь к Элекаари, Дер Форгос распорядился:
- Пускай для неё подготовят старую комнату моей дочери Весталии.
Какие метаморфозы происходили после этих слов с лицом Финни, Дер Форгос уже не видел, поскольку успел повернуться к управляющему спиной.
***
После часовой неги в деревянном чане с нагретой водой Мельхар отправился в спальную комнату, где его уже ожидал принесённый слугами кувшин с красным вином из Южной Косты, урожая трёхлетней давности. Это вино с добавлением пряностей генерал любил больше других вин, которые производились из продукции его виноградников, раскинувшихся на огромной территории у побережья солёного озера Мар-Ханнама. Предварительно Дер Форгос, не доверяя никому другому, лично проследил, чтобы чисто умытую и переодетую в обманчиво неброское домашнее платье тёмно-зелёного цвета Дейзи Зеккар, препроводили в пустующую комнату княжеской дочери, уже не первый год проживавшей в удаленном имении в нескольких десятках миль от столицы. Комната располагалась на втором этаже, в одном крыле с покоями Мельхара, и от осознания этого факта у него почему-то сделалось тепло на душе.
По давней привычке устроившись в кресле перед камином и едва успев налить себе полный кубок вина (всех слуг Дер Форгос предварительно отослал спать, строжайше наказав, чтобы они не беспокоили его до утра), князь услышал негромкий, но решительный стук в дверь. Мельхар тяжело вздохнул – он знал, кто именно рвался к нему в этот неурочный час для «неотложного» разговора. Генерал мог бы ясно дать понять Финни, что сегодня он не настроен обсуждать важные вопросы и резко потребовать оставить его одного, однако не стал этого делать. Некоторые проблемы следовало решать на месте, раз и навсегда.
- Входи! – Не слишком дружелюбно произнёс Мельхар.
Двери моментально распахнулись. Судя по лицу Финни Элекаари, того распирало от желания высказать хозяину всё, что у него накипело внутри.
Мельхар встретил управляющего поместьем, блаженно вытянув ноги в сторону камина и цедя тягучее вино рубинового оттенка. Вся его нарочито расслабленная поза говорила Финни о том, что единственное, о чем милорд в этот час расположен говорить, так это о преимуществах винных сортов винограда из Южной Косты над сортами из Западной Кабрии. После первых глотков вина у Мельхара слегка зашумело в голове – сказывалась усталость, да и костайские вина славились своей крепостью далеко за пределами Хаддара. С большим удовольствием князь провел бы час-другой перед сном, потягивая вино и читая в свете камина томик какого-нибудь пафосного автора, наподобие Дер Костена, чем продолжал выслушивать ставшего надоедливым Финни. Умом он понимал, что этот разговор не стоило откладывать, иначе Элекаари скоро вообразит, что он должен делать за хозяина всё, в том числе даже думать. Некоторые слуги, если начать им позволять слишком много, и собственного господина начинали считать своей личной собственностью.
Разговор князь начал первым, так что набравший было воздуху в грудь управляющий, замер с открытым ртом, а потом шумно выдохнул и закашлялся.
- Ты знаешь о том, что меня планировали убить, Финни? Неведомые злоумышленники наняли чародея, который применил против меня направленное магические воздействие, Зримую формулу.
Элекаари, как догадывался Дер Форгос, горел желанием обсудить с господином совершенно иную тему, и эти слова сбили его с толку. Ценой невероятных усилий управляющий сумел загнать обратно рвущиеся наружу фразы, и ответить господину, как того требовала предложенная милордом структура беседы:
-В общих чертах я об этом знаю, милорд. Только, кто и зачем мог прибегнуть к такому подлому способу? Если бы у вас были враги, мне было бы об этом известно.
- Финни, Финни! У одного человека может быть тысяча причин для того, чтобы ненавидеть другого! Это могут быть земли или богатства, которые есть у первого, но отсутствуют у второго. Встречаются и иные, совершенно дикие поводы для ненависти. – Мельхар задумался. Ему не хотелось дать возможность Финни перевести разговор на интересующую того тему. - Два года назад королевский суд рассматривал дело барона Нейла Дер Гирта, обвиняемого в причинении смерти на дуэли благородному Виарну Дер Кирту. Выяснилось, что из-за созвучия фамилий более знатного Нейла постоянно путали с менее родовитым Виарном. Это так достало барона, замучившегося объяснять окружающим, что он не худородный дворянин, а потомок древнего рода, что он придумал малозначительный повод, вызвал рыцаря на дуэль и с наслаждением заколол бедолагу рапирой, фехтовальщиком Дер Гирт являлся отменным. Ныне барон сидит за решёткой в башне и радуется, что теперь-то его ни с кем больше не путают.
- Но у вас есть предположения о том, кто может быть к этому причастен, милорд?
- Я уже знаю имя чёрного колдуна. Когда он окажется в руках магов Серого Корпуса, то они быстро заставят его во всём признаться и выдать своего заказчика. Однако сейчас я желаю только одного – спокойно посидеть наедине с этим кубком. У тебя ко мне есть что-то ещё, Финни? – Спросил Мельхар тоном, который скорее бы подошёл к фразе «а не пойти ли тебе к Хилтовой бабушке, Финни».
Элекаари почувствовал, что момент настал, сейчас или никогда. И он не стал ходить вокруг да около:
- Зачем вы вернули в дом эштвеллку, милорд?
Продолжение следует...
Автор: Вл. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/73541-stiratel-imyon-glava-13-azrael.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: