— А как, геронда, можно отсечь привычку много есть?
— Надо себя немного притормаживать. Не следует есть то, что тебе нравится, чтобы не разжечь аппетит, потому что потихоньку-полегоньку «гумно» становится всё больше и больше. Потом желудок — этот, как говорит авва Макарий, «злой мытарь» — постоянно просит ещё и ещё. Вкушая что-то, ты получаешь удовольствие, но потом тебе хочется спать: ты не можешь даже работать. Если же есть пищу одного вида, это помогает отсечь аппетит.
— Геронда, а если на столе разнообразие блюд, но в малых количествах, то человек сталкивается с той же самой трудностью?
Вы читаете отрывок из четвертого тома "Слов" преподобного Паисия Святогорца "Семейная жизнь". М, Орфограф, 2021, стр.204-205
— Трудность та же самая. Только партийные фракции невелики, и поэтому они не могут сформировать правительство! Когда есть разнообразие блюд, это похоже на то, что в животе собирается много политических партий. Одна партия раздражает другую, они сцепляются, бьются между собой — и начинается несварение желудка.
Удовольствие от умеренной пищи больше, чем то удовольствие, которое дают самые вкусные кушанья. Будучи ребёнком, я уходил в лес и в день съедал только кусочек бублика. О, да я не хотел ничего другого! Самые вкусные блюда не могли бы заменить того духовного удовольствия, которое я испытывал. Но я делал это с радостью. Однако многие люди никогда не чувствовали удовольствия лёгкого живота. Сначала, кушая что-то вкусное, они чувствуют удовольствие, а потом включается гортанобесие, чревоугодие, они едят много и — особенно в пожилом возрасте — чувствуют тяжесть. Так они лишают себя удовольствия лёгкого живота.