Пивной ларёк около нового цирка мы любили. Пиво там всегда было приличным, а к пенному подавали соленые сушки – копейка штука. Сушки были покрыты большими кристаллами соли и всегда хрустели. Что, согласитесь, приятно.
Периодически с друзьями сюда заворачивали. Тем более, место памятное. Когда учился в школе, это напротив, через Ломоносовский проспект, нас несколько раз вместо трудовой практики отправляли тогда ещё на строительство нового цирка, использовали, в основном, на подсобных работах – мусор отнести, кирпичи подать. Но мы были ребята дисциплинированные, не роптали, зато после трудовых часов можно было и по кружке махнуть. Так место и приглянулось.
Как-то в погожий июльский денек 1970 года, когда закончились школьные экзамены и отгремел выпускной, и мы уже – совсем взрослые, стоим с ребятами, болтаем, пиво пьём. Тут у обочины останавливается чёрная «Волга» с мигалкой, из неё выскакивает мужчина, прилично одетый, в костюме, но без галстука, и бежит прямиком к киоску:
- Мужики, пустите без очереди кружечку взять, на работу опаздываю…
Очередь, хоть и небольшая, слегка заволновалась. Этак, одного пустишь, потом другого… Стоять никому неохота.
Наконец, кто-то из ожидавших своей очереди спросил:
- А ты где работаешь?
- Да на Петровке, 38. Тороплюсь сильно…
- Ну, бери. Уголовный розыск все уважают.
Мужчина взял свою кружку, жадно заглотил содержимое, виновато подошёл к окошку:
- Извини, друг, можно я ещё возьму. Сушняк…
- Бери.
Взял, отошёл в сторонку, к нам за стоячий столик. Вторую кружку «человек с Петровки» уже пил спокойно.
Мой друг Сашка Исаев не преминул поинтересоваться:
- А ты, действительно, с Петровки?
- Да. Не похож?
- Ну, не знаю…
- Не следователь я. Полотёр. Вечером у начальника главка совещание будет, вот и вызвали полы в актовом зале привести в порядок.
Допив пиво, «человек с Петровки» галантно раскланялся с очередью и стартовал на «Волге» с включенной мигалкой.
Нынешнее поколение не знает, наверное, но в те времена полы ещё мазали специальной вонючей мастикой, а потом натирали до зеркального блеска каждую паркетину. Делалось это специальной щеткой, которую надевали на босую ногу, чтобы не скользила. Труд сумасшедший, тяжёлый, особенно, когда сушняк.
* * *
Автор от души благодарит читателей за уделенное время, возможные комментарии, лайки, подписку!