Виго простился с одним из своих старейших жителей. Антонио Докампо Гарсия скончался в возрасте 107 лет и был похоронен на кладбище Алькабре. Американские ученые, которые уже давно выяснили, что красное вино продлевает жизнь, смогли найти в нем пример своих выводов. Потому что Антонио пил только домашнее красное вино и всегда обладал железным здоровьем.
«Когда мы были дома, мы могли выпивать больше, чем 200 литров в месяц, и никогда не пробовать воду», вспоминал его сын, Мануэль Докампо Лопес, без опасений преувеличить. «Он выпивал полтора литра за раз», уверял он на прощании с отцом.
Антонио не употреблял никакие другие вина, кроме как произведённые им самим в Рибадавия. Это были натуральные вина, без консервантов, сульфитов или других дополнительных химикатов. Они могли быстро портится, но никогда не причиняли вреда его здоровью, как можно судить по его долгой жизни.
Этот человек, который также не отказывался от глотка самогона на завтрак, всегда неохотно употреблял лекарства. Его возраст уже перевалил за сто лет, когда ему пришлось впервые принять антибиотик для лечения пневмонии. К своим 103 годам он сохранил прекрасное здоровье и был полон энергии. На следующий год у него случился рецидив, и он был при смерти, потому что в пансионе, где он лежал, он обманывал медсестер и не глотал таблетки, которые ему давали.
Его сын вытащил его оттуда и в итоге ему удалось исцелить отца, подмешивая растолченные таблетки к еде. Он говорил, что до 105 лет «он был феноменом», но третья пневмония стала окончательной. «У него уже не оставалось сил двигаться вперед», сокрушался он.
Антонио провел в Виго последние 12 лет своей жизни. После того, как он овдовел, его дочь заботилась о нем, пока она, в возрасте 87 лет, уже не могла сама ухаживать за собой и не могла больше заботиться о своем отце. «Она была почти такая же, как и он», говорит его сын.
Вот почему Антонио, поздний сын, которого он родил в 40 лет, взял его в свой дом в Травесия-де-Виго.
Ломая камни
Вместе с Антонио исчезает живое свидетельство истории региона Рибадавия, потому что он был последний коренной житель обезлюдевшей деревни Эйра-де-Мурос.
Там прошло его детство, очень короткое, потому что с 9 лет он начал работать за крошечную зарплату. В те непростые времена была важна любая помощь. Тогда дороги делались вручную, и он начал дробить камень для строительства дороги из Валь-де-Перейра в Сенль.
Ему повысили зарплату, когда он, несмотря на свой юный возраст, доказал, что достаточно силен, чтобы таскать тачки, «но не те, что сейчас, а с деревянными колесами, что постоянно зарывались в песок», - вспоминает его сын.
Годы спустя он участвовал в гражданской войне, сражался на стороне франкистов, и чудом остался жив, не раз бывая на грани того, чтобы уже никогда не суметь рассказать эту историю. Например, один раз он болел гриппом, и его поставили караульным. Вражеский солдат обнаружил его по сильному кашлю. Он мог бы застрелить его, но отпустил, потому что знал, что его поставили в дозор из-за болезни. Также он мог умереть от голода в те дни, когда его рота заблудилась, и они, проходя через деревню и, поскольку есть было нечего, поймали курицу и съели ее сырой. Или у него мог случится инфаркт, когда он попросил сигарету у солдат, стоящих у стены, а оказалось, что они все мертвы.
Покойный брат
Перед призывом в армию его брат высказал ему желание, что если кто-то из них и должен умереть на фронте, то путь это лучше будет он, потому что Антонио был уже женат и должен был заботиться о семье. Так и случилось. Антонио потерял своего брата на войне, и это был один из самых печальным моментов в его жизни. После войны он посвятил себя вину. Он всегда был деревенским человеком, крестьянином, который выращивал виноград и производил собственное вино. «Он работал, как трактор», - вспоминает его племянник Херонимо Докампо, который продолжил его винодельческий бизнес во главе компании Bodegas Docampo. Большая часть вина шла на продажу, но немало также оставалось для собственного потребления. «Когда он производил 60 000 литров в год, не менее 3 000 оставалось для него», уверял его сын. «Виноград выдавлен, вино сделано, надо пить», - упростил он.
Мануэль вспоминает, что в свои 60 лет его отец «оставался пацаном» и не было обеда без полутора литров вина и еще одного литра на ужин.
Его отец, который помимо отличного здоровья обладал превосходным чувством умора, всегда говорил после еды: «Налейте мне еще одну чашку вина, чтобы храпеть после смерти».
Антонио Докампо был одним из 138 зарегистрированных столетних долгожителей в Виго, из которых 37 мужчин, а остальные – женщины.
С девяти лет он работал, обтесывая камень, и едва не погиб во время Гражданской войны. Он потреблял то, что производил.
"Виноград выдавлен, вино сделано, надо пить".
La voz de Galicia / Голос Галиции
26 января 2016