Не передать словами степень разочарования под солнцем Балкан, что бывает палящим даже в зимний день, что ж говорить о летних муках жажды. В тот момент, когда за стеклом холодильника заманчиво играет пенное и ценник в пол-евро под ним. Разочарование же настигнет на кассе, в виде резкого отказа.
— Ну, что ж ты, милая, 18 мне есть. Вот паспорт посмотри, коль не веришь седине! – клянётся русский человек.
— Не могу. Амбалажа… Флаша… Бутилика! – вспоминает слово со школы продавщица с полными жалости глаз.
— Да-да, одну, ууа… йедну! Вспомнил! Йедну Бутилика! – разгорается лучик надежды у земляка. Но тут же гаснет.
— Ти мне Бутилика… — не успевает кассирша закончить, лицо у ней уже красное, как её передник, от попыток интернационального общения.
— Как это я тебе? Кто из нас магазин? Я покупать, ти – продавать.
Наконец продавщица уходит, возвращается с алюминиевой банкой, уже не столь манящей. И стеклянную бутылку убирает под кассу.
— Но это дороже! – восклицает Рус.
— Скупо-скупо, да-да, — вздыхает продавщица.
— И не такое вкусное…
— Не укусно, да-да… — кивает она. – то не может…
ПОЧЕМУ? В чем тут секрет?
Сербы, пишет Момо Капор, это такой народ, который совершенно не умеет хранить тайны.
В ста километрах от Белграда, близ автострады в пещерах скрыта ракетная база. Вход в неё замаскирован под типичный шумадийский дом. Красивый, бережно хранимый, ни кошки, ни собаки, ни даже дыма из трубы… Проезжающему покажется, что это некая декорация к фильму. А в полукилометре вниз по дороге местный житель открыл автосервис и назвал его, ничтоже сумняшеся, просто: «Код ракетлу» (у ракетницы).
Ах, если бы сербы также незатейливо выдали тайну, где они берут первую бутылку пива! Очевидно, стеклотара является ценным наследством, бережно передаваемым от отца к сыну. Иначе не смочить тебе горла жарким весенним днём из стеклянного горлышка. В магазине тебе не продадут ни бутылки, если не принесёшь взамен пустую…
Такова традиция ещё со времён СФЮР. И пока советский мужичок собирал авоську пустых бутылок, чтобы выменять её на монетку, его югославский брат нёс стекло с доплатой, чтоб получить полную пенного.
В некоторых магазинах сегодня для тех, у кого нет «наследства», предусмотрена возможность купить освежение в стеклотаре, оставив депозит примерно 120 динар (порядка одного евро) за 0,5. Классический объём. Что любопытно, 0,3, предусмотренные для некоторых марок, в основном иностранных, дают без стеклообмена, но стоят они дороже, от ста динар и выше, против «народных» 60, то есть вдвое выше, за меньшее количество.
Ещё один метод, активно практикуемый русским журналистом, что пишет эти строки: широкая улыбка и мольба в глазах, как у кота из Шрека.
В противном случае придётся пить или противное в пластике, что выходит, правда, чуть дешевле, 210 динар по 2 литра Йелена, то есть «Оленя», цены на который взяты за основу. Ну, или алюминиевые банки, что по полулитру предлагаются за 75 динар.
Nем не менее, традиционно сербы не пьют на улице, имей в виду, дорогой читатель, это моветон. Распитие возле магазинов – показатель принадлежности к низкому социальному сословию. Правильный выбор — кафана; если она незамысловата и проста, каковых в малых городах и спальных районах далеко от туристических троп полно, то наценка будет несущественной, зато общение, прохлада летом и тепло зимой. Стаканы в таких кафанах сербы не жалуют, то ли сомневаются в чистоте, то ли просто предпочитают из горлышка. Потому хозяин подносит вам чашу и бутылку, которую открывает при вас, но не разливает. Ну и последнее: принадлежность к русскому народу в простой кафане имеет ещё один бонус, скорее всего кто-то пожелает оплатить для вас вторую бутылку, кто-то следующий третью… и т. д. Выйти из кафаны на своих двоих уверенно и ровно – задача не из лёгких и требует закалки, сноровки, тренировки.
Добрыня Балканыч
Ранее материал был опубликован на нашем сайте RuSerbia.com