Обшарпанная квартира Розенов на первом этаже находится на извилистой мощеной улице недалеко от исторического центра Куско, района, переполненного молодежными хостелами, прачечными и ресторанами, обслуживающими молодых туристов, многие из которых израильтяне. (Старший сын Хелен, Энатан, двадцати трех лет, недавно начал работать в грязном израильском общежитии и магазине фалафелей, который обслуживает тусовщиков после военной службы.) Хелен открывает дверь в окружении своих пятерых младших детей и приветствует меня теплыми объятиями. На ней обтягивающий топ с цветочным узором на пуговицах, длинная джинсовая юбка и черная вязаная сеточка для волос. “Я ношу шейтель только тогда, когда представляю бренд”, - говорит она. Сегодня пятница, и Хелен суетится по дому, пытаясь закончить субботнюю готовку и уборку до захода солнца. Возвращаясь на кухню, она бросает на обеденный стол кучу шелковистых темно-коричневых хвостиков — Йони собрала их во время недавней поездки за покупками в Аргентину — и приглашает меня просмотреть их. “Иди и возьми несколько, если хочешь”, - говорит она.
Через несколько мгновений Хелен возвращается с тарелкой шоколадного субботнего торта, помещая его в нескольких дюймах от кучи волос, и двумя массивными комками теста из халы, которые она начинает заплетать. “Я имею дело только с волосами с девственной кутикулой”, - говорит она, имея в виду защитный слой чешуи, который сохраняет волосы здоровыми и сильными. “Это означает, что естественный цвет не поврежден. Они не были окрашены, завиты или расслаблены. Его не сметали с пола в салоне и не снимали с расчески.” Хелен уклончива, когда я спрашиваю, как она добывает волосы, но ее сосед позже рассказывает мне, что Йони, кошерный мясник по профессии, ездит в близлежащие деревни кечуа и Аймара, раздает листовки с рекламой цен на волосы различной длины, цвета и качества, а затем устанавливает стол на центральной площади, где женщины выстраиваются в очередь с волосами в руках.
Рынок человеческих волос, как правило, ограничен местами с бедным населением, готовым продать двухфутовый конский хвост - продукт двухлетнего роста — за двадцать долларов. Темные волосы поступают в основном из Южной Америки, Индии и Монголии. Хелен говорит, что широкий выбор цветов и текстур волос в Южной Америке — результат более чем двадцати пяти поколений смешанных браков между европейцами и коренными народами - делает ее идеальным регионом—источником. Волосы коренных перуанок густые, прямые и черные — идеально подходят для париков с кружевами спереди, которые ищут чернокожие женщины, которые стали представлять большую часть бизнеса Хелен, - и заплетены в две косы, которые часто тянутся вдоль спины и заплетены кисточками из шерсти альпаки. Ортодоксальные женщины предпочитают более шелковистую, тонкую текстуру аргентинских волос или более редкие блондины и рыжие из Восточной Европы и России (обычно обозначаемые как “европейские” волосы), которые получают сто долларов за двухфутовую прядь. "Европейские волосы очень упругие", - говорит Хелен. "Это просто характерно — как у некоторых людей голубые глаза, у некоторых людей темные глаза. С индийскими волосами низ пухлый и не так сильно двигается. Чтобы парик выглядел естественно, нам нужно, чтобы низ был упругим".