Двадцать четвертое октября. Рано утром, выстроив войска, генерал Гурко обратился к офицерам с речью.
— Для военного человека не может быть большего счастья, чем вести в бой войска с уверенностью в победе, а гвардия по своему составу и обучению, можно сказать, лучшее войско в мир. Бой при правильном обучении не представляет ничего особенного: это то же, что учение с боевыми патронами, только требует еще большего спокойствия, еще большего порядка.
Алиса, стоявшая в сторонке, это уже слышала от Стаса. На лицах офицеров отражались эмоции от недоверия до гордости. У каждого своя реакция. Офицер с усами рассмеялся и наклонился к соседу, но тот лишь мотнул головой и повернулся в сторону Гурко, еле сдерживающего породистую белую лошадь. Волевое лицо генерала с бородой, расчесанной на две стороны, казалось спокойным и вдохновленным, словно он организовывал боевые учения, а не вел людей на смертельный бой. Алиса скользнула по лицам офицеров. Скольким из них уже сегодня не придется увидеть голубое небо?
Стас где-то здесь, и он тоже будет участвовать. Скорее бы все закончилось. Алиса не чувствовала ничего, кроме страха. Ее то бросало в дрожь, то по спине стекал пот. Ночью от волнения она почти не спала и теперь чувствовала себя измученной. Тяжелую сумку с лекарствами, водой, бинтами и корпией, девушка положила на землю рядом.
Гурко собирался атаковать редуты Горни-Дыбник. От Стаса она знала, что лейб-гвардии гренадерский полк, к которому принадлежал Стас, должен взять малый турецкий редут. Уж теперь-то она знала, что такое редут. Здесь это было, круговое, вырытое из песка, оборонительное укрепление со рвом.
— Утро доброе, — услышала Алиса и повернула голову.
Девушка с серыми спокойными глазами. На голове плат с красным крестом, простое шерстяное платье. Сумка через плечо.
— Я — Дарья из Крестовоздвиженской общины. Прибыли поздно ночью.
Было отрадно взглянуть на женское лицо. Понять, что ты не одна.
— А я Лиза.
— Михаил Михайлович сказал: ты новенькая. Представляю, что ты чувствуешь. Поначалу покажется, что ты оказалась в аду. Я первый раз спряталась под деревом. Везде стреляют, от дыма ничего не видно, от стрельбы уши закладывает. Упала навзничь и голову руками закрыла. Молилась, чтобы маменька меня спасла. А потом ничего, встала и пошла перевязки делать. — Когда понимаешь, что от тебя зависят жизни других, бояться перестаешь.
Даша сжала Алисе руку.
— Михалыч сказал, ты с мужем здесь? В каком он полку?
— В Гренадерском полку.
— Гренадерский полк, — лицо у Дарьи стало грустным. — Элита русской армии. Мой жених служил в этом полку и очень гордился этим.
Служил? Алиса затаила дыхание.
— Погиб при первом штурме Плевны.
— Я сожалею...
— После его смерти я лезла в самое пекло. Умереть хотелось. Его тут похоронили, в болгарской земле. Вот почему я здесь. Хочу, чтобы мы заперли этих извергов в Плевне.
Даша отвлекала Алису рассказами, пока они ехали в фургоне. Она оказалась не просто сестрой милосердия, она училась в университете и умела делать несложные операции.
— Знаешь, сколько я пуль извлекла? Ожерелье можно сделать в несколько рядов.
— Я тоже хотела стать врачом, — отозвалась Алиса, вспомнив прошлую жизнь. «Вот если мне будет суждено вернуться, обязательно стану», — решила девушка. До нее только тут докатило, что мечты залезают так глубоко в память души, что даже чужие жизни и чужие тела заставляют напоминать о несделанном.
— Нам повезло: приняли закон, что девушки могут учиться медицине, а не только танцевать на балах и вести светские разговоры. Я чуть с ума не сошла от этой суеты, танцев и бестолковых разговоров на балах. Хорошо еще, Серж быстро ко мне посватался, и матушка успокоилась.
Популярная война среди русской интеллигенции, и он не мог не участвовать. И я ведь здесь из-за него оказалась. Надеялась, если буду рядом, спасу его, вынесу с поля боя. Думала, судьба толкнет меня в его сторону. Подскажет, где он. Детская наивность. Я ничего не почувствовала. Ползала среди раненых, делала перевязки, поила водой чужих мужей, а мой любимый умирал в одиночестве. Была ли хоть одна его мысль обо мне? Звал ли он меня?
Алиса подумала, что все они, девушки, похожи в своей наивности. Проживая жизнь Мари, думала, что восстание декабристов сможет предотвратить. Та жизнь ее научила. Историю не переделать. У каждой души своя судьба.
Мысли прервались от накатившего грохота. В голове стало пусто, мысли потерялись. Нахлынул страх. Захотелось лечь на дно подводы и закрыть уши.
— Ну вот и началось! — Дарья перекрестилась. — Это далеко. У нас больше артиллерии, чем у турков.
Алиса только кивнула. Пусть все их снаряды попадут в цель, пусть все побыстрее закончится.
Алиса не могла сказать, сколько они ехали. Час или несколько. Остановились. Началась суета установки полевого госпиталя. Натягивали палатки, ставили походные койки. Оборудовали операционную. Оказалось, что вместе с Дашей, приехали еще две сестры милосердия. Одна была старше их всех, с голубыми глазами и веснушками. Смешливая не к месту. Кокетничала даже с Михалычем.
Даша смотрела на нее неодобрительно.
— Много случайных женщин на войне. Сестры милосердия без милосердия в груди. Пресытились развлечениями. Захотелось новых ощущений. Я видела таких.
Девушки ушли первыми и — как показалось Алисе — вернулись очень быстро с первым раненым. Лицо залито кровью, светлая рубашка промокла от крови на животе. Он стонал.
— Прямо у нас на глазах ранили, — сказала девушка с голубыми глазами.
— Быстро несите его в операционную, — скомандовал Михалыч.
— Наша очередь, — сказала Даша. — Пошли за сумками.
Алиса поплелась за Дашей. Она уже чувствовала себя усталой, но хуже всего, что ее опять начало тошнить.
Даша закинула сумку через плечо. Перекрестилась. Повернулась к Алисе.
— Я всегда Господа прошу, что, если будет забирать, так целую. На увечья насмотрелась.
Сумка казалась Алисе более тяжелой, чем с утра.
— Господи, да на тебе лица нет. Давай-ка, выпей это. Да и я с тобой. — Даша налила из фляжки в маленькие стаканчики. — Ну давай, за жизни тех, кому мы спасем и за нас. На все воля Божия.
Алиса выпила стаканчик залпом. Закашлялась.
— Ну вот и хорошо, а теперь пошли, пока действует. Ты меня держись, вместе оно легче.
Солнце в глаза. Гул в ушах. Липкий страх окутал тело. Все смешалось. Прислонив козырьком руку, Даша всматривалась вперед.
— Надо чуть правее, ближе вон к тем деревьям.
Алиса посмотрела туда и увидела черные деревья с опаленными листьями. Страшное зрелище на фоне яркого неба.
Пригибаясь, Даша побежала. Алиса за ней. Даша присела. Раненый в голову солдатик стонал.
— Потерпи, милый. Я сейчас, — Даша достала бинт и начала перевязывать. Солдатик что-то хрипел. Даша повернулась к Алисе. — Беги дальше. Я догоню. Он говорит, там раненые. Много.
Алиса короткими перебежками двигалась вперед. Смотрела под ноги и вдруг увидела лежащего офицера. Правая нога подобрана, левая вытянута, пальцы сжимают приклад.
Волосы, такого же цвета, как у Стаса.
— Стасик, — Алиса присела. Дотронулась до руки. Осмелилась перевернуть. Выдохнула. Не Стас. Солдатик. Совсем мальчишка. Открыл мутные глаза. На груди, в области сердца, расплывалось красное пятно.
— Пить! — прошептал он спекшимися губами. — Алиса быстро открутила фляжку с водой. Прислонила к запекшим губам. Он сделал глоток.
— Я... не... хочу... умирать.
— Ты не умрешь. Я тебя сейчас перевяжу.
Он еле качнул головой.
— По-ло-жи мне руку на лоб, как ма-ма делала, — Алиса положила руку, оценивая состояние раненого. Не нужно быть врачом, чтобы понять всю его правоту. Молоденький совсем. И не пожил еще. Даже девушки может не было. И останется здесь. Алисе стало стыдно за свою нечаянную радость, что это не Стас.
Парнишка потерял сознание. Алиса поползла дальше. Еще один офицер, из руки кровь так и хлещет. — Алиса быстро сделала перевязку. — Прислонила фляжку с водой к губам. Положила руку на лоб.
— А ты красивая. Не видел тебя раньше.
Прислонила палец к губам, а сама дальше, то ползком, то стоя. В глаза светило солнце, со лба капал пот. Лицо слезами залито.
— Да ты не плачь, сестричка, — подбодрил ее легко раненый в руку офицер, которого она перевязала. — Мы победим этих янычар. Запрем их в Плевне. Нам бы тут продержаться. Дай напиться и вперед.
Раненых было так много, что Алисе приходилось смотреть под ноги, чтобы не наступить на кого-нибудь. К ней тянули руки. Кто-то схватил за край платья. Когда закончились бинты, Алиса разорвала свой передник на перевязку. Страх ушел. Она умела собираться в трудных обстоятельствах.
Неожиданно увидела Дашу. Та деловито кого-то перебинтовала. Дала раненому фляжку. Пошутила. Тот рассмеялся.
— Надо до госпиталя добраться, — у меня уже бинтов нет, и вода закончилась. Только спирт остался для самых тяжелых.
— Так давай его сюда, сестричка, — послышалось откуда-то слева. И мужской хохот.
— Вот они, наши русские, — улыбнулась Даша и присела возле раненого. Алиса, не удержавшись, смотрела, как умело двигались ее руки и каким спокойным было ее лицо.
— Когда бой закончится, вернемся сюда, — сказала она. — Ну что, своего не видела?
— Нет, — сказала Алиса. — К счастью, нет.
— Гренадерский полк вон там, где холм и редут. Наполним сумки и попробуем к ним прорваться. Ты как?
Алиса чувствовала себя еле живой.
Как я?
А как они, те, которые сражаются и отдают свои жизни?
А как Стас?
— Держусь, — кивнула Алиса.
— Ты молодец, — Даша обняла ее за талию. — Первое боевое крещение прошла, дальше будет легче. Привыкаешь ко всему. Даже к войне.
«Я никогда не привыкну», — подумала Алиса.
Навигация по книге:
Пролог Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Глава 21 Глава 22 Глава 23 Глава 24 Глава 25 Глава 26 Глава 27 Глава 28 Глава 29 Глава 30 Глава 31 Глава 32 Глава 33 Глава 34 Глава 35 Глава 36 Глава 37 Глава 38 Глава 39 Глава 40 Глава 41 Глава 42 Глава 43 Глава 44 Глава 46 Глава 47 Глава 48 Глава 49 Глава 50 Глава 51 Глава 52 Глава 52 Глава 53 Глава 54.1 Глава 54.2 Глава 55 Глава 56 Глава 57 Глава 58.1 Глава 58.2 Глава 59.1
Заходите на мой сайт. Там есть что почитать без рекламы: https://romancenovels.ru