Алиса наблюдала сверху. Елизавета Калиновская после очередного приступа кашля лежала бледная на подушках. Рядом на стульчике сидел старенький доктор в круглых очках, считая пульс. На лбу Елизаветы выступила испарина. За доктором, прижав руки к груди, стояла старшая Калиновская, губы которой беззвучно шевелились: «Лизонька. Лизонька». Сдвинув брови в упрямую складку, с противоположной стороны застыл отец, барон Александр Михайлович, чье обычно довольное жизнью лицо исказила гримаса отчаяния. Участвуя во многих сражения, барон часто сталкивался со смертью и хорошо знал, когда она приближается. Сейчас он мог бы поклясться: ее тень нависла над любимой дочерью. Охватило чувство вины. Если бы только он отказал Лизе в этой прогулке на лошадях. Он был уверен, что пойдет дождь, но дочурка умела уговаривать. Балованная единственная дочка, которой отец никогда не умел отказывать. И вот, пожалуйста. А Лиза еще весной перенесла бронхит. Да и легкие у нее были слабые.
− Сегодняшняя ночь будет решающей, − сказал доктор. − Надо быть готовым ко всему.
− Нет! – всхлипнула баронесса. – Неужели ничего нельзя сделать? Должно быть какое-то лекарство.
− Теперь всё зависит от её способности бороться, − доктор поднялся со стула. – Останусь с вами на всякий случай.
Доктор сложил чемоданчик, еще раз посмотрел на Лизу и, покачав головой, вышел из комнаты. Родители переглянулись. Александру Михайловичу снова показалось, что в покрасневших глазах жены промелькнул упрек. А ведь она его никогда себе такого не позволяла, даже если он был не прав. Если только шутя за то, что он никогда не отказывает Лизе. Но что делать?! Лиза появилась на свет поздно, когда они оба уже перестали ждать и решили жить друг для друга. Отсутствие детей не сильно огорчало Александра Михайловича. Детей больше хотела жена, нежели он. Ему с тех самых пор, как они поженились, ни с кем не было так хорошо, как с его Леночкой. Многие из его друзей заводили интрижки, а для него Елена была единственная любовь на всю жизнь. Елена прекрасная, как он любил её называть. Она и сейчас, несмотря на свои пятьдесят восемь, казалось ему самой красивой.
А уж когда измученная, но счастливая после родов жена положила ему на руки ангелочка с кудрявыми светлыми волосами, он никогда не был так счастлив. Шаловливая Лиза была для них счастьем и отрадой. И уж за что они так прогневили Бога, что он решил на старости лет отнять у них единственную и любимую дочь? Нет! Нельзя так думать. Лиза поправится и снова будет скакать на своей любимой Капризке. И они выдадут дочку замуж и закатят самую шикарную свадьбу. Дела семейные шли хорошо, и Лиза при своей красоте, обаянии и уме могла составить партию для королевской семьи. А сколько предложений достойных женихов она уже отклонила, причем с таким тактом, что они вовсе не обиделись, а остались в друзьях и еще сильнее за ней ухаживают.
«Папенька, я выйду замуж только когда полюблю, как ты маменьку. Вот подойдет он ко мне, я в глаза ему посмотрю, и сразу пойму: пришел мой суженый».
Матушка ворчала, что Лиза начиталась романов, а папенька только гордился успехами Лизоньки и уважал ее мечту. Пусть выйдет за любимого, и он примет его как сына.
Лиза, которую сморил недолгий сон, снова закашлялась. Они с двух сторон приподняли ее. Когда миновал приступ, Лиза ухватилась за их руки.
− Маменька! Папенька. Не уходите от меня! Боюсь я одна. Не выкарабкаться мне уже. – По щеке девушки ползла слезинка. – Так обидно умирать такой молодой.
− Ты поправишься! Не говори так, − баронесса изо всех сил старалась держаться спокойно.
− Конечно, милая, − вторил отец, помогая лечь на подушки.
− Вы рядом встаньте, − сказала Лиза, как рядом всегда были. И ты, маменька, обещай не ругать папеньку за ту прогулку. Я думала: дождик стороной пройдет, − Лиза захрипела.
− Тсс, милая, береги силы, − склонилась над ней баронесса, беря Лизу за руку. Быстрыми шагами встал за спиной жены барон. Она чувствовала его тяжелое дыхание.
− Ты обещай, маменька.
− Все обещаю, милая. Только не оставляй нас, − взмолилась баронесса.
Алиса поняла: пора. Тончайшая нить, соединяющая тело и душу, стала совсем невидимой. И вот со взмахом Лизиных длинных ресниц, душа покинула измученное тело, и Алиса, сконцентрировавшись, заняла ее место. Они проскользнули мимо друг друга, словно прохожие, едва не столкнувшись.
Алису охватила слабость. Каждый вздох давался с трудом. Ах, как же хорошо было наблюдать сверху.
Но Лиза должна жить! Алиса заставила себя подавить приступ кашля. Задержала дыхание. Постаралась дышать ровно. Вдох-выдох. Вдох-выдох. В школе у Алисы случались бронхиты, и она научилась справляться с приступами. Главное: не рвать горло. Еще один приступ прошел мимо, и Алисе удалось восстановить дыхание. Слабость была такая, что голова кружилась, стоило глаза к потолку поднять. Посмотрела на баронессу. Хотелось ее ободрить. Она, конечно, не их Лиза, но постарается быть хорошей дочерью. И не узнают они боли потери.
Алисе всегда хотелось иметь отца, но ее родители рано развелись, и она не изведала счастья быть любимой дочерью. Но, похоже, судьба преподнесла сюрприз.
Алиса не заметила, как глаза закрылись, и она провалилась в сон. Увидела Стаса. Они танцевали медленный вальс. Это был новый Стас с бородой и черными волосами, но она знала, что это он по тому, что испытывала то самое состояние радости, которое возникало, когда они встречались. И была такая легкость и слаженность в их движениях, словно они были одним целым, а музыка их прекрасным дополнением.
Стас вышел из метро и первым делом набрал номер Валерия Никандровича. Абонент вне зоны действия. Только этого не хватало. В тот самый момент, когда он нужен. Как без него Стас отправится к Алисе? Пусть ругается на него, но отправит. Стас готов заплатить любые деньги, только бы тот согласился. Молодой человек надавил еще раз на зеленую трубку на дисплее. Снова то же сообщение. Засунул телефон в карман. Быстрыми шагами пошел к дому. По пути поймал странное ощущение, что уже не принадлежит тому миру, в котором все еще находился. Магазины, спешащие люди, автобусы и автомобили были декорациями актера после спектакля. Стас усмехнулся. Роль сыграна. Аплодисментов не будет. И все же, если бы Алла не устроила последнюю сцену, он мог бы испытать чувство удовлетворения от своего поступка. Перед глазами снова появилась Алла в соблазнительной одежде.
Хорошо, что Алиса не могла этого видеть. А с другой стороны: в чем его вина? Лишь в том, что он смотрел на Аллу? Но ведь удержался. Оттолкнул, а все равно комочек грязи прилип к душе. Прости, милая. Так иногда случается.
Стас снова надавил на кнопку телефона и получил тот же ответ. А время еще семь вечера, ведь не спать же старичок лег. Ладно. Стас сам не заметил, как снова оказался перед тем магазином, торгующим спиртным, возле которого произошло перемещение его души. И снова накатило чувство, когда выпить необходимо.
Стас решительно завернул в магазин. Перед ним девушка в голубом пуховике берет бутылку водки. Стас затаил дыхание. Как в тот раз. Девушка сняла сумку с плеча. Достала карточку. Ввела код.
− Девушка, у вас недостаточно средств на карте, − сказала пожилая строгая женщина в очках, больше похожая на учительницу, чем на продавца винного магазина.
− Этого не может быть, я сейчас проверю баланс, − она повернулась к Стасу. – Извините. Внезапно ее лицо стало удивленным. – Вы? Неужели? Как вы себя чувствуете? Вы, наверно, не помните тот вечер? Стас пригляделся. − Те же самые глаза. Серые. Только морщинок стало больше. – Вы тогда за меня заступились.
− Я помню, − Стас только и мог кивнуть от удивления.
− Девушка, вы будете баланс проверять или кокетничать?
− Да, конечно, − девушка взглянула на Стаса. – Спасибо, за меня никто не заступался. Они сумку хотели еще отобрать, а там вся зарплата была.
− Девушка…
− Сейчас, − девушка начала тыкать в телефон. – Ой, сто рублей не хватает. А можно я завтра занесу?
− Вот ведь молодежь! Неужели так выпить хочется? – женщина смотрела поверх очков с презрением.
− Я не для себя. Для мужа. Ему опохмелиться надо. Иначе бить меня будет! − она умоляюще посмотрела на продавщицу. − Я завтра деньги принесу. Пожалуйста.
− Я сказала: нет!
− Что вам? – обратилась продавщица к Стасу, убирая бутылку водки на место.
− Джек Дэниэлс и вот эту бутылку, которую вы убрали, − сказал Стас, глядя на смущенную девушку, которая пыталась застегнуть молнию на потертой сумке, но от волнения руки дрожали. Грязные манжеты у пуховика пообтрепались. Справившись с застежкой, девушка выскользнула из магазина.
Стас взмахнул картой над терминалом. Выскочил из магазина. Если все как тогда, на девушку должны напасть. Стас покрутил головой: у магазина никого не было. Он обежал магазин и далеко на дорожке увидел голубой пуховик. Дорогу ей загородил мужчин. Девушка что-то быстро говорила, но слов было не разобрать. И вдруг мужчина поднял руку и ударил ее по щеке. Девушка упала в снег, прижимая к себе сумку.
− Эй ты! Не трогай ее! – закричал Стас с пакетом в руках побежал прямо к ним. В мозгу билась мысль: сейчас что-то произойдет. Ситуация хоть и не та же самая, но очень похожая. Пусть ударит его, он не станет сопротивляться. И тогда он будет с Алисой.
Мужчина, выше Стаса на целую голову, расставив ноги, смотрел на бегущего к нему Стаса.
− Во! Ленка, а это кто? Твой любовник?
Мужчина пнул лежавшую в снегу женщину. Потом еще. Стас бросил пакет в снег.
− Не вмешивайся, он боксер! – крикнула Лена, приподнимая голову.
Мужчина, встав в спортивную стойку, сжал кулаки. Подбежав к нему, Стас понял, какой он огромный. Мелькнул страх, но отступать было поздно. Изловчившись, Стас толкнул его в грудь и тут же получил сильный удар в челюсть. Почувствовал, что падает. Накрыла темнота.
Стас смотрел на свое тело сверху. Видел, как суетилась над ним Лена, как подошел ударивший его мужик.
− Здорово я его вырубил! – захохотал он.
− Что ты наделал?! – крикнула Лена. – Надо вызвать скорую, − она потянулась к сумке, но мужик вырвал сумку у нее из рук.
− Еще чего! Хочешь, чтобы меня в тюрьму упрятали?! А ну пошли домой! – он грубо потянул ее за руку.
− Ты что, хочешь его бросить? Он ударился об камень.
− А он что, родной тебе?! А ну пошла домой! он толкнул женщину в спину. – Водку купила?
− Денег не хватило!
− Идиотка! Позже сходишь! А ну пошла! – еще один толчок в спину.
Женщина обернулась на Стаса.
− Что жалко его?! Себя пожалей! Пошла, говорю! − мужчина грубо толкнул ее в плечо, и Лена с трудом удержалась на ногах. – Послушай-ка! – он схватил ее за руку, заставляя обернуться. − А где ты с ним познакомилась? Любовник?! Я видел, он шел с пакетом, а потом его бросил. Жди здесь!
Пакет нашелся быстро. Мужик сунул туда нос и захохотал.
− Мне, значит, водка. А ты с ним вискарь собиралась пить?! И не иначе, как Джек Дэниэлс! Моя крутая женушка! – муж схватил женщину за подбородок. − В глаза мне смотри! Не отворачивайся! Он твой любовник?
− Говорю же: я не знаю его! Он за мной стоял в магазине, − по лицу молодой женщины текли слезы.
Вот ведь мразь! Стаса так поразила эта сцена, что он отвлекся от своего тела и подлетел ближе. Эх, если бы можно было двинуть этому подонку.
Стас в жизни не видел, чтобы с женщиной так обращались. Он крутился вокруг и около супружеской пары, забыв про себя, пока не услышал знакомый голос:
− Ты что, опять в спасителя играешь?! Не надоело еще?!
− Ох, это вы, − обрадовался Стас. – А я вам дозвониться не смог.
− Дозвонился! – фыркнул Валерий Никандрович. – Выключен телефон или нет, знаю и без него, кому я нужен. Хотел посмотреть, что ты делать собираешься. И что я вижу?
− Ну я специально хотел, чтобы он меня ударил, и я бы …
− Что?
− Мог попасть к Алисе.
− Да что ты?! – Стас почувствовал себя мальчишкой. Такое презрительное снисхождение исходило от Валерия Никандровича, который завис напротив него в сиреневой, переливающейся сфере. – Думаешь, это так просто? Загадал желание и полетел?!
− Я подумал, если оказался в том же месте, то вдруг…
− И вот из-за этой мысли, ты так поступил со своим телом? Не стыдно, молодой человек?! Эх, если бы у меня было такое тело, я бы его берег. Я еще и это берегу, старое. Витаминчики пью, зарядочку делаю. Ты у Аллы научился? С кем поведешься, того и наберешься. Та в восемнадцать лет с жизнью рассталась, и ты туда же. А ведь не знаешь, как дальше может повернуться. Сейчас женщина пойдет мимо тебя. Вызовет скорую. Положат тебя в больницу. Черепно-мозговая травма. Потом большие проблемы с головой будут. Инвалид считай. Надо тебе это было? Да баб что ли мало?
− Баб полно, а такой, как Алиса, нет. Я все равно найду ее.
− Да как же ты ее найдешь? Я ее далеко отправил. В хорошую семью пристроил. Баронесса Елизавета Калиновская. Девочка настрадалась, пока тебя тут ждала. Тоже добренькая. Ну, может, пока ты в больничке будешь валяться, она и замуж выйдет.
− Пожалуйста, − взмолился Стас. – Берите все, что угодно. Нам нельзя друг без друга.
− Да что с тебя взять?! Душа твоя, что из тела вышла, ничего с собой не взяла.
− Вон там, в кармане, карточки кредитные. Можете все снять. Я пин код скажу. Там около миллиона будет.
− Маловато будет за счастье.
− Еще машина есть. Но я не знаю, как ее на вас переоформить.
− Ладно, − вздохнул Валерий Никандрович. − Машины мне твоей не надо. Это проверка была. А вот некоторые средства понадобятся. Офис оплатить надо, внучке кое-что купить.
− Пин код…
− Да знаю я. Можешь не утруждаться. Мне твое согласие было нужно. В общем, дело такое. Мне время нужно. Тебе придется с телом рядом поболтаться. Полезно будет, чтобы в следующий раз глупости не делал. А я просмотрю, какие подходящие варианты для тебя есть.
− А я … не буду инвалидом?
− Испугался? Это хорошо. Не будешь, если та женщина, которая уже на дорогу вышла, тебя увидит и скорую вызовет. Сердобольная, как все вы. А в больнице хирург работает, который с похмелья мучается. Идиоту бы дома отсидеться, а он на работу пошел, увольнения боится. Операция будет, он что-то не то в твоем мозге заденет. А так отлежишься чуток и домой сможешь пойти.
Стас перепугался: был дар, что и говорить, у этого старичка, правильно все объяснять. С другой точки зрения, которая у Стаса явно отсутствовала. Мало того, что без Алисы, так еще и сумасшедшим сделаться. Нет, этого никак нельзя допустить.
− Так что же делать с этой женщиной? Как ее заставить? Если бы я в теле был, легче простого, а так?
Старичок ухмыльнулся.
− Мне за внучкой в школу пора. Не могу остаться. Не медли только, тетушка эта быстро идет, спешит куда-то.
− Но как же я ее остановлю?
− Силой мысли, конечно. Что еще у тебя есть?
− Да как же это?!
− Первый урок для души твоей: научиться предметы двигать. Алиса научилась и тебе негоже отставать.
Стас вспомнил, как Алиса «угощала» его эклером. Задумался. Когда понял, что не знает, как и приступить, старичка, то есть сферы сиреневой, уже и след простыл.
Ощущение паники усилилось. Стас полетел над дорожкой, увидел женщину в натянутой на лоб вязаной шапке и в короткой коричневой шубке. Шла она действительно быстро и еще по телефону разговаривала. До него слова донеслись: «Скоро буду! Жди!» Положила мобильный в карман.
Стас заставил себя собраться, как он делал на самых безнадежных переговорах. Знать бы, куда она идет? К своему удивлению обнаружил, что может «видеть будущее». Увидел девушку лет двадцати. В халате, растрепанная. Ребенка на руках держит, который надрывается от крика. Лобик потный, температура. Женщина в коричневой шубке, мать ее, спешит к ней с таблетками для ребенка, которые врач прописал. Только таблетки эти малышу нельзя принимать, у него страшнейшая аллергия начнется, которая всю жизнь испортит.
Получается, что женщина эта спешит две беды сделать, думая, что хочет помочь. Стас почувствовал себя увереннее. Тут оказывается еще и жизнь ребенка на кону. Так как же остановить ее? И тут он кусок проволоки заметил. Толстая строительная проволока. Если положить под ноги, женщина, может, упасть. Упасть и ногу повредить. Несильно, растяжение или легкий перелом, но на ноги не встанет. Скорую будет себе вызывать, а не ему. К дочери попадет завтра. Малыш поправится, таблетки будут без надобности. К тому же в травмпункте она их потеряет.
До тела Стаса оставалось не более ста метров. Надо спешить! Как можно подвинуть проволоку? Стас подлетел к ней, попытался. Проволока лежала на месте. Еще раз. Снова посмотрел на дорожку.
Восемьдесят метров. Эх, если бы у него была хотя бы одна рука.
Шестьдесят метров.
Стас выбился из сил. Эту проволоку, такую легкую, сдвинуть невозможно. Но Алиса же научилась. Эх! Стас снова сосредоточился и вдруг вспомнил слова: Валерия Никандровича. Сила мысли. Стас внезапно понял. Ну, конечно. Тут дело не в физических усилиях, если его тело валяется в нескольких метрах. Нужно, как на переговорах, представить идеальную картину окончания. В офисе он частенько этим пользовался. Даже прописывал пункты договора, представлял, как стороны пожимают друг другу руки.
Нужно – дело то проще простого − представить проволоку перед ногами этой женщины. Хотя нет, это только шаг первый. Представить, что она упала, подвернула правую лодыжку. Пытается встать, не получается. Вынимает телефон и вызывает скорую. Ее увозят в больницу. В больнице, доставая паспорт, роняет таблетки, предназначавшиеся малышу. Этого никто не замечает. Все!
Сорок метров!
Стас увидел, как проволока, словно ее подняли невидимые руки, легла на пути женщины. Дальше все оказалось по сценарию. Женщина в коричневой шубке сидела на снегу и звонила дочери, что не может прийти.
Не успев дослушать упреки дочери до конца, Стас почувствовал, что его тащат к телу. А потом увидел над собой звездное небо и почувствовал, как болит затылок. Подвигал руками, ногами. Все функционировало. Неужели он вернулся в тело? Стас попытался встать. Голова кружилась, но он поднялся сначала на колени, а потом и на ноги. Покачнулся от того, что голова описала круг, перепутав небо и землю. Сосредоточился на горящем фонаре. Встал, держа его, словно маяк перед глазами.
Постоял, вдыхая морозный воздух. Впереди замелькал проблесковый огонек скорой помощи.
Стас поплелся к дому.
Навигация по книге:
Пролог Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13
Дорогие читатели!
Заходите на мой сайт. Там есть что почитать без рекламы: https://romancenovels.ru/