Милочка, услышав голос Полинки, сразу же позвала Илью. Она не переживала за дочь, потому что была предупреждена о ее месте нахождения. Правда, время шло, а Поля не выходила на связь. И когда они с Ильей услышали, куда их она приглашает, оторопели и долго смотрели друг на друга, пока на другом конце провода не окликнули.
- Мам, а ты почему молчишь? – шепот девочки был прерывистым, она дышала часто и даже вздохнула. – Ты, что, против? Не пойдешь на свадьбу... Почему?!
- Ну, что ты, девочка моя, - поспешила Людмила опровергнуть Полинкины подозрения. Хотя, если честно, не совсем понимала, как все это будет выглядеть. Не знай она, кто эта Ксения, конечно, легко согласилась бы и пошла на свадьбу. А так-то… Слишком как-то все непросто. Но тут Илья, почувствовав смятение супруги, погладил ей руку…
- Полинка, тебе показалось, что мама не хочет, не торопи события, милая! - сказал, продолжая поглаживать Милину руку. Он понимал, почему дочери так хочется, чтобы на таком важном мероприятии присутствовали они. Именно вдвоем, а не он один. Поля с первых своих дней чувствовала дефицит материнской любви, но, как ни странно, мать не возненавидела. Более того, мечтала о ее счастье.
В этом дочь призналась совсем недавно, когда, отведя Петрушу в детсад, Илья отвозил ее в школу. Машина остановилась, мотор продолжал работать, но Поля оставалась сидеть. Илья и не торопил, ведь понимал, что это неспроста. И просто ждал. А когда Полинка заговорила, слушал внимательно, а в какой-то момент даже незаметно слезы смахивал с щеки.
Он сейчас переживал примерно то, что пережила его дочь, которая ни разу не пожаловалась на мать свою, бросавшую ее каждый раз, как только они встречались, ни на жизнь интернатскую. Но в нем в какой-то момент такая злость на Ксению проснулась, что, только попадись ему под руку. Правда, постепенно, по мере того, как приближались к концу откровения Полины, он все отчетливее понимал, что дочь не держит зла на мать. Утихла злоба и в нем.
- Понимаешь, пап, она несчастный человек. И я, если будет возможность, помогу ей всем, чем только смогу, чтобы она была счастлива. Ты согласен со мной? – Поля с надеждой посмотрела на отца. А Илья, тронутый вопросом, ответил откровенностью на откровенность, и рассказал почти обо всем, как было у них с Ксенией.
- Не злюсь я на нее, потому что сам тоже виноват, да и это было давно, - сказал Илья. – И вообще… я согласен с твоим решением. Только для этого тебе надо немного подрасти, согласна со мной?
- Не совсем согласна, ведь я не собираюсь долго ждать! - Полинка упрямо качнула головой, открыла дверцу, вышла из машины и, послав отцу воздушный поцелуй, решительно пошла в сторону школы. И сейчас, когда он понял, почему Милочка сомневается, поспешил ответить за них двоих согласием на приглашение на свадьбу.
- Поля, мы придем… вот только… Знает ли Ксения, что ты нас зовешь? – спросила осторожно Мила, боясь назвать Ксению мамой Полинки. Она давно смирилась с мыслью о том, что не единственная у дочери. Но общаться так близко? Хорошо, что Илья так быстро вывернулся, и смятения ее дочь не заметила.
- Узнает! – весело и решительно ответила Полина. – И Поль узнает. Я знаю, что они оба будут довольны. Они меня слушаются. Даже не спорили, когда я рваное свадебное платье отремонтировала. Ну, мам-пап, все, до связи!
- Мам-пап? В каком смысле? О чем это мы не спорили с тобой?
На Полинку, весело выбежавшую из душевой, растерянно смотрела Ксения. К ним подошел Поль. Увидев их обеих в таком расположении духа, мужчина взял каждую под руку и повел на кухню, где вкусно пахло свежей выпечкой и свежезаваренным кофе. Он чувствовал, что все в порядке будет, несмотря на какие-то небольшие нестроения.
В назначенный день и час, несмотря на отсутствие официального приглашения от Ксении и Поля, семейство Ильи все было в сборе. И даже Петруша, одетый нарядно, не носился вокруг да около, а смиренно ждал, когда будет подан автомобиль и они поедут на свадьбу. Ведь он никогда не бывал на таких мероприятиях.
А Ксения не переставала нервничать. Ведь до выезда оставалось все меньше времени, а она не определилась с выбором. И сейчас, стоя перед двумя свадебными платьями, продолжала сомневаться – какое из них надеть в загс. Или, чтобы не обидеть Поля, надеть вот это, роскошное, воздушное, дорогущее, или, чтобы не обидеть дочь, вот то, сложенное ею из остатков разрезанного ею же свадебного платья.
- Ах, а что это?!
В комнату незаметно вошла Полинка. Она не подозревала о том, что сейчас ее мать делает выбор. И вообще, не знала о том, что есть второе свадебное платье – новое и более красивое, стильное, чем то, которое она однажды сшила из лоскутков. Растерявшись от внезапного появления дочери, Ксения от неожиданности на диван присела, и... прямо на новое платье.
- Что ты натворила! – вскрикнула Полинка, услышав треск разрывающейся ткани. Она быстро подбежала к матери и, взяв за руку, оттащила. Но было поздно. На самом видном месте виднелся разрыв ткани. Он был по шву. Но ведь был же. В какой-то момент Ксения, посмотрев на дочь, улыбнулась. А через мгновение они обе весело хохотали.
Встреча с гостями была задумана не дома, а прямо в загсе, где уже все было готово, а жениха с невестой все не было. Дженни и Томас, поглядывая на часы, не скрывали своих переживаний, ведь Поль не отвечал на звонки. Нервничали и родители Ксении, ведь и она не брала трубку. А скоро нервно стали поглядывать на часы и на вход в загс остальные гости.
За время ожидания все успели перезнакомиться. Вот и нервничали одни за другим Илья с Милочкой, Нина Павловна с Егором Ильичем, Танюшка, троюродная сестра Ксении, Кира, подруга Милочки, которой та помогала выбрать свадебное платье, друзья Ильи и Людмилы.
И даже Екатерина Михайловна, мать Ильи, сторонившаяся всех, не спускала глаз с двери и старалась подойти поближе к гостям. Только Петруша, носившийся радостно по коридору, не понимал, и чего это все переживают, тут же так весело. Все настолько были увлечены переживаниями, что не заметили, как вошли Ксения, Поль и Полинка. Опомнились, лишь когда жениха и невесту вызвала сотрудница загса.
А потом… потом был прекрасный марш Мендельсона, поздравления, более близкое знакомство гостей и, конечно же, свадебное застолье, которое было устроено под руководством Поля, владельца шикарного ресторана, где и сидели сейчас притихшие молодожены и близкие.
Никто не заметил, во что была одета невеста, смотрели на ее лицо, счастливое и красивое. И только Полинка, все время стараясь быть рядом, прикрывала неудачные швы на свадебном платье, сделанные ею вручную, и которые поэтому не особо удались. Но скоро и она, убедившись в том, что никто не смотрит на наряд матери, поддалась всеобщему веселью. А потом, в какой-то момент, поднялась с бокалом в руке.
- Можно мне тост сказать? Да вы не переживайте, взрослые, я не пью, у меня тут лимонад! - после секундной паузы сказала Поля. – Не могу нарадоваться... Ведь сбылись мои детские мечты. Одна из них, главная, моя семья. Она у меня уже есть. Но не одна, а две! А остальное тоже сбудется…
Поля, не дожидаясь ответа, подхватила Петрушу и закружилась с ним в танце. О чем думали взрослые в этот момент, которые тоже пошли в пляс, она не догадывалась. Ей было так хорошо, как никогда не бывало. Впереди была целая жизнь, в которой найдется место и для этих прекрасных людей, и для тех, кого она встретит на своем пути...
У нее тоже будет семья, уже своя. Будет самый лучший муж на свете. И она ему подарит много детей, которых будет любить и ни за что не оставит, что бы ни случилось...
- А ты, молодец, таки выбрала то свадебное платье, которое я… ну ты, мама, сама знаешь, спасибо тебе! – раскрасневшись от переживаний и от счастья, сказала Поля, проносясь мимо танцующей с Полем Ксении.
Если бы сейчас что-то случилось неординарное, Ксения все равно не сдвинулась бы с места, только бы не спугнуть счастье, вдруг нахлынувшее на нее. Она готова была расплакаться, ведь дочь впервые назвала ее мамой. Но сдержалась. Теперь Полинка никогда не увидит ее слез. Разве что слезы радости…
Ссылки на предыдущие главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44