Все застыли, как персонажи с известной всем репинской картины. Но замешательство длилось недолго. Ведь все понимали, что ребенка, выскочившего из квартиры, может ждать опасность. Нина Павловна, подтолкнув мужа к двери, умоляюще посмотрела на зятя. Илья и Егор Ильич, не сговариваясь и на ходу набрасывая на себя куртки, выбежали.
Илья бросился наверх, и поднялся на следующий этаж, а Егор Ильич спустился на нижний. Но в подъезде, ни наверху, ни внизу, они никого не увидели. Девочка словно испарилась. Ей хватило вот этих нескольких секунд замешательства взрослых, чтобы запропаститься. Мужчинам ничего не оставалось, как молча вернуться в квартиру.
Илья теперь вообще не знал, что делать. С женой в конфронтации. Надо же, до чего додумался, уйти собрался от нее. А что, ведь Милочка заявила, что он изменил. Как она могла! Ведь Илья даже мысли такой не допускал, как только они поженились. Работа – дом, дом – работа. И так – несколько лет. Но чтобы изменить ради того, чтобы разнообразие внести в свою жизнь? Нет, до этого он не мог опуститься.
Другой вопрос, эта девочка, буквально свалившаяся им на голову, как первый снег. Ладно, понимание ситуации постепенно пришло бы, это же вопрос времени. Можно в милицию обратиться, чтобы прояснить детали. А еще в память вернуться, чтобы понять, кто мог направить против него столь коварную месть или жестокий розыгрыш, кто за этим мог стоять?
И у Ильи даже вырисовался примерный план действий. Ведь он не собирался оставить беременную Милочку, просто вспыхнул на мгновение, и решил уйти. А может, и надо было освежить отношения? Нет, только не в этот раз. Сейчас надо снова выстраивать отношения с женой. Благо, времени достаточно. Но девочка все карты смешала, все планы спутала. И где ее искать, он не мог даже предположить.
Егор Ильич на жену полагался, она женщина умная, найдет выход и в этой ситуации. Хотя чувствовал, что для беспокойства повода нет. Ну, ушла и ушла эта пришлая девчонка. Небось, знает, что делает. А и вообще, вдруг кто-то ее там, внизу ждет. Вдруг она участвует в каком-то преступном сговоре, и люди, подговорившие ребенка, сейчас руки потирают, глядя на то, как они переживают…
Но, как только в дверях появились расстроенные физиономии мужа и зятя, Нина Павловна возмутилась. Хм, додумались – вернуться. Нельзя времени терять, надо продолжить поиски. Ведь теперь они все вместе отвечают за судьбу чужого ребенка. Она решительно развернула мужчин и буквально вытолкала их из квартиры.
- Даже не возвращайтесь без нее, все на вашей совести! – крикнула вслед, захлопнув дверь.
- Мама, зачем эта девчонка здесь! – возмущению Людмилы не было конца. Они, что, сговорились все, решив искать гостью, отобравшую у нее и мужа, и отца будущего ребенка, и вообще – покой.
- Как – зачем, доченька, - Нина Павловна не понимала, как может Люда такое думать. – Она же потеряется, под машину попадет, ее могут злые люди забрать и сделать, что захотят с ней. Ты же знаешь, какой мир безжалостный.
- Какое дело нам, чужим людям, до нее? – завелась Милочка. – У нее явно есть кто-то из близких – те, кто ее на этот стульчик поставил, кто подослал сюда, заставил такое заявлять!
- Кстати, о стульчике, - осеклась Нина Павловна. – А где это он? Нет его, пропал. Неужели она его с собой захватила? Зачем!
– Мамочка, о чем ты думаешь! Тебе кто важнее, я, твоя родная дочь, и твой будущий внук, или эта малолетняя мошенница!? – в голосе Милочки зазвенели слезы. Еще вот-вот, и она расплачется.
- Дорогая, я тебе расскажу, почему это так важно для нас, прежде всего – для совести нашей, - садясь на диван, Нина Павловна потянула за собой и дочь.
- Не надо мне о совести. Не надо ни о чем. Я и так все понимаю… - расстроено сказала Людмила. Как было не понимать, что мама права. Но куда-то надо было эмоции девать, с которыми Мила уже явно не справлялась, столько всего свалилось. Но больше всего она ругала себя. Сорвалась, обидела мужа, наговорила глупостей ему и родителям о нем.
А Илья и Егор Ильич в этот момент, разделившись, побежали в разные стороны. Но, обежав дом со всех сторон, сбегав на остановку и дальше, вернулись к подъезду, беспомощно разводя руками. Тесть, не оборачиваясь, вошел в подъезд, а Илья решил не возвращаться. В голове гудело, сердце вырывалось из груди, а на душе был такой мрак...
Надо все обдумать, благо, морозец хорошо отрезвлял. Но при этой мысли Илья встрепенулся. Да, на улице мороз, снег зарядил, а девочка в легоньком пальтишке, явно не в зимнем. Замерзнет же, и на его совести будет то, что с ней вдруг случится. Но где искать? Наверное, пора в полицию звонить. Другого выхода на этот момент не было. Но телефон-то дома. Придется вернуться.
С тяжелой душой поднимался Илья домой. Ключей нет. Дверь, наверное, заперта. Придется звонить. Открыть может Милочка, а как ей в глаза смотреть? Хоть и обидела больно словами, он тоже в чем-то не прав. Погорячился. Надо примириться. Илья при этой мысли радостно улыбнулся. Все-таки полезно иногда подзамерзнуть, чтобы прийти в себя…
Когда он несмело потянул за ручку, то сразу понял, что дверь не заперта. А услышав возбужденные голоса близких, и вообще остановился. Может, послушать, о чем они? Илья отбросил эту мысль, и смело перешагнул через порог квартиры, где еще буквально минут 20 назад и близко не было и девчонки, и тех переживаний, которые всем на их долю выпали.
Илья разделся, повесил куртку на вешалку, и снова застыл, увидев незнакомый предмет на месте, где он обычно вешал свою одежду. Да, это было детское пальтишко. То самое, что было надето на маленькую гостью. Илья едва сдержался, чтобы не побежать на кухню, откуда доносились голоса. А войдя, остолбенел. За столом сидела вся семья и Полинка, перед которой уже стояла тарелка с супом.
Глядя на то, как девочка жадно поглощает вкусный борщ, который готовит часто теща и который сам Илья обожает, он внезапно и, удивляясь себе, обрадовался, и даже улыбнулся. Нет, это странное чувство, проснувшееся в нем вот так - вдруг, было не про то, что девочка нашлась и ей ничего не угрожает. Было что-то другое. А что, он и сам пока не мог разобраться.
Просто стало спокойно на душе, уютно, как будто сложился долго не складывающийся пазл. Илья посмотрел мельком на тещу, на тестя, и спрятал улыбку. Те выглядели довольными, и смотрели на девчонку чуть ли не с восторгом. А Мила, бросая сердитые взгляды на всех, только выглядела недовольной. Она, похоже, тоже успокоилась. Почему успокоилась, это другой вопрос. Главное, не нервничает.
Но Илья все равно не знал, как теперь себя вести, да так и стоял в дверях, подпирая косяк, задумчиво рассматривая эту идиллию. Ну а скоро и мысль правильная пришла в голову – все успокоились, потому что девочка в безопасности. Чужая она им, да, но они все беспокоились за нее. Какие же они замечательные… Илья опять расплылся в улыбке.
- Ну, что ты там стоишь, как бедный родственник, - усмехнувшись, сказала Нина Павловна. – Садись, зятек, обедать будем. Вон, как аппетитно наяривает борщечок твоя… наша… гостья.
- Да, да, в ногах правды нет, ты проходи, садись, - по-взрослому, благодушно улыбаясь, произнесла Полина. – А, тебе не на что сесть? Такс. Я сейчас!
Девочка буквально слетела со стула, а через мгновение уже подталкивала Илью к тому самому стульчику, на котором они все ее и увидели, открыв дверь. Нина Павловна разлила борщ, достала свои фирменные пирожки и скоро за столом потянулась беседа, в которой не было сказано ни слова о произошедшем...
(Продолжение будет.)
Ссылки на предыдущие главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20