С тех пор минуло лет пятнадцать. Квартиру от предприятия, которую ждал семнадцать лет, я всё-таки получил – не бесплатно, правда, за деньги, но в кредит, - и теперь мы жили в трёхкомнатной благоустроенной квартире. Дочери выросли, выучились в университетах, как сейчас стали называть институты, вышли замуж, и теперь мы с Ольгой вот уже шесть лет носили почётное звание «деда» и «баба». Сын прошлой осенью пришёл из армии, где служил, как и я, в ВДВ, и устроился работать автомехаником на Талдинский разрез. Жениться не торопится. Говорит, не встретил ещё такую девушку, как мама. Я его понимаю: в таком деле спешка не нужна. Не скажу, что жили мы с женой душа в душу. Всякое бывало. И обиды, и ругань, и споры, и ссоры. И всё же, хорошего, радующего душу - было больше. А значит, жили мы не плохо.
Вчера вечером молодёжь укатила на Алтай отмечать двадцатилетний юбилей двоюродного брата, оставив на наше попечение детей. При этом строго настрого наказали, чтобы я обязательно сводил внуков в «Россию» на «Мадагаскар 3». Я смотрел первую часть этого мультфильма, и она мне понравилась. Поэтому с удовольствием дал им и самому себе клятву, что выполню их «боевое задание».
И вот сегодня, оставив маленькую внучку на попечении жены, привёз внуков в город. Приехал пораньше, чтобы заблаговременно купить билеты. Оказалось, что мы не одни жаждали посмотреть этот занимательный мультик. Билеты на одиннадцать и на час дня были уже раскуплены, и я, верный своей клятве, взял билеты на три часа. И почти последние. Однако! Такого с художественными фильмами не было. Как бы их не рекламировали по телевидению, залы всегда были заполнены лишь наполовину, а то и меньше. Оказывается, дети более активный зритель.
Возвращаться домой не хотелось, а время убивать как-то надо было, и я решил для начала пройтись по городу, посмотреть, как он изменился за то время, что я здесь не был. А не был я здесь давно.
Недалеко от кинотеатра посреди пешеходной зоны какой-то предприниматель поставил надувную крепость. В ней были и батут, и горки, и что-то там ещё. Судя по радостным крикам и визгу, доносившихся из неё, ребятне это нравилось. Можно было сразу сплавить внуков в эту цитадель, но захотелось расширить их кругозор. Чтобы они узнали, что наш город – это не одна микрашка, где они жили, а состоит из множества районов. Поэтому на пожелание младшего внука, егозы и непоседы, посетить крепость, я предложил, сначала прогуляться по улице и в каком-нибудь кафе поесть что-нибудь вкусненькое. Вкусненькое Ярослав любил так же, как и развлечения. И потому не стал привередничать.
Купив всем мороженое, мы отправились в путь. Уже через минуту я понял, что моя задумка, такая простая и незатейливая, оказалась не совсем удачной. Влад был старше Ярослава на два года. По натуре спокойный и послушный – сказали «нельзя», значит - нельзя. Когда родился двоюродный братик, ему сразу стали внушать, что он старший, а потому должен заботиться о нём, защищать и не обижать. И Влад послушно следовал этим заветам, терпеливо относясь к нападкам Ярослава. А тот, пользуясь этим, донимал того при любом удобном случае.
Вот и сегодня этот шалопай был просто не равнодушен к старшему и постоянно его задирал. А когда тот пытался дать ему за это тумака, он с криком «Деда, а Влад меня бьёт!» прятался за меня или отбегал в сторону. Я бы помог Владу, но заметил, что тот сам не прочь поиграться. Как только непоседа затихал, устав от беготни, он провоцировал его, подначивая словесно или награждая щелбаном, когда тот был близко. И всё начиналось сызнова.
Будь это мои сыновья, я бы давно их приструнил. Влепил бы по подзатыльнику пару раз, и всё успокоилось бы. Но это были внуки, а их ни в коем случае трогать нельзя. Только словесно и только морально. Но сколько я ни пытался, сколько ни старался у меня ни разу не получилось их утихомирить. По фигу им была моральная сторона их поведения. Возможно, из-за малости лет они не могли понять, как себя вести. Но уверен, если бы их учили не только словесно, но и физически, то усвоили бы это быстро и в полном объёме. Ибо что такое слово? В одно ухо влетело, в другое вылетело, не задерживаясь. Ни колко, ни больно. И опять можешь делать то, за что тебе только что выговорили. Ведь за это снова будут одни лишь слова. Беда-то! Но вот если за это подзатыльник дадут или по заднице шлёпнут, да ещё ремнём - вот тогда - да! Это уже больно. Не понял с первого раза, в следующий - будет ещё больнее. А чтобы избежать этого, придётся вести себя так, как просят. Как говорил один мудрый папаша, доброе слово – это хорошо, но доброе слово с ремнём – это эффективнее.
Так размышляя и то и дело разнимая неугомонных внуков, я добрался до конца улицы. После, взяв сорванцов за руки, перешёл с ними через дорогу на другую сторону и двинулся назад. Я уже конкретно устал от их беспредела, хотелось присесть где-нибудь и отдохнуть. Проходя мимо бывшего универмага, который из-за больших стеклянных витрин народ прозвал «стеклянный», я увидел надпись «Кафе». Ну наконец-то!
Я усадил их за стол по разные стороны, чтобы не могли друг друга достать, купил сок и коробку чокопая. При этом строго-настрого наказал, если они будут и здесь баловаться, чокопай я съем сам. И сок тоже выпью.
Целых пятнадцать минут я отдыхал и наслаждался тишиной, наблюдая, как внуки не спеша уплетали корейскую вкуснятину. Плюшки я разделил поровну, поэтому соревнования между ними, кто больше съест, не было. На каждого было по шесть чокопая и коробка сока. И всё было съедено и выпито. Глядя, как они старательно уминают пирожные, запивая их соком, мне вдруг с горечью подумалось, что ни одному из них даже в голову не пришло угостить меня, хотя бы предложить откусить и сделать глоток. Да уж… Зато всё это время меня никто не беспокоил.
Когда вышли на улицу, я понял, что мои обжоры переели. Я-то думал сейчас опять начнутся догонялки, провокации всякие, а тут спокойствие и степенность, совсем им не свойственная. Они шли рядышком и хвастались, у кого чокопаи были вкуснее, и сколько кто когда-то их съел. Это, конечно, меня порадовало. Но радость продлилась недолго. Не успели мы дойти до перекрёстка, делившего центр города на четыре части, как они ожили. Хвастовство перешло в спор, а потом в ссору. Только перешли дорогу, как Ярослав с криком «А мне мама купила сразу десять таких коробок!» ударил Влада по спине. Тот в долгу не остался.
- А мне мама купила сто таких коробок! – заявил он и щёлкнул брата в лоб.
- А мне тыщу! – не сдавался тот, нарываясь на драку.
Разумеется, я их разнял. И отныне стал делать это постоянно. Когда дошли до скверика, что был разбит напротив школы, я уже опять от них устал. Настолько, что ни сквер, ни величественный памятник Владимиру Ильичу не вызвали у меня ни каких ассоциаций. Мне просто было не до этого, хотелось сесть и отдохнуть. Скамеек было много, но на удивление все были заняты. Но я всё-таки нашёл одно свободное. Потеснив двух старушек, которые уж слишком вольготно расположились на скамье, я уселся рядом с ними под большой берёзой, вокруг которой росли кусты акации. Бабули что-то там недовольно пробурчали в мой адрес, но я в этот момент занимался внуками, и их брюзжание прошло мимо.
Чтобы избавиться от мальчишек и отдохнуть, я сплавил их в надувную крепость. Сунул Владу, как старшему, двести рублей и наказал, чтобы они играли там до тех пор, пока я за ними не зайду.
- Спасибо, деда! – обрадовался тот и рванул с места, словно боялся, что я передумаю.
Ярослав помчался за ним. И уже на ходу, спохватившись, крикнул:
- Спасибо, деда! – а потом уже в спину старшего брата. – Влад, подожди меня!
Когда внуки исчезли, соседки мои удовлетворённо закивали головами и вернулись к своим занятиям. Одна довязывала шарф, а другая варежку.
Наконец-то, я остался один. Как хорошо! И как это маманя на седьмом десятке управляется с ними? Так как все работали, она частенько водилась с правнуками, а то и оставляла их у себя на ночь. Впрочем, она была педагогом, настоящим профессионалом, и умела находить общий язык с малышнёй.
Откинувшись на спинку скамейки и расслабившись, я размечтался о том, чтобы сделал для города, будучи миллиардером. Однако витание в облаках не мешало мне время от времени обозревать сквер и присматриваться к людям. В один из таких моментов увидел Светку. И волны воспоминаний тут же нахлынули на меня, как цунами на берег, безжалостно и неумолимо погрузив с головой в пучину прошлого…
Опять исподволь смотрю на неё. Она по-прежнему читает или делает вид, что читает. По факту нас разделяют всего-то метров семь, а по сути – больше тридцати лет. И эти годы не дают мне, да и ей, наверное, тоже, преодолеть это небольшое расстояние. «А ведь это могли быть наши внуки… - мелькает вдруг в голове мысль, и подсознание тут же подхватывает её. – Сейчас бы сидели рядышком и весело болтали. Мы же ведь» …
Размышления внезапно прерывает отчаянный вопль младшего шалопая, раздавшийся откуда-то из-за спины.
- Деда-а-а, а Влад хочет меня побить!
Вслед за голосом из-за акации, росшей за скамьёй вокруг берёзы, выбегает раскрасневшийся Ярослав. Лицо перепуганное, и видно, что он изо всех сил стремится как можно скорее добраться до меня.
- Врёт он всё, деда! – кричит возмущённо появившийся Влад.
Ему всё же удаётся догнать врага прямо около меня, но я успеваю вклинить между ними руки и развести их. Левой задвигаю младшего за себя, а правой отодвигаю в сторону сопротивляющегося старшего.
- Он первый меня пнул! – заявляет Влад, пунцовый от злости.
- Нет, ты меня первый пнул! – безапелляционно отвечает Ярослав, и, глядя на него, ни за что не поверишь, что он лжёт как сивый мерин.
- Когда это я тебя пнул, а?
Перевожу взгляд со старшего на младшего и при этом мимоходом замечаю, что Светка, наконец-то, оторвалась от книги и с интересом наблюдает за нами. Но теперь-то мне не до неё.
- А тогда, когда мы сидели в кафе!
- Так ты же сам тогда меня пнул, а я тебе ответил!
- Нет, это ты…
- Стоп, стоп, стоп, парни, - вмешиваюсь я, так как перепалка грозит стать бесконечностью, и обращаюсь к младшему. Ведь жирафу понятно, что это он зачинщик. - Ты бы ещё вспомнил, что вчера было.
Ярослав недовольно хмурится, понимая, что я не на его стороне, но упрямо продолжает гнуть своё:
- Он первый меня пнул.
- Чего ты врёшь! - неистово кричит Влад.
Вот разозлил его брательник. Если бы не я, он бы точно влепил ему затрещину или что похлеще.
- Успокойтесь, парни, успокойтесь! Хватит! – стараюсь сдерживать себя, чтобы не вскипеть. Ведь рядом сидят старушки, перед которыми почему-то захотелось показать себя замечательным дедушкой. Да и Светке тоже. Пусть завидуют. А пока они завидуют, лихорадочно соображаю, как поступить. Нужно обязательно их помирить, иначе они будут бодаться вечно. Из-за них и мультик с толком не посмотришь. Да и выгнать могут за то, что шумим. Сводить опять в кафе? Они набегались, напрыгались, так что ещё одна упаковка чокопая в них легко влезет. А что? Где это началось, там и закончится. Здорово!
- В общем так, парни… - принимаю решение и смотрю на часы, чтобы определиться по времени: успеем сгонять в кафе или нет?
Оказалось, у нас всего пятнадцать минут. Как раз, чтобы дойти до кинотеатра и занять места в зале. Так что кафе отменяется. Мирить их придётся на ходу.
- В общем так, парни, - повторяю я и встаю, - времени у нас в обрез. Скоро сеанс. Так что по мороженому и мир. Ладно?
В ответ тишина.
- Влад? – смотрю на старшего.
- Ладно, деда, - соглашается тот.
- Ярослав? - обращаюсь к младшему. - Ты больше не будешь задираться?
- Он первый… - начинает было тот гнуть своё, но я его тут же прерываю.
- Я не про это. Ты лично больше этого не будешь делать?
- Не буду… - недовольно бурчит внук в ответ.
- Обещаешь?
Молчок.
- Обещаешь? – настаиваю я.
- Обещаю…
- Замечательно! – подытоживаю я. – Тогда идём за мороженым.
- Пошли!
Ярослав мгновенно оживает, лицо озаряется радостью.
Старушки, с откровенным любопытством пялившиеся на нас, довольные счастливым исходом снова заработали спицами. А как там Светка? Ей понравилось, как я разрулил? Как бы невзначай оборачиваюсь и обнаруживаю, что её нет. Она ушла, а и я не заметил - когда.
- Деда, ну пошли, - тянет меня за руку Ярослав.
- Идём, - отвечаю машинально и в последний момент замечаю на скамье напротив какой-то предмет, издалека похожий на пучок травы. Светка на это никогда бы не села. Следовательно, оставила, когда уходила. Что именно?
- Подожди, Ярославик, - прошу внука, продолжавшего тянуть меня за руку, - пять секунд.
Подхожу к скамейке и осторожно беру предмет в руки. Это оказывается засушенный цветок, плоский, словно из альбома для гербария. Светка, наверное, использовала его вместо ляссе. Белые лепестки с красной каёмкой… Память мгновенно переносит меня на школьный двор, где я, пряча от глаз букет гвоздик, ждал Светку после уроков. Хотел устроить ей сюрприз. А вместо этого получил шок. Тогда я хотел букет выбросить, но Светка перехватила его и прижала к себе. Неужели всё это время она хранила частичку моей любви к ней?
Не зная, что делать от нахлынувшего чувства, гляжу по сторонам. И только сейчас до меня дошло, что это тот самый скверик, когда-то любимый нами. А на лавке, с которой я только что встал, мы со Светкой обнимались и мечтали о будущем. Вот почему она села рядом - чтобы быть поближе к счастливому прошлому.
Что-то шевельнулось у меня в глубине сердца, что-то непонятное, до боли растревожившее душу. И мне стало грустно.
Как же давно это было…
Конец.
Автор: Александр БЕЛКА
Источник: https://litclubbs.ru/articles/54721-privet-svet-77-okonchanie.html
Содержание:
- Часть 51
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: