Млекопитающие, вообще-то, возникли одновременно с динозаврами, в начале триасового периода. Но потом динозаврам повезло, и они доминировали на планете полтораста миллионов лет, до самого мел-палеогенового вымирания. А млекопитающим весь мезозой пришлось довольствоваться ролью ночных животных размером примерно с крысу. Хотя, конечно, бывали и исключения, вымирания, впрочем, не пережившие.
А потом все динозавры, кроме птиц, вымерли. Освободилось множество экологических ниш, и млекопитающие не преминули этим воспользоваться. Они заняли место крупных хищников, крупных травоядных, дышащих воздухом обитателей морей и даже отчасти властителей неба — птерозавров. И для этого им, разумеется, пришлось сильно вырасти. Киты так вообще выросли в самых больших из когда-либо живших животных.
А вот выяснить, когда и как млекопитающие стали большими, палеонтологам было бы довольно трудно, если бы не везение. Оно поджидало учёных в Колорадо, в местонахождении Корал-Блаффс. Залегающие там окаменелости растений и животных относятся к самому началу палеоцена, буквально первому миллиону лет после вымирания.
Именно в Корал-Блаффс учёные нашли более семи тысяч окаменелостей, включая четыре десятка черепов 16 видов млекопитающих. Именно эти находки и позволили чуть ли по десяткам тысяч лет проследить, как менялись экосистемы сразу после катастрофы и как млекопитающие превращались из мелких насекомоядных в предков того огромного разнообразия, которое мы видим сейчас.
Поначалу растительные сообщества в Корал-Блаффс как будто и не слишком изменились — среди местной флоры по-прежнему преобладали те же папоротники и саговники, что и в конце мела. Однако постепенно выигрывать от вымирания начали покрытосеменные растения, а леса стали смешанными. Одновременно с флорой эволюционировали и млекопитающие — бывшая ночная мелочь порождала целые новые рода и семейства, увеличиваясь в размерах, причём очень быстро.
Хотя ещё в мезозое разнообразие млекопитающих было довольно внушительным, ничего больше крысы и тяжелее полукилограмма катастрофы не пережило. Но темпы восстановления биосферы оказались по геологическим меркам потрясающими — всего через сто тысяч лет уже всречались звери до шести килограммов, размером с крупную кошку.
Через три сотни тысячелетий растительность продолжала восстанавливаться, цвести и пахнуть, и хотя хищники всё ещё оставались мелкими, травоядные на таком изобилии отъелись до четверти центнера. Ну а через семьсот тысяч лет уже появились весьма солидные животные, до пятидесяти килограммов. В целом же за первый миллион лет после вымирания млекопитающие потяжелели на два порядка, и на этом отнюдь не остановились, породив таких, например, монстров, как бронтотерии.