Начало здесь. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8. Часть 9. Часть 10. Часть 11. Часть 12. Часть 13. Часть 14. Часть 15. Часть 16. Часть 17. Часть 18. Часть 19. Часть 20. Часть 21. Часть 22. Часть 23. Часть 24.Часть 25. Часть 26. Часть 27. Часть 28. Часть 29. Часть 30.
Проснулся Николай от громкого разговора на кухне. Причем громко разговаривала женщина, а баба Зина отвечала тихо и спокойно. Николай прислушался.
- А я тебе говорю, что это она виновата. Специально переполох устроила. У меня вся скотина сбесилась. Такой шум ночью устроили. Корова мычит, овцы блеют, куры по курятнику носятся, а петух, зараза, орет среди ночи в неурочный час. Зинаида, что тебе стоит, позови Николая.
- Я тебе который раз повторяю, спит он. Работал допоздна. Не буду будить.
- Рабоооотал, - протяжно произнес голос, в котором Николай узнал бабку Клавдию, жену деда Захара, - да что же это он такого работал в его то положении. Вот, поди, козни то вместе с ведьмой и строил. Я же только спросить хочу, не убудет с него.
«Давно бабка Клавдия не заглядывала, - подумал Николай, окончательно проснувшись, - что на этот раз?»
Он медленно встал с кровати, внимательно разглядывая комнату. Никаких следов ночного происшествия не было. Даже свеча стояла там, куда ее поставила баба Зина.
«Ну не приснилось же мне все это, разве может такое присниться? И потом, Старец же был и этот… , тот, что за окном. А интересно, кто это был? Неужели сам Карачун соизволил придти?».
Николай одевался и вспоминал подробности прошедшей ночи, чтобы потом обсудить все это с Петровной или с Ниной.
«Лучше с Ниной, с ней проще общаться. Петровна всего может и не сказать. И не забыть Нину про Новый год предупредить. Было бы здорово, если бы она согласилась придти».
Одевшись, Николай выглянул в окно, чтобы проверить под окном следы ночных гостей. Но и там земля была укрыта пушистым снежком, на котором не было ни одного следочка. Ни человеческого, ни звериного.
Вот только вдоль окна на подоконнике лежала та самая осиновая палка, которую ночью положил Николай.
«Ну, хоть что-то. Значит, мне ничего не приснилось», - Николай поправил палку, кивнул своему отражению в стекле окна и медленно выехал из комнаты.
- Доброе утро, что случилось? – спросил он женщин.
- Коленька, хорошо, милок, что ты сам вышел. То есть выехал, ну показался, вернее, - голос Клавдии стал слащавым и плаксивым.
- У меня ночью вся скотина как с ума сошла, полночи бесилась, я весь покой потеряла. А дет Захар не идет за тобой. До Петровны сейчас не доберешься, снегу привалило.
- А я чем помогу? Это Надежду надо, ветеринара звать, может она посмотрит, что-то скажет.
- Я уже и к Надежде сбегала. Нет ее, с вечера на ферму увезли. Там тоже что-то не так.
Николай посмотрел на бабку Клавдию. Ему показалось, что он где-то совсем недавно видел эти бусинки глаз в хитром прищуре.
- Извини, баб Клав, я тут не помощник. Дождись Надежду. Может непогоды твоя скотина напугалась. Ночью то вон что пуржило. А ты зря паникуешь. Придешь домой, а там все тихо и спокойно.
- И правда, Клавдия, шла бы ты. Что мой Коля может, он не фельдшер, не ветеринар. А успокоить скотину ты и сама можешь. Или раньше никогда такого не было, чтобы скотина на погоду волновалась.
- Не было, вот тебе крест, не было. А тут прямо страшно сделалось. Как испугались чего. Или кого.
- Так сейчас же все хорошо? Успокоилось твое хозяйство? – Николай спросил просто, чтобы отвлечь старушку.
- А ты откуда знаешь – подозрительно прищурилась Клавдия, - или видишь что?
- Что я должен видеть? Вот тебя вижу, бабу Зину вижу, Сашку вижу.
Николай не успел закончить, как к калитку громко постучали.
- Открой баба Зина, это Сашка пришел.
- Ох, ты, как догадался? – баба Зина бросилась в сени, торопясь открыть дверь.
- Да в окно его увидел. Он прошел, к нам свернул, я и догадался.
Сашка зашел с небольшой коробкой в руках.
- Привет честной компании. О, баба Клава и ты тут? В гости пришла?
Молодой человек прошел к столу и положил коробку на стол.
- Вот, игрушки принес, как обещал. А елку позже срублю. Замело в лесу все. Снегу насыпало. Видели какая метель ночью была? У нас петух всех кур переполошил и орал благим матом ни свет, ни заря.
- Что и у вас? – Клавдия резко повернулась к Сашке.
- Да не только у нас, у всей деревни хозяйство встрепенулось. Как взбудоражил кто. Вот это я понимаю метель. И мертвого на ноги поднимет, - Сашка весело засмеялся своей шутке.
Николай вздрогнул и внутренне напрягся. Он уже понимал, что виной переполоха в стайках, да сарайках была совсем не метель, а «незваные гости», но рассказывать никому ничего не спешил.
Узнав о том, что животные волновались в разных домах, Клавдия успокоилась и отправилась домой.
Николай же вместе с Сашкой быстро позавтракали и вновь принялись осваивать технику передвижения на костылях. В этот раз получалось гораздо лучше. Николай радовался, что может стоять, опираясь на костыли. А уж когда сделал первые пару шагов, так счастью его не было предела.
Если бы не мужская сдержанность, он бросился бы к Сашке на грудь и плакал от радости и благодарности. Сашка же отнесся к успехам Николая спокойно.
- Тренироваться надо, основное ты понял, - сказал он, прощаясь, - главное не бояться. Я вон в больнице так настропалился, что почти бегом на укол бегал.
Николай улыбнулся. Он вдруг представил, как бежит бегом на костылях по улице деревни и от этой картинки хотелось смеяться в голос.
- Слушай, - уже перед самым уходом Сашка остановился у дверей, - я тут спросить хотел. У вас с Надеждой как?
Николай посмотрел на друга непонимающе.
- Что как?
- Ну, серьезно все? Я ведь видел, как она на тебя смотрит.
- И ты туда же. Нет никакого серьезно. Мы просто друзья, понимаешь, друзья. Она мне с учебой иногда помогает.
Сашка улыбнулся во весь рот, кивнул и сунул свою теплую руку для прощания.
- Понятно, давай, пока-пока, пошел я. Дня на два-три в город уеду, а ты тут тренируйся.
Он распрощался и быстро сбежал с крыльца.
Не успел Николай вернуться в дом, как в калитку снова постучали.
- Проезжай, Коля, это ко мне. Василий мальчонку прислал.
- Случилось что? Это которого мальчонку? У него же вроде все взрослые?
- Да сговорился с одним, ты не знаешь, из новеньких. Поселились с ними рядом там, еще в прошлом годе.
Баба Зина быстро сняла теплые валенки с печи, сунула в них ноги, накинула свой пуховик и пошла открывать калитку.
Вернулась она минут через пятнадцать. Да не одна, а с Ниной.
- Это и есть мальчонка Василия, - засмеялся Николай.
- Да у калитки встретились. А мальчонка там, на дворе, работает уж во всю. Сейчас снежок почистит, зайдет. Вот и познакомитесь.
Как только Нина прошла в комнату, она сразу обратила внимание на осиновую палку на подоконнике. Внимательно посмотрела на Николая.
- Были?
Николай понял, о чем она хотела его спросить. Кивнул.
- Как ты?
- Ты же сама все видела, чего спрашиваешь?
Нина взяла палку в руки, долго разглядывала ее, а потом так же долго и пристально смотрела на Николая. Казалось, она совсем забыла о молодом человеке, да и сама в данную минуту находилась не здесь, а где-то далеко-далеко.
- Где твой крест? – неожиданно спросила она после долгого молчания.
- Не нашел, вроде в шкатулке лежал, а не нашел.
- Плохо. Крест не надо снимать. Раз крещенный – носить должен. Тем более в нашем деле. Хотя по помыслам своим и решения принимать будешь. Может так получиться, что и крест не понадобится.
Она впервые заговорила с Николаем, как с равным. Вроде как признала, наконец, что он тоже не просто так во всей этой магии крутится.
- Палку с подоконника не убирай. Я сейчас нож у бабушки Зинаиды попрошу, концы заострю. И ногами больше по палке не работай. Другую принесу. Эта уже как осиновый кол действовать будет. Хорошо, что догадался путь закрыть.
Николай опять кивнул.
- А вот крест… . Решать тебе. А решишь, тогда и крест найдешь. Или в церковь придется ехать, чтобы батюшка сам крест тебе на шею повесил, да молитву защитную прочитал. Есть кому свозить тебя?
Николай пожал плечами, он никогда не думал об этом. Крестили его, как и всех деревенских еще в младенчестве. Крестик все время у бабы Зины хранился. А когда беда с ним случилась, крест пригодился. Надел тогда крест Николай больше от отчаяния и от боли. Думал, в лечении поможет. Не помог. Но висеть на шее остался.
В церкви Николай ни разу не был. В родной деревне церкви не было. В районе только. Кто его туда возить будет? Да и надобности особой для молодого парня не было.
Когда и как Николай снял крест и куда его дел, он вспомнить не мог.
- Может это не твоя вина, лихо тебя водит. А в эту ночь вообще пришли за тобой, - Нина опять замолчала.
- Что им от меня надо? – глухо спросил Николай и сам удивился, каким низким и гулким вдруг сделался голос.
- Душу, - так же тихо ответила Нина. И сказала это так просто, как будто речь шла о конфетах.
- Пришло время тебе определяться. С кем ты, с тьмой или светом. Только ты это не сейчас сделать должен, время есть. Думай, взвешивай. Что непонятно спрашивай.
Они опять помолчали. Николай взял в руки свечу и внимательно рассматривал ее, как будто хотел разглядеть в застывшем воске что-то тайное, другим невидное. Нина просто присела на стул, что стоял у окна, и смотрела за окно.
- Много их было?
- Ты же видела. Зачем спрашиваешь?
Она повернулась и посмотрела на него. По виду было не понятно, помнит ли девушка ночной визит и прозрачный крест изо льда или этого вообще не было.
- Ты приходила ночью, не помнишь? Крест принесла. Ледяной. Он вот тут лежал. Растаял быстро. Но в нужную минуту меня выручил.
Теперь уже кивнула Нина. Она вдруг встала, подошла к коробке с игрушками и посмотрела на Николая.
- Можно?
- Смотри. Это Сашка игрушки принес. На новый год.
Николай обрадовался, что можно сменить тему разговора и стал рассказывать, что они придумали новый год вместе встречать.
- А ты придешь? Я тебя приглашаю. Мы все приглашаем. Мы…, - Николай вдруг смутился, сбился и покраснел.
В это время хлопнула входная дверь, а через несколько минут в комнату вошел молодой человек.
На вид новому гостю было лет шестнадцать. Худенький, среднего роста, с раскрасневшимися от холода щеками и мокрыми вихрами волос.
- Здравствуйте. Я закончил там. А бабу Зину найти не могу, - сказал парень ломающимся баском.
- Здесь я, здесь, - баба Зина вышла из своего закутка, - давай-ка я вас всех чаем напою. Вон и Нину угощать будем. У меня сырники с завтрака остались, варенье вкусное есть.
За столом молодые люди вели себя сдержано. Николай все пытался продолжить разговор о Новом годе, Нина больше отмалчивалась. Андрей, так звали молодого человека, с удовольствием уплетал сырники и изредка отвечал на вопросы бабы Зины.
Как оказалось, он пришел помочь бабе Зине и Николаю в уборке снега во дворе. Вычистил дорожки до калитки и до бани, расчистил площадку у крыльца, за калиткой все почистил.
Не бесплатно, конечно, это ему Василий подработку нашел. А с бабой Зиной о цене договорились.
Николай немного напрягся, но потом понял, что это хорошее решение и для спины дядьки Василия, и для здоровья бабы Зины. Даже поблагодарил Андрея за помощь.
Нина собралась уходить сразу после ухода Андрея.
- Я в магазин еще зайти хотела. А к тебе завтра приду. Принесу кое-что. Мы с тобой защитой займемся.
- А Новый год? Ты так ничего и не сказала. Или нельзя?
Нина улыбнулась.
- Завтра и скажу. Только почему ж нельзя? Можно. Одно другому не мешает. Я сама не очень люблю такие праздники. В школе на елку пару раз ходила, да в техникуме с девчонками на площади в новогоднюю ночь была. За приглашение спасибо. Я подумаю, с Петровной посоветуюсь.