Начало здесь. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8. Часть 9. Часть 10. Часть 11. Часть 12. Часть 13. Часть 14. Часть 15. Часть 16.
Долго и дружно работали Николай со своей наставницей. Когда приготовили уже хорошо знакомые для Николая мази и отвары, дошла очередь и до новых знаний. В этот раз Петровна решила рассказать Николаю о природных средствах лечения «сердечных» заболеваний.
- Людские разговоры просто так не проходят. Наступит день, что кто-то обратится к тебе уже как к лекарю. И не только с больными ногами, поясницей или банальной простудой. Появятся и те, кто головными болями страдает, кто душой мается, кто от навязчивых идей спастись не может. А это тебе не спины и колени лечить, - учила она Николая, - тут травами, мазями да отварами не обойдешься. Большинство из этих болезней в людской судьбе спрятаны, глубоко в душе зарыты. Твоя задача увидеть, где болит, разрыть все это, почистить, да залечить.
- Как же я лечить их должен, если сам ничего в этом не понимаю, - растерялся Николай, - это огромные знания в медицине надо иметь, а я и в собственном то организме не разберусь.
- А я на что? Не бойся, помирать пока не собираюсь, науку тебе надо передать. Ты парень хваткий, и способности есть, вникай только, да все серьезно воспринимай. Раньше ведь как считали, ведьма знания свои должна обязательно по родословной передать. Только когда по роду кто-то рядом много и передавать не надо, сразу всему учатся. Так сказать по ходу и по практике. А если нет родословной, оборвалась ниточка! Поэтому и ищем мы себе подобных. Чтобы не уносить все наследие с собой. Да и нельзя нам. По ведьмачеству след свой оставить должны. Чтобы было кому дело продолжать.
- Вот откуда потомственные ведьмы и колдуны берутся! Я по телевизору видел, все говорят, что потомственные, - Николаю были интересны все эти рассуждения. Впервые Петровна заговорила с ним о своем подлинном предназначении. Впервые себя ведьмой назвала. Он успевал и траву перебирать, и все, что для новых средств нужно, в ступке перетирать, и Петровну слушать.
- Видела я тех, что показывают. Только не всем, кого показывают верить можно. Самозванцев много, хотя и не без способностей. Вот у тебя есть дар видеть и слышать, только ты им пользоваться не умеешь. А они хвостик от своего дара подхватили, да на наживу вынесли. Только я тебе так скажу. Тот, кто за свою ворожбу деньги просит, да еще немалые, не от сердца работает, от лукавого. Хоть белой ведьмой себя считают, хоть черным колдуном, все одно. Для наживы все их действия, не для помощи. В большинстве своем, они что-то может и видят, что-то слышат, а помочь правильно не могут. У кого-то наставника хорошего нет, кто-то гордый слишком, сам себя выше духа человеческого вознес, а кто-то просто аферист, зарабатывает на чужом горе.
- А как же тогда? Им же жить как-то надо. На завод идти, а в свободное время дар свой развивать?
- Не знаю. На завод может и не надо. Если дар настоящий, то искать наставника надо, практику изучать, да самому доходить до всего. И запомни, настоящий ведун, как бы себя не называл, денег просить не будет. Может человек – сам даст. А не даст, значит, так тому и быть. Помощь она не требует оплаты. Не товар. Ну, а кому не хватает этой людской благодарности, тому, конечно, на завод, или в поле. Куда душа потянет.
- Получается, что все, что ты знаешь и я могу выучить?
- Можешь. Но выучить мало. Много людей знают, что травы от разных болезней помогают. И только единицам ведомо, как и когда эти травы собирать, как сушить правильно, как лечебную силу из них взять. В старину, конечно, больше знали. Докторов столько не было, да аптек разных. Все народными средствами лечились. К знахарям да ведуньям только при серьезных проблемах обращались, а сейчас сразу в аптеку бегут. У доктора рецепт просят. Когда уже доктора бессильны, тогда про бабок-травниц, да дедов-колдунов вспоминают.
- А тебе сейчас надо и травы изучать, и человека научиться видеть. Дар свой развивать, - убеждала ведьма Николая.
- Вот хорошо бы на врача выучиться. Основа была бы. Знаешь, Нина Петровна, - Николай внимательно посмотрел на ведьму, - мне все больше и больше нравится это дело, знаний не хватает. Я даже искал в информацию, как поучиться на врача можно.
И он рассказал, как перебрал множество медицинских учреждений и специальностей. Но со своей инвалидной коляской не вписывался ни в одни условия.
- А ты рядом с медициной поищи, рядом. Там, где врач вроде и людей не лечит, а все равно с лечением связан. Сидит в кабинете, да лекарствами заправляет. Вот тут тебе и карты в руки, - подсказывала Петровна своему ученику, - да и коляска не на всю жизнь у тебя.
- Только не забывай, что есть у тебя большие способности, вроде как избранный ты. Захочешь, без всякого учения всю науку освоишь. Смотри, я тебе какую книгу принесла.
Она отодвинула банки-склянки, мешочки с травами, перья и черепки в сторону и бережно положила на стол книгу, которую принесла Николаю.
- Мы называем это ведьминским лечебником. Не у каждой знахарки такой есть, но каждая хочет им завладеть. Поэтому береги, от чужих глаз подальше держи. Книжка, конечно, старая. Она мне еще по молодости в наследство досталась. Много я из нее полезного узнала. Здесь все средства и от болезней, и от душевных мук. И как готовить, и из каких частей, и как принимать, и какие слова при этом сказать.
Николай осторожно взял в руки книгу. Это был довольно увесистый том с толстыми, порядком пожелтевшими страницами. На страницах были рисунки растений, каких-то перьев, лапок, чего-то непонятного и таинственного. Печатный текст сопровождался рукописными подробностями. Кое-где были вписаны новые рецепты, какие-то заговоры, уточнения, заметки, сделанные на полях. Некоторые места в книге были даже подчеркнуты.
- Эх, как ее изучали то! – воскликнул Николай, листая страницы.
- Ее не только изучали, ею пользовались на практике. Человек не может всего знать. А тут собранно много ценного. И я кое-что вписала. Видишь, какие страницы толстые. Специально такую бумагу подбирали, чтобы служила дольше. Если совсем старину брать, то такая книга на старославянском языке была изложена, не каждый прочитать мог. А потом нашлись люди, перепечатали, уже нашими буквами, чтобы понятно стало, добавили новые знания.
- А я думал ведьмы они древние и неграмотные все. Ну… или малограмотные.
- Так и есть. Только это когда было то. Моя бабка была знатной ведьмой, и то грамоте знала. Уж как научилась не знаю. Только я в школу ходила, она со мной учебники читала.
- Ого, так у вас весь род этим занимался? – Николай затаил дыхание. Он понимал, что вот сейчас Петровна та самая, настоящая. И делится с ним, потому что доверяет.
- Весь. Только на мне все и закончилось. У нас больших родов не бывает. Если народится один-два ребенка в такой семье, то счастье большое. Хотя и не обязательно, что оба с даром народятся. Бывает, что только один. А бывает, что и ни у одного дара нет. Мне повезло больше. Я одна была и дар рано открылся, у маленькой еще. Только теперь и не знаю, везенье это или беда. Одной приходится век доживать.
Николай заметил, как изменился тон у Петровны, как опустила она глаза в пол, как затеребила руками свой фартук, который всегда надевала перед тем, как приступить к изготовлению средств.
- А что это бабуля нас обедать не зовет? Я уже и проголодаться успел, - поспешил он закончить грустный разговор, откладывая книгу в сторону.
В комнату заглянула баба Зина, как будто услышала слова внука.
- Что-то вы заработались сегодня. А день то уже на вторую половину давно перешагнул. Может, хоть пообедаете?
Обед прошел ровно, спокойно. Петровна ела мало, за все благодарила и хвалила бабу Зину. Все ей понравилось. Николай задумчиво работал ложкой и перебирал в памяти недавний разговор с Петровной. Баба Зина рассказывала, как в магазин сходила, пока они занимались, какие новинки в магазине видела.
- Там у продавщицы из магазина неприятности могут возникнуть, так ты передай ей, пусть грузчику своему не очень доверяет, - вдруг сказала Петровна.
- Это Витьке что ли? А вроде тихий такой, - растерялась баба Зина, - хорошо передам.
- Скажи товар надо не только пересчитывать, но и на упаковку смотреть, не порвана ли где, не откручено ли чего.
Баба Зина кивнула головой. Видно было, что любопытство так и раздирает ее, но вопросов лишних не задавала, что особенно понравилось Петровне. Уже позже, когда Николай вернулся в комнату, а Петровна с бабой Зиной допивали душистый травяной чай, ведьма добавила:
- Я ее с детства знаю. Много на ее долю выпало, все преодолела. Крепкая душа.
- Да уж, я тоже так всегда и говорю. Здоровья ей желаю. Жизнь потрепала ее, а к людям не озлобилась. Всегда с улыбкой, с добром.
Они еще немного поговорили, вспомнили некоторых односельчан и Петровна вернулась к Николаю.
- Давай, Коля, заканчивать на сегодня. Много информации я тебе для размышления дала. А ты думай, думай. Я ведь уже предупреждала, примешь все это, назад дороги не будет. Не потому, что нельзя или там клятву какую дашь. Пустое все это. Сам не сможешь. С тобой это и останется.
Они продолжили работу. Теперь Петровна рассказывала Николаю секреты приготовления разных амулетов. На путь-дорожку, на удачу в делах, на счастье в семье, на любовь, на приворот суженного или суженной.
- Это что же получается. Захочу я и любую девушку приворожить этим амулетом смогу? – Николай удивился великой силе небольшого по размеру предмета, выступавшего в роли амулета.
- Ишь, за что уцепился. Не буду душой кривить, правду скажу. Приворожишь. Себе или кому другому. Только делать этого не советую. От такой любви одни слезы. Про пословицу, что насильно мил не будешь, слыхал? Вот то-то. Может и не сразу, но проявится оборотная сторона. И получится, один насильно любит, другой от этого страдает. А счастья нет. Но знать, как это делается, ты должен.
- Ты сама в эти амулеты просто веришь или все в жизни проверено? – нерешительно спросил Николай.
- Я не только верю, я и других уверить могу. А вера у нас у каждого в голове сидит. Поверит человек, что океан переплывет и переплывет. Обязательно. Но чтобы до конца поверил некоторым людям такие амулеты нужны. Они силы придают.
Вместе они приготовили несколько малюсеньких тканевых подушечек, в которые вложили нужные для заговора предметы, да и сам заговор, написанный мелким подчерком на кусочке бумаге. У Петровны все заранее было приготовлено. Подушечки зашили и в коробку для Петровны сложили.
Потом уже из этой же коробки Петровна достала и другие амулеты. Из бересты и лучины, из кожи и метала, из куриной лапки и шерстяной нитки. Одни из них можно было на шее носить, другие в кармане хранить, а третьи глубоко прятать полагалась. Так, чтобы чужие глаза не видели, а руки не достали.
Николай разглядывал все это колдовское богатство, спрашивал Петровну о их назначении, а она охотно делилась своими знаниями. Показывала, чем простой амулет от личного оберега отличается, что из этого талисманом может считаться. В одной из своих тетрадей, те, что раньше давала Николаю для изучения, она нашла слова заговоров, шепотков, которые следует наговаривать на амулет или оберег, чтобы он силу имел и выполнял свое предназначение.
Расстались они уже ближе к вечеру. От ужина Петровна отказалась. Домой заторопилась.
- Устала я сегодня. Много чего рассказала, много чего сделали мы с тобой, Коленька. Отдыхай пока, переваривай. Книгу читай, да тетрадки изучай. На несколько дней оставляю тебя. Мне уехать надо. Ворочусь, приду к тебе.
Николай проводил Петровну и вернулся в свою комнату. Он смотрел на опустевший стол, где совсем недавно лежало то, что может и излечить, и искалечить. Сегодня жизнь старой ведьмы повернулась для него другой стороной. Той, которую он пока еще не знал, но которую предстояло узнать.
В комнату пришла баба Зина.
- Коленька, устал поди. Может, молочка выпьешь? Говорят, очищает…
Николай посмотрел на бабу Зину, улыбнулся.
- И ты туда же. От чего очищает? От сглаза?
- От чего, от чего? От всего. Не зря молоко испокон веку перед сном давали. И сон крепкий будет, и мысли светлые.
- Спасть я еще не собираюсь, а молоко, так уж и быть, неси, - со смехом сказал Николай и включил компьютер. У него вдруг возникла интересная мысль.
