У Варьки и Светика совпал выходной. Такое случалось раз или два в месяц, и соседки обычно по такому случаю покупали грузинское вино, заказывали пиццу и целый вечер с удовольствием болтали о пустяках.
Но в этот раз Светик приуныла.
– Ты чего? – спросила Варька.
– Бабушкиного печенья хочется, – грустно сказала подруга.
Это был нонсенс. Обычно Светик молотила любую еду без разбора, а когда они вместе выбирали пиццу, целиком полагалась на Варькин вкус. И никогда не жаловалась. Правда, и удовольствия особого не получала: пицца сытная, вино пьянит – что ещё надо?
Варьку такой подход всегда удручал. Сама она любила вкусно поесть, готовила с удовольствием и постоянно изобретала какие-то невероятные рецепты. Кулинарному таланту нужны ценители, и Варька обожала угощать гостей. Вот только соседку давно перестала потчевать: та с одинаковым равнодушием поглощала шедевры и лапшу быстрого приготовления с сосисками из «Пятёрочки». Что же с ней теперь-то случилось?
Варька проинспектировала холодильник и бодро сказала:
– Не кисни! Будет тебе бабушкино печенье, только стиралку запущу.
– Но как? – возразила Светик. – Бабушки нет давно, мама рецепт не помнит, а я и подавно не знаю.
– Потерпи часик, – отмахнулась Варька и понеслась утрамбовывать одеяло в безразмерный барабан.
Через пять минут она выхватила из ящика столовую ложку, как джедайский меч, и щедро отмерила муки – четыре ложки с горкой, чтоб наверняка. Кинула туда же щепотку разрыхлителя – немного, на кончике ножа. Светик заворожённо наблюдала:
– А у бабушки точно был разрыхлитель?
– Не знаю, – рассмеялась Варька, – но у меня есть.
Она быстро накрошила на кубики полпачки сливочного масла, закинула это в муку и стала энергично растирать между ладоней. Смешиваясь, мука и масло приобретали ностальгический цвет. Светик не удержалась и сунула в рот одну крупную крошку.
– Непохоже, – прошамкала она, – но вкусно.
Варька торжествовала.
Она достала из холодильника пачку творога, положила творог в ту же миску и стала смешивать всё руками.
– «Идеально для сырников», – прочитала Светик на пачке. – А что, тогда для сырников тоже был какой-то специальный творог?
– Вряд ли, – улыбнулась Варька. – Скорее всего, твоя бабушка долго растирала его ложкой или вилкой, чтобы стал помельче.
– Или блендером? – поймала мысль Светик.
– Это вряд ли, блендера тогда точно не было. Хвала прогрессу, – Варька снова заразительно рассмеялась.
– Ну всё, – сказала она через минуту, скатывая тесто в шар. – Сейчас накрою и в холодильник, чтобы масло схватилось.
– Я пока чай заварю, – подскочила Светик.
– Рано ещё.
– А я хочу листовой, со смородиной, его же долго заваривать надо.
Варька второй раз удивилась неожиданному «хочу», но комментировать не стала: не спугнуть бы. Вместо этого она пропустила подругу к чайному шкафчику и занялась духовкой. Её надо было прогреть до двухсот градусов.
Достав из холодильника тестошар, Варька раскатала его в блин толщиной в полсантиметра и стаканом нарезала на кружки. Придвинула к себе сахарницу. Светик укутала чайник полотенцем и теперь смотрела, как подруга кидает каждый кружок в сахар, складывает пополам сахаром внутрь, затем кладёт в сахарницу получившиеся полкруга и снова складывает сахаром внутрь до четвертинки. Получившийся треугольник Варька обмакивала в сахар ещё раз, чтобы кристаллики блестели сверху на готовых печеньках. Потом она отправляла треугольничек на застеленный пергаментом противень и бралась за следующий. Наконец противень заполнился, а теста больше не осталось.
– Ну всё, – отрапортовала Варька, ставя противень в разогретую духовку. – Через пятнадцать минут будем чаёвничать.
– Или чифирничать, – фыркнула Светик, приподняв крышку чайника.
По кухне поплыл аромат смородины на крепкой чайной основе и вскоре смешался с душистой сдобой.
– Мммм... – Светик зажмурилась, пробуя печенье. – Это же те самые, как у бабушки! А ты точно не ведьма?
– Не знаю, – улыбнулась Варька, глядя, как подруга уплетает вкуснятину и жмурится от удовольствия. – Но про эти печеньки все говорят «как у мамы» или «как у бабушки», сто раз проверяла.
Она наконец-то поняла. Просто Светик совсем недавно съехала от родителей и ещё не успела разобраться, что же она сама любит. Вот ей и было всё равно, что есть: какая разница, если всё не то. Ничего, со временем свои вкусы сложатся. А Варька постарается ей в этом помочь.