Когда мне уже было пять, стало понятно, что в детском саду мне не лучше, чем дома с бабушкой, меня перестали туда водить.
Весной я стала совсем самостоятельная. Ходила к маме на работу, в бухгалтерию. Рядом находились хозяйственный и книжный магазин. В книжном мне очень нравилось. На полках лежали книжки, стопками, совсем новые, пахнущие типографской краской, альбомы, тетради, коробочки с карандашами, ручками, кнопками и другой яркой мелочью.
Потом в бухгалтерию вернулась женщина, которую мама заменяла, и мама перевелась экспедитором в пекарню.
Пекарня находилась в центре села. Ее высоченную трубу было видно с любой улицы. С одной стороны лежали огромные черные горы каменного угля, с другой подъезжали машины с мукой, другим сырьем и хлебовозы. Хлеб выпекался круглосуточно, потому что огромная печь не должна была остывать.
Хлебовозов было три. Они забирали хлеб и везли в магазины, по селу и в соседние деревни. Один магазин находился через дорогу. Хлеб не заносили через дверь, сбоку был специальный приемник. Он представлял собой окошко размером с две булки хлеба, с металлическими стенками и дверцей.
Я всегда ездила с мамой. Сначала на одном хлебовозе, без будки, просто кузов с тентом. Когда шел дождь, мы всегда переживали, что хлеб намокнет, но тент не пропускал воду.
Потом пересели на ЗИЛ с будкой.
Другие деревни, куда нам надо было доставить хлеб, находились в пределах 30км. Всю дорогу я смотрела в окно, созерцала степь, озера. Иногда останавливались набрать воды из ручья. Один раз с водой в канистру попали несколько маленьких чебачков.
В других маленьких деревнях продуктовые магазины были маленькие, не больше обычного дома. Возле него всегда было много людей, они ждали свежий хлеб. Один раз, в понедельник, когда после выходных, нас встретило больше народу. Я, увидев такую толпу, сказала- Как много покупателей! На всех не хватит!
Как они заволновались! Мама их еле успокоила.
В другой деревне прямо за магазином было большое озеро. Мама разрешала мне поиграть на берегу, пока она сдает товар. Она знала, что я не боюсь высоты, но боюсь воды, и не зайду в озеро. Я просто стояла на берегу и любовалась волнами, смотрела, как играют от ряби отражения облаков, разглядывала подплывающих мальков.
Иногда по пути мы заезжали к рыбакам. С собой брали чай, папиросы, соль, сахар. Отдавали им все это и хлебо, они отдавали деньги и ещё сверху давали ведро рыбы, карасей. Они были ещё живые, трепыхались, отчего ведро всю дорогу звякало.
В конце пути, когда хлеба оставалось в самом конце будки, наступало время моей помощи маме. Я забиралась внутрь и подавала хлеб ей.
Здание пекарни давно не работает, его ремонтировали, открывали, опять закрывали. Председатель ПО приходил к моей маме, предлагал должность заведующей. Но она отказалась.
Потом в здании хранили стройматериалы. Теперь она разваливается, туда периодически падают бродячие козы, а потом не могут выбраться. Трубу давно демонтировали и увезли.
Магазин возле него тоже закрыт. Здание быстро пришло в негодность.