В прошлое воскресенье таки сбылась мечта, пусть запоздалая - съездил за город и заготовил на зиму Иван-чая. Нужно было выбраться на пару месяцев ранее, когда растение собирало силы на формирование цветка с семенами, но прособирался. Благо, растение выбрасывает новые побеги вплоть до глубокой осени - еще в середине сентября можно встретить не распустившиеся стройные стебли. Года три или четыре назад нарвал в окрестностях Зеленогорска большую сумку этих поздних "приветов" от ушедшего знойного лета. Будущий чай такого позднего сбора отличается более густым ,более "обстоятельным"(немного в ущерб тонкости) ароматом и вкусом. В сентябрьском сборе приходится соревноваться с многочисленными насекомыми вроде слизняков и улиток, которые тоже добирают из листа сладкий ароматный сок. Уже дома, разбирая и отделяя лист от стебля, набрал с полстакана этих медленно копошащихся представителей фауны местности Терийоки. Нынешний сбор был не очень ярким. Лист уже был суховат, и при скатывании его в комок почти не выделял привычного липкого сока, хоть я и проявлял старание. Скрученный в моих ладонях лист лежал сутки в стеклянной банке испод венгерского компота и при открытии все-таки встретил меня желанным характерным карамельно-фруктовым ароматом. Духовка с лежащими на дне двумя красными кирпичами уже была прогретой и начался процесс, такой слегка нудный и такой желанный, какой всегда бывает, когда делаешь любимое дело в большом количестве. Внимательный и едкий глаз знатока видит, что чай здесь не доведен до определенной золотистой кондиции, когда при заварке он дает ядреный вкус и красивый "настоящий" настой. Нынче пришлось вытаскивать противень из духовки, сразу, как только видишь чай хорошо подсохшим. Благодаря "старости", лист имеет тенденцию при пересушивании сыпаться в труху, а этого я допустить не могу. Чай получился бледноватым как китайский зеленый. Позднее я попробовал его заварить вместе с китайским "Сен Ча", но "Иван" угрюмо заметил:"Нахрена это? Я - русский." И, действительно, как я себя ни приучал в этом году к зеленому китайскому чаю против привычного цейлонского черного, я к нему так и не привык. Отдохновение и букет ароматов и вкуса я получил от этого позднего "Ивана". Наибольшую силу своего "букета" он получит по мере окончательного угасания травянистого привкуса. Получилась его у меня нынче все та же пресловутая банка испод венгерского компота, которую я набил и спрятал подальше до октября-ноября, Довольствуюсь сейчас довеском, которого оказалась пара больших бумажных пакетов. Особое свойство Иван-чая (кому в пользу, кому во вред) это его седативность. Наконец-то я выравнил свой сон, выпивая перед тем, как отправиться на боковую стаканчик горячего "Ивана". Сон получается мертвецкий. Так что днем его нужно пить с осторожностью, особливо водилам.