После полудня он зашел в кофейню. Сейчас они все одинаковые.
Бариста принял заказ. Большой капучино и ореховое печенье.
Позвонила мама. Как всегда все очень тепло и знакомо. Голос, интонации. Он всегда чувствовал эту безграничную любовь на расстоянии. То как она аккуратно интересуется, с кем ты, когда закончится командировка. И всегда казалось, что она все чувствует. Мельчайшие волны переменчивого настроения. Он ясно представлял ее выражение лица в этот момент. Как морщинки в уголках глаз светятся от счастья.
У матери очень редко был поучительный тон. Скорее назидательно-вопросительный. Этакая аккуратная стратегия присутствия в жизни сына.
Не как отец.
Он звонил очень редко. Поводом обычно служили новости спорта или какое-либо очень необычное изменение в погоде. Разговоров по душам никогда не было, чему он, бывало, очень сильно огорчался. Особенно в те минуты, когда нужно было четкое и твердое мужское мнение или совет от близкого человека сильного пола.
Общение с отцом в общем не клеилось.
Обсудив погоду, планы на отпуск, некоторые семейные сплетни они тепло распрощались.
Принесли заказ.
Он всегда выполнял некий ритуал. Снимал пластиковую крышечку с бумажного стаканчика и крепко сжимая пальцами по кругу слизывал молочную пену со дна крышки. Так он делал со всеми крышками. От йогуртов, сметаны и прочего, что в силу своей природы оставляло следы на разноцветном пластике или алюминии.
С крышкой было покончено. Следом шел первый жадный глоток напитка. Это давало и ощущение полного погружения во вкус. Ты заныриваешь в молочную волну без остатка и вкус накрывает тебя с головой. Пена оставалась на усах и он слизывал ее языком, помогая нижней губой. Это был тоже некий ритуал. Потом он сидел в полной прострации и сполна наслаждался всеми оттенками вкуса и аромата. Не сказать, что он был фанатом кофе, но при случае получал большое наслаждение от него, и если был уверен в качестве продукта, то ни когда не отказывал себе в удовольствии насладиться напитком.
Он сидел и разглядывал посетителей. Место популярное и за столиками постоянно менялись лица. Влюбленные парочки, одиночки с важным видом, группы школьниц, постоянно хихикающие и громко обсуждающие свои насущные проблемы, семьи с детьми разных возрастов.
За стойкой работали сразу три девушки баристы. Они были похожи на фокусников, сосредоточенно делающие свою работу. И полуулыбка никогда не сходила с их лиц.
Время тянулось не спеша.
Работы у барист было много и складывалось ощущение, что минуты отсчитываются шипением пара из носика парогенератора для взбивания молочной пены.
В такие минуты казалось, что ты часть какого-то мудрёного механизма, в котором твоя роль хоть и не заметна на первый взгляд, но она тоже важна.
И эта игра увлекала своей непредсказуемостью - что же произойдёт в следующий момент. Следить за этим течением фраз, взглядов, жестов становилось все интереснее.
И осознавая себя наблюдателем за жизнью вокруг, он и ощущал, что живёт.
Наблюдая...
Наслаждаясь кофе...
Слушая обрывки фраз...
В наушниках на репите играла «Since I’ve Beene loving you» и все казалось таким же горячим, тягучим, влекущим и обволакивающим...