Резкий толчок пронзил тело Таисии. Она покачнулась и устояла лишь потому, что рука отшельника все еще держала ее и не позволяла сорваться в пропасть. Она стояла рядом с ним на узком пятачке. Теперь туман не под ней, а вокруг нее. Он обволакивал, лишал звуков, превращал мир в крошечный островок камня посреди безбрежного молочного океана. И именно здесь она их услышала. Это не слова, а шепот самого оврага. Тихое, непрерывное шипение воздуха, трущееся о тысячи мокрых камней. Скрежет мха, медленно растущего на скалах, далекий, почти неслышный плач воды, она сочилась где-то в глубине. Все эти звуки сплетались вместе и создавали иллюзию речи, бесконечного, древнего разговора, который этот овраг вел сам с собой.
- Ты слышишь? – голос отшельника казался частью этого шепота. – Гора решает, впускать ли тебя. Идем, и ни слова. Пусть она думает, что мы – лишь часть ее тишины.
Он отпустил ее руку, повернулся спиной, начал спускаться дальше и растворился в тумане всего в двух шагах от нее. И Таисии не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним. Она доверяла уже не его руке, а своим собственным ногам и странной музыке этого места.
Спуск казался погружением в безумие. Каждый шаг – испытание воли, а вдох – глоток первобытного страха. Таисия больше не пыталась анализировать. Она ставила одну ногу перед другой, цеплялась за скользкие, покрытые слизью выступы, которые ей указывал безмолвный силуэт. Туман дышал, клубился, менял плотность. То становился почти прозрачным и открывал на секунду вид на черные мокрые зубы скал, то сгущался до состояния молока, и Таисия не видела даже собственных рук. Она шла не по тропе, а по едва заметным уступам и трещинам в отвесной стене оврага. Несколько раз ее ботинок соскальзывал, и мелкие камешки с нервным шорохом летели вниз. В эти моменты сердце ухало куда-то в желудок, а пальцы до хруста впивались в холодный камень. Но она не кричала. Она помнила приказ отшельника – ни слова.
Шепот оврага усиливался. Теперь он не фон, а обрел плоть. Таисии казалось, что она слышит отдельные фразы на незнакомом гортанном языке. Голоса рождались прямо из скал и раздавались справа, слева, над головой. Они не угрожали, а наблюдали, оценивали и решали ее судьбу.
Отшельник остановился так внезапно, что Таисия едва не налетела на него. Он стоял у узкой, почти незаметной расщелины в скале и приложил к ней ухо. Его глаза закрыты, а иссохшее тело превратилось в один напряженный орган слуха.
- Что там? – Таисия нарушила запрет. Ее нервы натянулись до предела.
- Она дышит. – его ответ едва слышен сквозь шепот оврага.
И Таисия почувствовала это в тот же миг. Из отверстия потянуло ровным, сильным потоком воздуха. Он не такой как в овраге, а сухой, теплый, пах пылью и озоном. Таисия замерла. Озон? Здесь? В глубине скалы, где нет ни электричества, ни ультрафиолета? Мозг ученого отказал на секунду не в силах обработать этот абсурдный, невозможный факт. Этот запах так же чужероден здесь, как след от скафандра на дне океана. Это чудо или катастрофа, будто внутри горы работали гигантские легкие.
- Это и есть вход? – надежда и ужас смешались в ее голосе.
- Это ее ноздря. – поправил отшельник. Он повернул к ней свое изможденное, похожее на маску лицо. - Мы пришли вовремя. Гора сделала вдох. Скоро она выдохнет, и тогда этот коридор наполнится ураганом. У нас мало времени.
Он не стал ждать ее ответа, протиснулся в узкую щель и исчез. Для Таисии это последний рубеж. Лес, болото, медведь – это части внешнего, понятного мира. Но шагнуть в эту черную дыру в скале – значило пересечь границу, за которой законы физики не действовали. Это равносильно тому, чтобы добровольно войти в пасть живому, мифическому чудовищу.
- Кирилл… - мысль о мальчике, запертом в этой самой горе обожгла ее.
Она вспомнила решительное лицо Матвея. Он сейчас ждал ее наверху, раненый и беспомощный. И она шагнула. Узкая щель стиснула ее плечи. Рюкзак застрял. Она сняла его и проталкивала перед собой. Острые камни царапали ткань куртки. На секунду ее охватила дикая паника. А что, если она застрянет в этой каменной глотке? Она вырвалась из расщелины и рухнула на колени на ровный пол. Таисия оказалась внутри. Здесь царил абсолютный мрак, не тот разбавленный туманом как в овраге, а первозданный, плотный. И тишина. Шепот оврага остался снаружи. Она достала из кармана налобный фонарь, закрепила его и щелкнула кнопкой. Узкий, яркий луч вырвал из темноты кусок реальности. Она находилась в тоннеле с гладкими, будто отполированными водой стенами. Он уходил вглубь горы и терялся во мраке. И этот странный теплый воздух шел оттуда.
- Свет здесь не помощник. – гулко и неестественно зазвучал голос отшельника впереди. – Он закрывает уши. Выключи и слушай. Только так ты найдешь путь.
Таисия направила луч и увидела старика в десяти метрах от себя. Его фигура в свете фонаря казалась призрачной и нереальной. Погасить фонарь… Отказаться от единственного, что отделяло ее от абсолютной сводящей с ума темноты? Она подняла дрожащую руку и нажала на кнопку. Свет исчез, и мрак сомкнулся.
Тьма навалилась, придавила, залезла в уши и легкие. Первые несколько секунд Таисия не дышала. Животная, древняя паника затопила сознание. Мозг лишился главного источника информации, взбунтовался, подсовывал образы бесконечных падений каменных глыб. Они смыкались со всех сторон. Она инстинктивно выбросила руку вперед, чтобы убедиться, что перед ней есть пространство. Ее пальцы коснулись гладкой, сухой и теплой преграды. Теплынь – это так странно, ведь в пещере обычно холодно и мокро. Таисия судорожно вдохнула.
- Ты боишься безмолвия? – прозвучал голос отшельника из темноты. – Ты привыкла к шуму своих приборов и треску цифр. А здесь есть только гул. Слушай его.
И Таисия закрыла глаза, хотя это бессмысленно в кромешной тьме, и сосредоточилась. Сначала она слышала только рваное биение крови в ушах, но потом сквозь этот внутренний шум она различила гул. Она ощутила всем телом эту вибрацию. Трепетание шло от пола, стен, проходило сквозь подошвы ботинок, по костям, отдавалось внутри. Очень низкая инфразвуковая частота. Ровная, глубинная, мощная. Как дыхание спящего гиганта. Как работа неведомого колоссального механизма в сердце горы.
- Это пульс пещеры. – снова прошептал отшельник. – Пока он ровный, мы можем идти. Ориентируйся на него. Он твой единственный проводник.
Таисия неуверенно сделала шаг, потом еще один. Она ступала наощупь и нацелилась на эту всепроникающую пульсацию. Страх не ушел, но он изменился. Ужас перед темнотой перерос почти в мистический трепет перед этим местом. Она чувствовала себя крошечной клеткой, что двигалась по артерии колоссального, неведомого существа. Она шагала, казалось, целую вечность. Время потеряло смысл. Тоннель то сужался и заставлял ее идти боком, то расширялся так, что ее рука теряла опору. Она на несколько панических секунд оказывалась в пустоте, прежде чем снова нащупать стену. Внезапно, гул изменился. Он стал глубже, интенсивнее. Вибрация усилилась, пол под ногами отчетливо содрогнулся.
- Стой. – приказал отшельник. – Гора поворачивается во сне.
В тот же миг поток теплого воздуха прекратился. Наступила абсолютная тишина и неподвижность. Даже рокот стих на секунду. Таисии показалось, что у нее заложило уши. Сердце горы остановилось. И тут, из глубины тоннеля, донесся новый звук. Тихий, сухой, похожий на скрежет. Тысячи и тысячи сухих хитиновых лапок царапали камешки. Звук едва различимый, но хуже любого крика, он леденил кровь. Таисия застыла и превратилась в статую. Ее рука ощутила новую вибрацию. Не низкочастотный гул, а мелкую, высокочастотную дрожь. Будто по ту сторону камня проносился рой гигантских насекомых. Мозг лихорадочно пытался найти рациональное объяснение: осыпается гравий, течет вода, ветер в боковом штреке. Но инстинкты, обостренные тьмой до предела, кричали: «Это живое, движется и приближается». Треск стал громче, отчетливее. Теперь он шел не только спереди, но, казалось, со стен и потолка. Сухой, царапающий, всепроникающий шорох заполнял пространство, вытеснял тишину. Таисия невольно сделала шаг назад, наткнулась спиной на опору. Они в ловушке, заперты в темной каменной трубе с чем-то, что ползло им навстречу.
- Не бойся. – шепот отшельника прозвучал прямо у ее уха. Он подошел абсолютно бесшумно.
Его присутствие не успокоило, а напугало еще больше.
- Они слепые, идут на тепло. Замри, стань камнем.
«Идут на тепло». Фраза обожгла ее сознание. Эта пещера – не обычный проход, это инкубатор, улей, логово. Скрежет уже совсем рядом. Таисия слышала, как щелкают друг о друга твердые, хитиновые панцири. Она чувствовала движение воздуха, поднятое сотнями тел, ощущала их душок, резкий, кисловатый запах муравьиной кислоты и потревоженной пыли.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12. Глава 13.