Светлана Калмыкова

Февраль. Катя возвращалась с дежурства. Смена выдалась тяжелой — тройное ДТП, море крови, крики. Она валилась с ног от усталости. Мечтала только об одном — упасть и уснуть. Дверь комнаты 412 оказалась заперта. Катя вставила ключ. Не поворачивается, словно что-то мешает изнутри. Она постучала. — Откройте! Я знаю, что вы там! Тишина, потом сдавленный смех. — Света! Лена! Откройте, я устала! — Ключ сломался, — ехидный голос Светы донесся из-за двери. — Жди мастера до завтра. — На улице минус двадцать! В коридоре дубак! — Ну ты же закаленная...

Дни слились в бесконечную серую полосу. Катя работала сутками. Она мыла полы в коридорах, бесконечных, как её одиночество. Кормила с ложечки тех, кто не мог держать руку. Выносила черные мешки с ампутированными конечностями в морг. Она видела смерть каждый день. В первую неделю умер молодой парень-мотоциклист. Сепсис. Он кричал от боли, звал маму. Катя держала его за руку, пока он не затих. Потом она пошла в бельевую, упала на кушетку и смотрела в потолок сухими глазами. Плакать она разучилась. Зоя Петровна, несмотря на суровый вид, взяла над ней негласное шефство...

Он подбежал к ней, сел рядом. — Ты что устроила? Мать в обмороке! Ей скорую вызвали! — Пусть вызывают, — глухо сказала Катя. — У неё давление. Или сердце. Как всегда, когда что-то идёт не по её сценарию. — Катя, как ты можешь? Она же тебя любит! Она жизнь на тебя положила! — Она считала себя совершенством! — Катя вскочила. — А я служила частью интерьера! Пап, скажи честно: вы хоть раз спросили меня, счастлива ли я? Хоть раз?! Вы интересовались оценками, Артёмом, деньгами. А мною ни разу! Виктор замолчал...

В июне начались ЕГЭ. Жара плавила асфальт. В душных аудиториях, под прицелом камер, решались судьбы. Катя писала как автомат. Химия далась легко. Биология — сложнее, но решаемо. Русский язык. Она перечитывала текст три раза. Тема сочинения — «Роль матери в жизни человека». Горькая насмешка судьбы. Катя смотрела на белый лист. В голове крутились правильные фразы, банальные случаи и аргументы из литературы. «Мать — это самый близкий человек...» «Материнская любовь жертвенна...» Она начала писать. Рука выводила ровные буквы...

Январь 2021 года. Пробный ЕГЭ по русскому языку превратился в катастрофу. Катя писала его с температурой 37,5. Не сказала никому, чтобы не отправили на больничный. Голова гудела, буквы плыли. Результат: 78 баллов. Для кого-то мечта. Для Кати, претендентки на бюджетное в лучший медицинский университет - провал. Проходной балл там начинался от 90. Людмила Ивановна возвратила тетрадь и покачала головой: — Ковалёва, Ковалёва... Сдаешь позиции. Сочинение слабое. Ошибки пунктуационные глупые. Ты устала? — Я справлюсь, — прохрипела Катя...

Они с Денисом гуляли по парку. Шуршали листьями, ели мороженое, несмотря на холод. Денис рассказывал смешные истории про своего тренера, про соревнования, про собаку. Катя слушала и смеялась. Искренне, громко, как никогда в своей жизни. — Ого, ты умеешь улыбаться! — удивился Денис. — Я думал, у тебя лицевые мышцы атрофировались. — Дурак, — беззлобно ответила она и толкнула его в плечо. Домой она вернулась в восемь. Счастливая, с румяными щеками. В квартире горел свет. Елизавета сидела на кухне, перед ней стояла остывшая чашка чая...

Ужин проходил в тишине, раздавался только стук вилок. Саша, семнадцатилетний оболтус, сидел, на стуле вразвалку и ковырял вилкой котлету. — Мам, пап, — начал он и не посмотрел никому в глаза. — Тут такое дело. Репетитор по физике сказал, что нужны дополнительные часы. Типа, я не тяну программу для поступления в политехнический. Виктор тяжело вздохнул, отложил хлеб. — Куда уж больше? Мы и так платим за три предмета. Саша, ты в одиннадцатом классе. Может, пора самому за ум взяться? — Да я берусь! Просто там задачи сложные, вузовский уровень! Короче, надо ещё пять тысяч в месяц...

Отношения Саши и Кати превратились в странный нейтралитет. Саша бунтовал открыто: прогуливал уроки, общался с друзьями за гаражами. Виктора вызывали в школу. Дома он орал на Сашу, лишал его карманных денег — не помогало. Саша обращался к Кате за помощью. — Катька, — Саша заглянул к ней в комнату, он держал в руках учебник по английскому. — Переведи текст, а? У меня завтра контрольная, а я ни бум-бум. Ты же у нас англичанка. Катя вздохнула и отложила свою биологию. Она знала язык лучше брата, хотя и училась на класс младше...

Шли годы. Катя росла. Она превратилась в гордость семьи. Отличница, победительница олимпиад, староста класса. Учителя не могли нахвалиться: «Такая серьёзная девочка, такая ответственная». Елизавета сияла на родительских собраниях. Ей казалось, что всё наладилось. Семейная обстановка победила. Она не видела, какой ценой дается Кате эта безупречность. Не замечала, как Катя плачет ночами в подушку, когда получает «четверку» за контрольную. Как у неё трясутся руки перед экзаменами. Как она отказывается...

— Где девочка?! — закричала Елизавета и затрясла соседку за плечи. — Не знаю... Только что крутилась под ногами... А когда увидела бабушку мёртвую, закричала страшно так, и выбежала. Я за ней, а у меня ноги больные, не догнала... Думала, к вам на дорогу помчалась... — На улицу? В минус тридцать? В одной кофте?! Елизавета выскочила на крыльцо. — Катя! Катя!!! Тишина. Только морозный пар изо рта, и слышался лай собак вдалеке. Виктор уже бежал к машине за фонарём. — Я в ту сторону, к лесу! Ты по деревне, к соседям! Быстро! Они искали её час...

Из огорода выбежала шестилетняя девочка. Она вытянулась, а в руках держала корзину с яблоками. - Это вам! – улыбнулась Катя. – Я помогала бабушке в саду. Старое пальтишко явно коротковато в рукавах. — Тётя Лиза! Она подбежала, позволила себя обнять. Но объятия вышли сдержанными, без детского визга. — Привет, Катенька. Мы велосипед привезли. Как ты просила. — Розовый? — Да. — Ладно. Спасибо. Она отошла и теребила пуговицу на пальто. — А Саша приехал? — Нет, он в городе остался. У него уроки. Катя кивнула, словно другого и не ждала...

Елизавета ворвалась в кухню фурией. Схватила тяжёлую чугунную сковородку с печки (спасибо прабабушке, не убрала) и с размаху ударила бандита по руке с пистолетом. Выстрел грохнул в потолок. Оружие отлетело в угол. Налетчик взревел, развернулся, ударил Елизавету кулаком в лицо. Свет в глазах померк, она отлетела к стене, ударилась спиной. Боль пронзила тело. — Ах ты, дрянь! Он шагнул к ней и занес ногу для удара. В этот момент в дверях кухни появился Виктор. Монтировка свистнула в воздухе. Удар пришёлся бандиту точно по затылку...