Охота на "диких" северных оленей
Что касается приключений для души, порыбачить и поохотиться, для тех, кто в деле этом сведущ, на Енисее просто раздолье. Всякий раз, когда мы перебираемся на «Лоте» в новый район работ и высаживаемся на берег, «Лот» становится на якорь в ожидании завершения лоцмейстерской деятельности в данной точке географии.
Экипаж судна несет вахту четыре через восемь. Свободные от вахты парни либо оказывают помощь лоцмейстерской партии при необходимости, зарабатывая себе десять процентов к зарплате, либо развлекаются на борту судна иными незапрещенными трудовым законодательством способами.
Боцман обычно прыгает в разъездной катер с кем-либо из матросов, или мотористов и отправляется на промысел. Предпочитает боцман чаще всего высаживаться с охотничьими и рыболовецкими снастями на имеющиеся по близости острова, а за неимением таковых рядом не брезгует и высадкой на коренной берег.
Боцманская промысловая экспедиция может длиться от одного до трех, а то и четырех дней, в зависимости от периода времени необходимого на выполнение конкретных лоцмейстерских работ в данный момент. Причем «промысловики» не возвращаются на борт парохода еженощно, а ночуют на лоне природы в брезентовой туристической палатке, либо просто у костра, в зависимости от погодных условий.
Все они обучены жизнью в заполярье и умеют выживать в дикой природе не хуже, а то и лучше партизан в дремучих брянских лесах. Все-таки заполярьем эта местность называется не напрасно, и навыки здесь в тундре необходимы неизмеримо более крутые, нежели в брянских лесах.
Вся подстреленная и выловленная промысловой экспедицией во главе с боцманом дикая живность по возвращении промысловиков сдаётся на камбуз в распоряжение кока. В итоге кок забывает о, имеющихся на судне запасах макарон, гороха, перловки и прочих бедных витаминами продуктов, и переходит на готовку блюд с использованием добытых представителей дикой заполярной фауны и флоры.
Фауна здесь не особо блещет разнообразием, но так, или иначе заботами боцмана экипаж и лоцмейстерская партия обеспечиваются весьма завидным рационом питания. Зайчатина, перепелка, утка, гусь, грибы. Я не говорю уже о рыбе, какая в Енисее обретается, от сома до стерляди. Ну и, конечно же, оленина. С олениной все намного сложнее, нежели с мелкой живностью.
Дикий северный олень зверь осторожный и умный. Выскакивали мы на стадо диких оленей пару раз на расстоянии примерно в полторы-две тысячи метров. В диком стаде сторожевая служба поставлена настолько серьезно, что стоило только с нашей стороны легкому ветерку в сторону стада дунуть, как они тут же вздрогнули и махом ушли галопом за пределы видимости.
Так вот и вышло, что я лично и не видел ни разу реально дикого северного оленя на расстоянии ближе, чем полтора километра. Не говорю уже о невозможности встреч с этими красавцами нос к носу. Подчеркиваю, речь идет именно о диком северном олене.
Так, что добыть дикого северного оленя в тундре еще та непростая задача. На это способны, лишь истинные Чингачгуки, в жилах, которых течет кровь многих поколений могучих заполярных предков. Так что не факт, что даже наши енисейские партизаны, те, кто способны дать фору сто очков партизанам брянским, осилят пешим манером добычу дикого северного оленя.
Других вариантов нет. На вездеходе гоняться за дикими оленями занятие пустое, бесперспективное. Вертолет нам вряд ли кто предоставит для охоты на дикого северного оленя, мы же парни не из ВЦСПС, или ЦК, и даже не из Крайкома КПСС.
Так что оленина на нашем камбузе либо приобретена за рублевый эквивалент у аборигенов, либо является итогом чрезвычайного стечения случайных жизненных обстоятельств. Мне известен, как раз такой факт случайного стечения обстоятельств. Не могу уверенно сказать, в какой точке географии стеклись эти обстоятельства, просто не помню, да это и неважно.
По прибытии в точку, где предстояло восстановить створные знаки, мы с моими парнями начали погрузку стройматериалов на баржу Карловича, дабы выгрузить их в точке восстановления знака и приступить к строительству.
Параллельно нам, боцман с начальником радиостанции, мотористом Редьковым, с кем-то из матросов и вторым помощником капитана, обвешанные двуствольными орудиями убийства диких животных, бухнулись через борт «Лота» в разъездной катер. Залихватски посвистывая, подобно новгородским ушкуйникам, они умчались к берегу под рык катерного мотора в дикую енисейскую тундру промышлять абсолютно диких енисейских оленей.
Я уж и не знаю, кто этим бравым парням внушил уверенность, что неисчислимые стада диких рогатых бестий дожидаются их на коренном берегу. Или я просто был не в курсе имевшейся у публики секретной информации. Дыма-то без огня не бывает, а судя по тому, как «задымило» к вечеру следующего дня (фигурально выражаясь), огонь-таки там присутствовал и немалый.
Я за заботами о восстановлении знака забыл и думать о боцмане и его промысловой компании. Разъездной катер, выбросив ловцов дикой живности на коренной берег Енисея, вернулся и обретался на швартовом конце у борта «Лота».
Вечером следующего дня вся компания, за исключением боцмана и Сани Редькова, появилась, в точке подъема нового навигационного знака. Охота на диких оленей увенчалась успехом. Требовался вездеход, дабы с места гибели диких оленей в количестве пяти единиц доставить к берегу, а затем на борт «Лота».
Как выяснилось, стадо диких оленей было застигнуто врасплох стрелками на выпасе в пяти километрах от береговой черты. Боцман и моторист Редьков остались сторожить добычу от возможного похищения полярными волками и росомахами.
Гунар Карлович десантировал вездеход на берег и парни отправились за своей добычей. Вернулись они с пятью тушами оленей – две важенки (стельные самки северного оленя) и три хора (быка северного оленя).
Парни из экипажа не хуже канадских трапперов выследили оленье стадо, подкрались к нему на цыпочках, так что под их ногами не шелохнулась ни одна веточка оленьего мха, именуемого ягелем. Промысловики охватили стадо подковой и по команде боцмана открыли огонь.
Надо отметить, что предыдущим вечером, парни устроили маленькую рыбалку, так чтобы хватило команде на приличный котел ухи, ну и под ушицу, как водится, усугубили на свежем воздухе чистейшим питьевым спиртом в 96 объемных процентов.
Какая это рыбалка, если рыбаки обходятся поеданием ухи на сухую? Ночевать устроились поздненько. А утром, поднявшись не дюже рано, успели еще слегка похмелиться, добавив огненной воды на старые дрожжи.
Стадо диких оленей под грохот выстрелов вздрогнуло, но слегка покружив хороводом, с перепугу, таки осталось на месте. Никого из похмельных трапперов такое нетипичное поведение диких северных оленей отчего-то не смутило. Будь парни хрустально трезвыми, а не под воздействием спиртных паров, такое поведение стада должно было, как минимум, вызвать недоумение.
Ума хватило прекратить стрельбу, когда сбитые жаканами, на землю завалились пять оленей. Даже витающим в спиртных парах головам было ясно, что валить более пяти оленей, это реально уже перебор. Перебор оттого, что мясо более чем пяти туш ни в какой холодильник не войдут.
Свежевать оленей принялись тут же на месте бойни, а стадо отошло от места побоища на пару сотен метров и продолжало стоять на месте. Как гром среди ясного неба на выстрелы минут через двадцать явился абориген с трёхлинейным карабином Мосина наперевес и с каменным лицом поинтересовался, а зачем, русские парни стреляют в колхозных оленей.
По лицу оленевода было абсолютно не понятно, сильно ли рассердили аборигена своей неуместной пальбой наши горе-охотники. В конечном итоге боцману было объявлено, что убитых оленей можно забрать, поскольку освоить пятерых олешек зараз туземцы без ущерба не способны. Мясо все равно пропадет. Не кормить же олениной собак. В конце августа – начале сентября бригада оленеводов вместе со стадом снова будет на этом месте.
А посему нашим игарским трапперам необходимо привезти деньги для возмещения нанесенного колхозу ущерба. Предстояло выплатить всего-то по одной тысяче триста рублей за каждую важенку и по тысяче рублей за каждого хора - итого на сумму пять тысяч шестьсот рублей.
А пять тысяч шестьсот рублей это ни много, ни мало стоимость новенького автомобиля Жигули ВАЗ-2101. Вот такая вот настигла поддатых стрелков удача – результативно поохотились на диких колхозных оленей и нашли приключения на собственные задницы. А заодно и на наши абсолютно непричастные к данному происшествию задницы.
С другой стороны, ведь не написано же на них, что они колхозные. Только кого это волнует? Возмещение ущерба, как ни крути, дело святое. В случае отказа от возмещения ущерба последует заявление в милицию и соответствующие последствия не только экономического характера, но и уголовное преследование злодеев покусившихся на открытое хищение социалистической собственности.
Кто-то из молодых ненецких оленеводов тут же метнулся на оленьей упряжке к берегу с биноклем, дабы зафиксировать наименование нашего парохода.
Боцману, как организатору открытого преступного посягательства на социалистическую собственность по сговору группой лиц, согласно статье 90 Уголовного Кодекса РСФСР горело на лбу лишение свободы до семи лет.
Понятно, что юристов и адвокатов в составе нашей дружной компании не наблюдается, но лица, ранее имевшие возможность ознакомиться с уголовным кодексом в местах не столь отдаленных, всё-таки высказали свое компетентное мнение.
Промысловики хмурились и чесали затылки, ну и мы с ними за компанию. Понятно было, что оленина пойдет на камбуз, а расхлёбывать этот, круто заваренный тундровый кисель, придется всем личным составом абсолютно без каких-либо изъятий. Разве что кока исключим из списка в силу принадлежности к слабой половине человечества.
По примерным прикидкам выходило, что на плечи каждого из нас обрушился должок порядка двух с половиной сотен рубликов, по грубым прикидкам. Сумма конечно подъемная, но тужиться нам придется по любому и изрядно. Я, к примеру, зарабатываю эту сумму за месяц.
Двести пятьдесят в месяц это не так и много, а у парней моих и того меньше. Шашлычок из оленины обещал нам встать чрезмерно дорого. Подвесили наши заполярные земляки ненэй ненэчи над нашими головами тяжеленький «дамоклов меч». И отсрочка платежа действует только до начала сентября.
Наш капитан, услышав занимательную историю об удачной охоте на диких колхозных оленей, поначалу пришел в легкое нервное расстройство. Вид у него был такой, словно Камошин готов собственноручно исполнить боцману спуск на судовом якоре до дна, как дон Педро Зурита сподобился исполнить Ихтиандру в фильме Человек-амфибия.
Чуток оклемавшись от первого впечатления, капитан высказал категорическое собственное мнение по этому поводу, на языке настоящих заполярных портовых грузчиков.
По силе эмоций, это была просто песня, сравнимая разве что с боевым кличем старого моржа, идущего в бой с молодым претендентом, за свою самую любимую самку в гареме!
Не дай Бог история эта просочится на суд общественности. Капитан первый по своей капитанской фуражке получит, и по партийной линии, и по всем другим возможным направлениям. Недосмотрел, не воспитал, не пресек, допустил! Заревешь тут моржом!
Продолжение вероятно последует...
Автор: baturine
Источник: https://litclubbs.ru/articles/53500-zapiski-eniseiskogo-razdolbaja-188-193.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
