Диспут
Возник у нас с капитаном лоцмейстерского парохода «С-215» в прошлую навигацию непростой такой «диспут». Забрался я на капитанский мост по какой-то надобности, а там капитан. Надо отметить, что в тот раз наш родной «Лот» отправили за какими-то надобностями вроде на Диксон, а меня с парнями из лоцпартии временно, от силы на пару недель, перебросили на пароход гордо именуемый «С-215».
Обычно на нем работает от мыса Кармакулы у Игарки и до середины дистанции между Игаркой и Сопочной Каргой Юрий Николаевич Лебедев. В этот раз Юрий Николаевич временно отсутствовал, по неизвестной мне причине, и мне пришлось поработать в зоне его ответственности и на его законном пароходе «С-215».
Парни мои под командованием деда Юдина на берегу створный навигационный знак собирают, дабы воздвигнуть его в небеса метров на двадцать по вертикали. «С-215» на якоре метрах в ста пятидесяти от берега на якоре стоит. Как с этим знаком справимся, надо начинать сборку и подъем второго створного знака - переднего, того, что поменьше. Я же был занят поисками центра, снесенного ледоходом переднего створного знак, и только поднялся на борт, вернувшись с берега.
Голова у меня была забита какой-то геодезической заботой с мельтешащими циферками перед глазами, а тут капитан мне выдал «ценное указание», дескать, собирай своих парней с берега, вечером надо идти в Дудинку по важному делу. У меня работа идет ни шатко, ни валко, не все разом клеится и тут он со своим «мне надо».
На мой вопрос, за каким таким «надо» идем с Дудинку, отвечает туманно. Прямо, как истинный селькуп, или нганасанин, дескать, шибко, однако, надо, совсем шибко, капитан я тут или кто? Надо и все, и объясняться не хочу и не буду, не капитанское это дело незнамо перед кем оправдываться. В том смысле, что кто он и кто я?! Типа в микроскоп он меня не видит, таким я мелким и незаметным я кажусь этой громаде с капитанской золотой «капустой» на кителе.
Он КАПИТАН!!! Грудь в орденах, фронтовик! А я пацан двадцати четырех лет, только-только от мамкиной сиськи оторванный. Юрий-то Николаевич лет на пятнадцать постарше меня. Капитан привык к нему, а меня почитает за совсем желторотого воробья. Ладно, пусть буду воробей. Только взъерошенный воробей иной раз тоже не подарок.
В нашей работе капитан вместе с пароходом придается лоцмейстерской партии и все решения куда идти, где стоять, что делать и как долго принимает начальник лоцмейстерской партии. Не просто принимает, но и озвучивает капитану, который обязан эти решения исполнять в соответствии со своей компетенцией и доставлять лоцпартию в точку назначения.
Капитан, конечно, имеет право совещательного голоса при принятии решения. Он даже может воспротивиться неразумному решению, либо отказаться от выполнения, в случае, если принятое решение угрожает безопасности судовождения, подвергает риску жизни людей.
Но мотивация в духе вольного ненецкого оленевода, «мне шибко надо, однако», никак не может являться поводом для отказа выполнения решения принятого начальником лоцмейстерской партии.
Если я пароход за водкой в магазин за тридевять земель погоню, вот тогда капитан может смело послать меня по адресу, известному всему Советскому Союзу. Только не моя это стезя пароходы за спиртными напитками гонять.
До Дудинки десять часов хода, десять часов обратно, да и в порту за каким-то весьма сомнительным «надо» часов пять минимум проторчать придется, в круговую сутки, а то и более, насмарку. Нам поставлена руководством задача, в темпе вальса восстановить средства навигационного обеспечения на замену сбритым ледоходом – рудовозы с лесовозами уже на подходе к Енисею.
Я, понятное дело, продолжаю дудеть в свою дудку: ни в какую Дудинку не пойдем, пока не узнаю какое «надо» и не смогу убедиться, что оно действительно правильное надо. У меня стройматериалы на берегу, люди пашут в поте лица, выспаться не успевают. Это я толкаю их всеми имеющимися административными рычагами и разными сладкими заманухами работать по шестнадцать часов в сутки, чтобы поспеть к сроку с восстановлением знаков.
Главная замануха, это мое «железное» слово, что все переработанные сверх нормы часы мною будут учтены, подписаны руководством и честно выданы плюсом к отпуску в качестве отгулов.
Причем самая тяжкая часть этого моего обещания состоит, как раз в том, чтобы руководство меня не «кинуло через борт» и честно подписало все мои скрупулезные подсчеты. В противном случае в следующую навигацию моему «железному» слову, ставшему таким отвратительно мягким и согнутому начальством в дугу на половину шестого, уже никто и никогда не поверит.
Дать железное слово и не исполнить его, это просто беспрецедентная административная импотенция. Дал слово – держи. Не можешь исполнить обещанного, молчи в тряпочку и никому ничего не обещай. Так, что это вопрос даже не чести руководства, это вопрос уже моей личной человеческой чести. Мне еще та битва с начальством предстоит за часы эти сверхурочные.
Начальство на холке моей взмыленной без седла сидит, радиограммами в бока шпоры вонзает, взнуздав жестко. Пришпоривают не по детски. Только радиограммы из Игарки: что сделано, почему не сделано, когда будет сделано? Ты сегодня начальству кровь из носу выдай, то, что оно требует. Они тебе три короба наобещают и горы злотые в придачу, но завтра, или послезавтра, и не факт, что обещанное исполнят.
А посему, я тоже рогом уперся, словно горный муфлон, и капитану в обрат: не будет никакой Дудинки. Дудим в уши друг другу, словно узбеки в тюбетейках, в народный тюркский духовой инструмент карнай. Он про Дудинку, я о производственной необходимости. Он мне про «край надо», я ему «за каким таким надо?». Он мне; «трам-тара-рам» не литературно по матушке. Я ему сдержанно и вежливо: «а не могу, край не могу».
Он меня слушать не хочет, да и я его не слушаю, хотя беседуем довольно громко. Я через силу вежлив, не могу голос на фронтовика повысить, совесть не позволяет. А ему все мои вежливые аргументы по барабану. Привык он по ядреной матушке вопросы насущные решать.
Ему чуть уступишь, и считай, все пропало – сядет на шею, пришпорит, да еще покрикивать с матерками будет. Действительно, мля, карнай. Недаром слово карнай с тюркского языка переводится, как флейта для глухих. Оба «рогами» уперлись, оба глухие. Чувствую, подвох тут какой-то совсем, однако, неправильный.
А кэп все более распаляется, шкварчит, словно сало на сковороде. Я уж смотрю за ним внимательно – как бы мне в бубен от старого маримана сгоряча не прилетело. Дед-то бравый до ужаса - боцман торпедного катера в боевом героическом прошлом.
Вопрос-то яйца выеденного не стоит, если всё по уму, он просто решается. Капитан радирует свое «надо» в Игарку руководству, начальство жует вопрос и мне спускается радиограмма с командой на исполнение капитанского «надо».
А коли капитан таким обходным манером, вкруговую, идти желает, значит не факт, что начальство даст «добро». В таком случае капитанское «надо» нам без надобности, просто-таки по бубну селькупского шамана.
И не просто без надобности, а абсолютно во вред поставленным целям и задачам. Я же воробей правильный, хоть и взъерошенный. Партия сказала надо – комсомол ответил есть! А тут какая-то муть на поверхность всплывает. Не, так дело не пойдет!
То есть это «надо» вовсе не производственная необходимость, а просто личный, я бы сказал грубо, шкурный интерес, И этот шкурный интерес мне, как начинающему руководителю, просто рыбья кость поперек моего лоцмейстерского горла.
Да что там кость, самый настоящий удар промеж ног ниже пояса. Может в будущем, я и научусь договариваться с капитанами в таких ситуациях. Но лишь при условии, что они не будут пытаться ставить меня уже сильно бородатого в позу сопливого мальчишки.
А старикан снова в крик и багровеет как свекла в борще общепитовском. Ну, думаю, сейчас кондрашка обнимет, да прижмет деда крепко - крякнет ненароком, да отчалит в райские кущи. А меня потом спросят, зачем я дедушку до смерти «забодал» своим упорством муфлонским.
Плюнул старый полярный краб, в психе, мне под ноги и отправился в капитанскую каюту принимать двести успокоительных капель датского короля. Вот уж! Как там у Окуджавы? Укрепляйте организм, принимайте меры - капли датского короля пейте кавалеры.
В ответ и я плюнул на это дело - скатился с капитанского мостика по трапу, и прямым ходом через борт «С-215» на баржонку к Гунару Карловичу. Плюнул я, конечно, мысленно, потому как на палубу парохода плевать это верх морского скотства.
Плевать же за борт в енисейскую воду, согласно самоедским понятиям, совсем, однако, большой языческий грех - можно обидеть разом и хозяина вод енисейских Ид’ Ерва, и хозяин моря Яв’ Ерва. И неизвестно, как еще посмотрит на такие хамские плевки Cuy-Нга-Нися, отец семи ненецких смертей - с ним тоже шутки шутить совсем, однако, плохо.
Двинули мы с Ницусом на берег к парням нашим, героическим, которые там, на берегу пятак вокруг знака в жидкое слизистое болото растоптали. Они на берегу без меня как без рук, а я без них всюду вовсе никто.
Топаем мы с Карловичем от «Лота» к берегу на баржонке и я, попутно, пересказываю ему тезисы нашего с капитаном «диспута». А самого меня терзают смутные сомнения, а уж не за каплями ли датского короля капитан в Дудинку намылился.
Боцманский наезд
В ответ Карлович смеется и рассказывает мне быль из разряда заполярных легенд. Ничто не ново под луной. Задолго до меня, прибыл по распределению на Игарскую Гидрографическую базу новоиспеченный инженер-гидрограф и определили его сходу на должность инженера лоцмейстерского отряда. Обозначили ему с лоцпартией работать на «С-215», с этим же капитаном, который сегодня со мной вступил в конфронтацию.
Фамилия у новичка была заковыристая, не то Барбяра, не то Барбиняра, Карлович уж и не упомнит точно, как молодого лоцмейстера было величать. Впрочем, не в этом суть. Будем называть его Барбинярой. И спустя какое-то время после начала трудовой деятельности молодого инженера, капитану вдруг оказалось «надо» срочно, в поселок ближайший, где имеется магазин. За каплями.
Возможно, это была Дудинка, а может, Караул, Воронцово или Усть-Порт. Название населенного пункта не принципиально. На заполярном Енисее не так уж много магазинов. Карлович просто не упомнит уже ввиду прошествия приличного отрезка времени с той поры.
Да, кстати немаловажный факт, капитан «С-215», заслуженный человек, участник Великой отечественной войны, главный корабельный старшина, воевавший в заполярье боцманом или командиром торпедного катера. По большому счету дядька-то замечательный, с массой всяческих положительных качеств, но с боцманским гонором, помноженным на звание капитана, и со своими не всегда понятными «надо».
Барбиняра же, как и все инженеры-гидрографы, был выпущен по окончанию Арктического факультета Ленинградского высшего инженерного морского училища имени С.О. Макарова не только с дипломом о высшем образовании, но и в звании лейтенанта военно-морского флота в запасе.
Капитан при всем своем кошмарно огромном боевом опыте, всего лишь главный корабельный старшина. Согласно военно-морской табели о рангах главный корабельный старшина всяко ниже званием, чем лейтенант.
И наехал как-то капитан на молодого инженера Барбинягру со своим «надо» ровно точно так же, как сегодня на меня. Причем в тоне командном, я бы выразился в боцманском тоне, со всеми прелестями боцманской натуры, и присущей этой натуре виртуозностью морской речи.
Диспут между оппонентами разгорался не долго, но интенсивно и когда тон капитана, в ответ на довольно ровные возражения Барбиняры, и сила звука его голоса достигли кульминации, молодого инженера тоже сорвало с гаек.
Молодой специалист, доведенный до точки кипения, извергая пар из ушей, заорал во всю мощь своих молодых легких, словно старорежимный держиморда голубых кровей, на матроса первогодка:
«Ты кто такой? Ты как стоишь перед офицером, скотина? Да я тебя съем вместе с какашками!». Всерьез молодой так распалился или просто решил легким юмором ответить на капитанский наезд, так и осталось неизвестным. Знавшие Барбиняру парни, сразу сказали, что тот мастер на рискованные шутки.
Продолжение было не менее шокирующим, с разного рода не литературными эпитетами ругательного характера. Я, правда, очень сомневаюсь насчет употребления слова «скотина», да и насчет матерных эпитетов, поскольку, скорее всего, это просто гипербола, потребленная Карловичем для пущего эффекта рассказа.
В итоге за капитанским «надо» в сторону близлежащего, но совсем не близкого магазина, таки не пошли. Барбинягра вышел победителем в диспуте, поскольку капитан в расстройстве чувств, плавно перетекающем в предынфарктное состояние, удалился принимать успокоительные капли в капитанскую каюту.
Подробности дальнейших разборок меж капитаном, глубоко в душе оставшимся грозным боцманом, и лейтенантом военно-морского флота в запасе на уровне высокого начальства в легенде не приводились. Думаю, не было никаких начальственных разборок.
Барбиняра впоследствии отработал, как положено свои три года в качестве лоцмейстера и задолго до моего появления отбыл из Игарки в неизвестном направлении, в поисках лучшей гидрографической доли. Барбиняра отбыл, а легенда, передаваемая из поколения в поколение молодых гидрографов и лоцмейстеров, осталась.
Закончив легендарное повествование, Карлович велел мне расслабиться, поскольку, по его мнению, все будет чуки-пуки, причем несмотря ни на что. Роль дипломата Гунар Карлович загрузил на себя добровольно, пообещав по возвращению на пароход пообщаться с капитаном и загладить наши с ним заштормившие взаимоотношения.
Я не берусь утверждать, что случай рассказанный Гунаром Карловичем произошел в действительности, а не придуман нашими гидробазовскими юмористами. Но мнится мне, что такое вполне могло произойти в жизни. Поскольку я сам попал в очень схожую ситуацию. Только крепко вбитое в мою задницу папиным ремнем в детстве, чувство глубокого уважения к старшим, не позволило мне проследовать по пути избранному Барбинярой. Такая вот полярная субординация.
С другой стороны, фантазия людская не знает границ. Заполярный народ, охочий до цветастых историй, мог просто из пары необдуманно произнесенных слов раздуть целую эпическую сагу о противостоянии енисейского лоцмейстера Барбиняры с легендарным полярным капитаном, оснащенным ядреными боцманскими «тараканами» в голове.
Продолжение вероятно последует...
Автор: baturine
Источник: https://litclubbs.ru/articles/53422-zapiski-eniseiskogo-razdolbaja-166-173.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
