Звук показался оглушительным в этой тишине. Резкий, требовательный звонок в дверь не прекращался. Лариса и Елизавета Аркадьевна вздрогнули и поглядели друг на друга с немым вопросом. Они никого не ждали. Трезвон повторился, долгий и настойчивый.
- Кто это? – прошептала Лариса.
- Мне неведомо. Я уже много лет не рассчитываю на гостей.
Елизавета Аркадьевна нехотя пошла к двери, Лариса за ней. Хозяйка посмотрела в глазок, и ее плечи приподнялись. Она закрыла глаза на мгновение, словно собиралась с силами, а затем открыла щеколду. На пороге стояла женщина лет 45, безупречно одетая в дорогой костюм. Ухоженная, но выделялось ее резкое и злое лицо. Она держала в руках букет белых лилий.
- Здравствуй, Елизавета Аркадьевна! Не ждала? - ее голос оказался издевательским и ядовитым.
- Марина, что ты здесь делаешь?
Посетительница окинула Елизавету Аркадьевну презрительным взглядом.
- Сегодня двадцать лет, ты забыла? Двадцать лет, как твой шелудивый пес расправился с моей сестрой. Я каждый год прихожу напоминать тебе об этом.
Она не дождалась приглашения и шагнула в квартиру.
Ее взгляд упал на Ларису.
- А это еще кто? Новая жертва для вашего семейного приношения? Или сиделка? Совсем плоха стала, старая ведьма?
- Уходи, Марина. – невозмутимым тоном произнесла Елизавета Аркадьевна.
- Я же только что пришла!
Марина направилась в гостиную и замерла. Она разглядела занавешенные зеркала и шторы.
– Что это у вас тут? Спиритический сеанс? Или просто боишься увидеть в зеркале свое истинное лицо? А, Елизавета Аркадьевна?
Марина бросила лилии на стол. Белые цветы на фоне пыльных простыней напоминали печальные события. Лариса выступила вперед.
- Мне кажется, вам лучше удалиться.
Марина повернулась к ней и смерила взглядом с ног до головы.
- А ты еще кто такая? Защитница? Не лезь не в свое дело, девочка! Ты хоть знаешь, в чьем доме ты поселилась? Тебе дала крышу над головой мать душегубца.
- Хватит, Марина. – не выдержала Елизавета Аркадьевна.
Но Марину уже не остановить. Она как сжатая пружина, которая наконец-то расправилась. Весь ее вид выражал двадцатилетнюю ненависть.
- Нет, ошибаешься! – закричала она. – Ты отняла у меня сестру Веру! Твой сын, твое чудовище уничтожило ее! А ты сидишь тут в полном одиночестве, вся такая утонченная, скорбящая! Да ты порадовалась бы, когда Костя скопытился. Но нет, ты устроила из этого культ.
Она подошла к зеркалу над камином.
- Что ты тут прячешь? А? Его портрет?
С этими словами Марина одним резким движением сорвала простыню с зеркала. И в то же мгновение все изменилось. Холод до этого напоминал просто фон, а теперь пронзил как физический удар. Воздух в комнате сгустился и потемнел. Лампочка под потолком заморгала и погасла. Комната погрузилась в полумрак.
- Что, пробки выбило? – нервно усмехнулась Марина.
Однако из глубины обнаженного зеркала на них пахнуло первобытным нечеловеческим ветром.
- Закрой его немедленно! – в панике закричала Елизавета Аркадьевна.
Марина обернулась и оцепенела. Она поглядела в зеркало, и ее лицо исказилось от ужаса. Она смотрела не на свое отражение, а на что-то за спиной. Этого нет в комнате, но двигалось там, в зазеркалье.
- Вера… – прошептала она и указала рукой на бронзовую раму.
Лариса заметила, как сильно тряслись ее пальцы. В потускневшей старой поверхности зеркала за спиной Марины вырисовывался силуэт. Темная высокая фигура. Она не похожа на человеческую, это пустота и дыра в пространстве. И этот вакуум лениво притягивал к отражению Марины свою тень.
- Не смотри туда! – заголосила Елизавета Аркадьевна, но оказалось поздно.
Марина расширила глаза и не отрывала взгляда. Ее лицо побелело. Она начала тяжело дышать и хватала ртом воздух.
- Она… Она зовет меня…
Марина сделала шаг назад, споткнулась и потеряла равновесие. Но падала она не на пол, а как-то странно, неестественно, словно ее тянуло обратно в зеркало. В ту же секунду Лариса преодолела парализующий ужас и бросилась вперед. Она схватила с пола сорванную простыню, зажмурила глаза и снова накрыла зеркало. Как только ткань укутала стекло, все прекратилось. Стужа отступила. Марина рухнула на пол и потеряла сознание. Лампочка под потолком вновь загорелась ровным тусклым светом. Лариса и Елизавета Аркадьевна стояли над бесчувственным телом женщины.
- Существо, оно чуть не утащило ее. – задыхалась Лариса.
Елизавета Аркадьевна приблизилась, склонилась над Мариной и проверила ее пульс.
- Оно не утаскивает, оно питается страхом, ненавистью. Сегодня Марина принесла ему настоящий пир. Теперь ты понимаешь? У нас мало времени. – решительно, без страха и скорби произнесла хозяйка.
Марину положили на старый диван. Ее завернули в выцветшее покрывало. Она напоминала сломанную куклу. Воздух в комнате все еще затхлый, наэлектризованный, явственно доносились запахи газа и чужого страха. Елизавета Аркадьевна беззвучно двигалась по комнате. Она принесла стакан воды и пузырек с каплями. Ее движения отточенные, как у хирурга после сложной операции. Ни суеты, ни паники, только бесстрастная собранность.
Лариса обхватила себя руками и смотрела в окно. Она пыталась заставить свой мозг работать, анализировать, а не поддаваться испугу. Перед ее глазами все еще стояла та сцена. Искаженное страхом лицо Марины, и темный колеблющийся силуэт в глубине зеркала.
- Что это? – произнесла она сухим голосом. – Что Марина увидела на самом деле? Вы сказали, Вера? Никакой девушки там не проступало.
Елизавета Аркадьевна отмеряла капли в стакан и не глядела на Ларису.
- Веру давно проводили в последний путь. Ее душа, если она вообще существует, не здесь. А в зеркале проявился двойник. Он принял тот облик, который ожидала и боялась Марина. Он показал ей призрак сестры и парализовал ее волю испугом и скорбью. Это его метод.
- А силуэт?
- Ты видела его истинное обличье. - Елизавета Аркадьевна протянула стакан с водой Марине. - Или то, что мы способны воспринять. Пустоту, которая принимает любые формы. Он хамелеон и питается нашими ожиданиями и страхами. Он показывает каждому то, что сломает именно его.
Между тем Марина потихоньку приходила в себя. Она застонала и открыла глаза. Ее мутный и бесцельный взгляд обводил комнату. Она ничего не понимала и буравила глазами по шкафам и занавешенным зеркалам.
- Где я? Что произошло? – хриплым шепотом выдавила она. – Голова раскалывается.
Марина попыталась сесть, но Елизавета Аркадьевна жестом остановила ее.
- Лежи спокойно, ты упала в обморок. Выпей.
Марина послушно сделала глоток, но тут ее взгляд прояснился. Она узнала Елизавету Аркадьевну, и ненависть вспыхнула снова.
- Ты? Это ты! Что ты со мной сделала, ведьма? Ты что-то подмешала мне в воду!
Она оттолкнула стакан, и вода расплескалась по старому паркету. Лариса подошла поближе и постаралась говорить мягко, но уверенно.
- Успокойтесь. Никто вам ничего не добавлял. Вы пришли сюда, переволновались, у вас случился нервный срыв.
Марина перевела яростный взгляд на Ларису.
- Я потеряла сознание? Я помню… Зеркало… Я видела…
Она замолчала, а глаза наполнились ужасом пополам с неверием.
- Моя сестра Вера стояла в зеркале…. Такая же живая… Она звала меня.
- Марина, прекрати истерику. – бесстрастно и отстраненно отчеканила Елизавета Аркадьевна. – Тебе показалось. Ты накрутила себя, и твой мозг сыграл с тобой злую шутку. Галлюцинация на фоне стресса, спроси любого врача.
Марина смотрела на ту, кого уже двадцать лет считала своим врагом. В ней боролись враждебность и недоступное знание чего-то реального. Она оказалась в западне собственного рассудка. Он отказывался принять увиденное.
- Что это за место? – гневно воскликнула она. – Что здесь происходит? Почему все занавешено?
- У Елизаветы Аркадьевны ремонт, поэтому все укрыли от пыли. – объяснила Лариса. – А у вас, похоже, просто сдали нервы. Иногда это случается.
Лариса говорила спокойно и убедительно. Она инстинктивно понимала, расскажешь Марине правду, только подольешь масла в огонь. А чудовище получит пищи с избытком. Лучше изолировать Марину от этой тайны и заставить поверить в рациональное объяснение. Марина недоверчиво смерила взглядом Ларису, потом Елизавету Аркадьевну. Она попыталась собрать воедино осколки воспоминаний, но испытала такой ужас, что психика защищалась и вытесняла его более приемлемыми версиями. Обморок, галлюцинация, это привычно и понятно. Марина села и потерла виски.
- Я… Мне нужно выйти на воздух. Здесь душно.
- Я вызову такси. – обрадовалась Елизавета Аркадьевна.
Она вышла в коридор, а Марина наклонилась к Ларисе. В ее глазах плескался неподдельный животный страх.
- Девочка, послушай меня! – тихо и почти заискивающе произнесла она. – Я не знаю кто ты, но беги отсюда. Она не та, за кого себя выдает. Она не человек. Этот дом, он живой. И он злой. Я не поняла, что я видела, но это не от нервов. Скрывайся, пока не поздно.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12. Глава 13.