К началу Великой Отечественно войны немецкая авиация превосходила СССР по качеству и эффективности своих самолетов и летчиков (про асов Люфтваффе я писал здесь). К 1943 году ситуация начала выправляться, а затем немцы потеряли господство в воздухе окончательно. Этому, как ни странно, способствовали и новейшие турбореактивные Ме.262.
Как только наступление немцев застопорилось, блицкриг не удался, Гитлер стал бредить идеей о новом супероружии, «оружии возмездия». Надо сказать, кое-что у немецких конструкторов получалось, однако чудовищная спешка и ограничения в сырье часто не позволяли довести до ума действительно перспективный проект. Это касается, например, ракет ФАУ и турбореактивного «Мессершмитт.262».
Турбореактивный самолет в Германии начали проектировать еще в 1938 году, под двигатели BMW с тягой 600 кг. Разработкой самолета занимались независимо две фирмы: «Мессершмитт» и «Хейнкель». Позже был выбран «Мессершмитт».
Однако к 1941 году, несмотря на готовый планер, создание самолета застопорилось – не были готовы двигатели, и Ме.262 начал испытания с обычным поршневым двигателем. К концу 1941 года турбореактивные двигатели BMWтаки поступили, однако выяснилось, что тяга в 800 кг совершенно недостаточна для истребителя. Кроме того, первый полет с новыми двигателями закончился неудачно – оба двигателя загорелись, и самолет удалось посадить на поршневом двигатели, который пока не был снят.
К лету 1942 года на планер установили новые двигатели – Jumo-004 с тягой 910 кг. Этого оказалось достаточно, чтобы разгонять самолет до более чем 800 км/ч, что на 150-300 км быстрее самых скоростных поршневых истребителей. Но на этом преимущества кончались, и начинались недостатки. Вот основные:
1. Медленный набор скорости. Отсюда отвратительная маневренность, когда после сброса скорости, набор ее занимал много времени. То есть, был уязвим.
2. Требования к ВПП были жесткими – не менее 1,5 км, бетонное покрытие. Что для 1943 года было роскошью.
3. Ненадежность двигателей. Движки могли загореться, заглохнуть, что означало потерю машины и пилота в бою.
4. Отсутствие стреловидных крыльев затягивало самолет на высоких скоростях в неуправляемое пике.
5. Моторесурс движков составлял всего 25 летных часов, а для их обслуживания и ремонта требовались высоквалифицированные специалисты.
Наконец, слабым местом оказалось вооружение Ме.262. Это четыре авиационные пушки МК-108 30 мм, которые устанавливались в носу. Пушка имела скорострельность 650 выстрелов в минуту и боезапас 100 выстрелов (на каждую). Беда в том, длина ствола у пушки всего 54 см, что очень мало. Из-за этого отклонения снаряда на 1000 метров составляло аж 40 метров. Прицельная дальность около 200 метров, что для турбореактивного самолета, который приближается к цели, было ничтожно мало. Кроме того, прицельная дальность пулеметов бомбардировщика была в разы больше.
Всего истребителям Ме.262 удалось сбить около 150 машин противника, при этом потери самих турбореактивных монстров составили около 100 машин. То есть, эффективность крайне малая, а модификация Me.262A-2 «Штурмфогель» (бомбардировщик) и вовсе не попала в боевые сводки.
Таким образом, Ме.262 – крайне неудачный проект сумрачного нацистского гения. И я бы, пожалуй, согласился с оппонентами, которые пишут «зато немцы были первыми», «это первые шаги» и пр., однако я не понимаю, зачем, по сути экспериментальный самолет, сырой и с «детскими болезнями» пустили в серию?
Действительно, всего их было выпущено 1433 штуки, стоимость каждого была почти в 6 раз выше проверенного и эффективного поршневого «Мессершмитт Bf-109». То есть, вместо 1433 бесполезных железяк можно было бы построить более 8000 отличных самолетов. Но для нас, безусловно, это было к лучшему, и глупость гитлеровцев спасла жизни тысячам наших солдат и мирных жителей.