— Слушай внимательно, — Денис говорил быстро и деловито. Прагматик снова взял верх. — Сегодня вечером я заеду за тобой после работы. Мы поедем в строительный магазин. Твоя мать швырнула ключи в запальчивости. А завтра она остынет и придет с запасным комплектом. Сегодня же мы поменяем личинку замка. Это твоя квартира, и в нее больше никто не войдет без твоего разрешения.
Полина склонила голову набок. Внутри разливалось удивительное, горячее тепло. Денис не читал морали о семейных ценностях, тем более не жалел ее вслух, а предлагал решить конкретную проблему с помощью отвертки и нового замка. Это и называлось настоящей взрослой надежной заботой.
— Хорошо, — звонко и радостно отозвалась Полина. — Я жду тебя в шесть вечера.
Она положила трубку. Дождь за окном больше не казался унылым. Впереди ее ждал новый замок, макароны с курицей на обед и огромная, сложная, но абсолютно своя жизнь.
Вечерний час пик душил город автомобильными выхлопами. Синий автомобиль полз как черепаха в плотном потоке машин. Апрельский дождь монотонно барабанил по крыше. Дворники со скрипом смахивали грязную воду с лобового стекла.
Полина сидела спереди. На ее коленях лежал тяжелый, холодный металлический цилиндр, новая личинка для дверного замка. Она обошлась в тысячу двести рублей. Денис молча добавил недостающие четыреста рублей на кассе строительного гипермаркета. Долг Полины вырос, но это казалось ей самой важной покупкой в жизни. Кусок латуни с пятью перфорированными ключами гарантировал ей спокойный сон.
Она провела пальцем по зубцам нового ключа.
«Теперь мама никогда не ворвется ко мне внезапно.» – удовлетворенно подумала она.
— Не потеряй ключи. — смотрел на дорогу Денис. — У мамы дубликата нет. Вызывать слесаря — отдашь еще пять тысяч за вскрытие двери.
— Я буду беречь их как зеницу ока, — Полина убрала ключи во внутренний карман сумки и застегнула молнию до самого конца.
Они свернули во двор. Спальный район тонул в сумерках. Уличные фонари выхватывали из темноты голые ветки деревьев и лужи на асфальте. Денис припарковал машину у самого подъезда.
Полина наступила на влажные ступеньки крыльца. В воздухе витали запахи мокрого асфальта и бензина. Она направилась к железной двери многоэтажки. Денис достал из багажника небольшую сумку с инструментами и зашагал следом.
Лифт медленно полз на седьмой этаж. Кабина дребезжала. На стенах кто-то нацарапал кривые надписи маркером. Полина смотрела на цифры над дверью. Ладони вспотели, ведь она впервые вела мужчину в свою квартиру. Ее жилище не напоминало уютное девичье гнездышко. Оно походило на стерильный отсек. Никаких милых безделушек или мягких пледов. Только чистота, безупречный порядок и книги, расставленные по алфавиту. Мать ненавидела «пылесборники».
«Он осудит мою квартиру», – прыгали мысли в голове Полины.
Двери лифта разъехались.
Полина шагнула на лестничную площадку и остановилась как вкопанная. Сумка выпала из ее рук.
У ее коричневой двери выделялся темный силуэт.
Это не Антонина Васильевна, а мужчина.
Полина отступила на шаг назад и уперлась спиной в грудь Дениса.
Мужчина обернулся на звук лифта. В тусклом свете подъездной лампы блеснула тонкая золотистая оправа очков. Серый костюм сидел на нем безупречно, несмотря на сырую погоду. В руках он держал аккуратный прямоугольный торт в прозрачной пластиковой коробке.
Полина узнала Кирилла, воскресного жениха с маминого обеда. Банковский служащий, любитель Достоевского и покорных жен.
Полина задохнулась. Каким образом он оказался здесь?
Кирилл шагнул навстречу. На его лице играла снисходительная, слегка виноватая улыбка.
— Полина, рад вас видеть. Антонина Васильевна дала мне ваш адрес. Она очень переживает за ваше психологическое состояние.
Полина потеряла дар речи. Мать переступила все мыслимые и немыслимые границы. Она дала координаты дочери совершенно чужому человеку после грандиозного скандала. Система контроля Антонины Васильевны продолжала работать. Мать решила исправить ошибку руками этого педантичного экономиста.
Денис обошел Полину и встал между ней и Кириллом. Логист оказался на полголовы выше банковского служащего.
Кирилл удивленно моргнул, и улыбка сползла с его лица.
— Простите, а вы кто? — он поправил очки на переносице. Тон его стал высокомерным. — Я пришел к Полине. У нас вчера произошло досадное недопонимание. Моя мама, Зинаида Петровна, восприняла ваш срыв слишком близко к сердцу, Полина. Но я человек широких взглядов и готов дать вам второй шанс.
Его слова прозвучали как пощечина. Кирилл говорил так, словно Полина провалила собеседование на должность его жены, а он милостиво разрешил ей попробовать еще раз.
— Ей не нужен твой шанс, — сказал Денис. Голос его прозвучал тихо, но очень весомо. Он в упор посмотрел на нежданного визитера. — Отойди от двери вместе со своим тортом.
Кирилл покраснел и прижал коробку с тортом к груди.
— Вы мне не указывайте! Полина — приличная девушка из хорошей семьи. Антонина Васильевна просила меня заехать и поговорить с ней. Она сказала, Полина находится в состоянии аффекта. А вы, видимо, тот самый... сомнительный элемент, о котором упоминала ее матушка?
Кирилл презрительно оглядел куртку Дениса и его спортивную сумку.
Полина почувствовала, как внутри закипает то самое внезапное бешенство, что помогло ей раздавить Снежану в чате. Антонина Васильевна не сдалась. Она послала этого человека, чтобы доказать Полине ее собственную ничтожность. «Сомнительный элемент». Мать уже повесила ярлык на Дениса.
Она выступила из-за спины логиста.
— Кирилл, — голос Полины зазвенел в гулкой тишине подъезда. — Антонина Васильевна больше не принимает решения в моей жизни. Я отдаю отчет в своих поступках. Я пришла к себе домой и требую, иди восвояси своей дорогой.
Кирилл смутился. Он явно не ожидал такого отпора от тихой отличницы.
— Полина, вы ведете себя нерационально, — он попытался включить голос разума. — Антонина Васильевна сказала...
— Мне плевать на ее слова и указания! — отрезала Полина. Она подошла вплотную к Кириллу. Ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Но страха не возникло. В ее руке лежал новый замок. Она собиралась менять свою жизнь прямо сейчас. И этот Кирилл с тортом стоял на ее пути.
— Уходи, подобру-поздорову. Возвращайся к Зинаиде Петровне. Пеките пироги, читайте классику. Забудь этот адрес.
— Антонина Васильевна утверждала, что мы идеально подходим друг другу по психотипу. Вы же читали Достоевского. Вы понимаете важность семейного долга. Я принес торт...
— Кирилл, давай мыслить логично, как два экономиста, — перебила его Полина. Тон ее стал абсолютно ровным и сухим. — Ты работаешь в банке. Ты любишь порядок, предсказуемость и контроль. Моя мать нарисовала тебе красивую сказку покорной невестки, но это неправда.
Кирилл застыл с коробкой торта в руках. Денис оперся плечом о стену и с интересом наблюдал за Полиной.
— Я вчера сорвала ваш обед. – Полина загибала пальцы. - Выкупила свои старые сапоги за пять тысяч рублей со скандалом на грязном рынке, к тому же разругалась с матерью и выгнала ее из своей жизни, — она перечисляла факты методично, как статьи бухгалтерского баланса. — Сегодня утром я публично унизила коллегу в рабочем чате на глазах у всего офиса. А сейчас я стою перед тобой с мужчиной, которого моя мать называет «сомнительным элементом», и собираюсь поменять замок в своей квартире, чтобы Антонина Васильевна никогда больше сюда не вошла.
Полина замолчала. Лицо Кирилла вытянулось.
— А теперь ответь мне, как банковский аналитик, — продолжила она. — Я похожа на удобную, смиренную жену из твоих фантазий? Тебе нужны такие репутационные риски и скандалы с тещей на ближайшие сорок лет?
Кирилл побледнел. Он ненавидел непредсказуемость. Его гибкий ум быстро обработал информацию. Скромная девушка-отличница оказалась вулканом внезапных эмоций и бунтарства. Здесь попахивало грандиозными семейными разборками, потерей лица и постоянным стрессом.
Кирилл крепче прижал коробку с тортом к груди.
— Вы правы, Полина, — произнес он севшим голосом. — Ваши поступки абсолютно иррациональны и деструктивны. Зинаида Петровна предупреждала меня. Я зря потратил свое время.
Он бросил брезгливый взгляд на Дениса.
— Разбирайтесь со своей жизнью сами. Антонине Васильевне я передам, что сделка... то есть, наша договоренность аннулируется по моей инициативе.
Кирилл развернулся на пятках и быстро пошел к лестнице. Лифт он вызывать не стал. Через секунду на пролетах торопливо застучали его начищенные ботинки. Банковский служащий бежал от невыгодного актива так быстро, как только мог.
Продолжение следует.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12. Глава 13. Глава 14. Глава 15. Глава 16.