Глава 12. О пользе и вреде подарков, особенно отравленных
Был прекрасный весенний денёк, Солнце светило уже вовсю, и казалось, природа, умытая дождём, чистая, обновленная, возрождающаяся после долгой зимы, радовалась теплу. Запах в школьном саду стоял одуряющий. Я люблю это время года: свежесть зелени, яркость первых цветов. Я сама себя весной чувствую, словно заново родившейся. Это был отличный день. Выходной, поэтому в школе почти не осталось студентов, все отправились в город, спеша насладиться первым тёплым днём. Лишь я, как обычно, никуда не пошла, но не особо расстраивалась по этому поводу. День принадлежал мне одной. Неспешная прогулка по саду, завтрак в одиночестве, затем я устроилась с мольбертом в глубине сада. Хотелось творить. Несколько акварельных заготовок, прозрачных и лёгких, как ветер с моря, лягут в основу серии картин, которую я планировала подготовить к зачётной неделе второго года обучения. Тема была свободная, и я задумала написать к экзамену не одну, а пять-семь работ, дополняющих друг друга. Словно бы не просто живая картина, а представление из нескольких идущих друг за другом. Такого, насколько я знаю, никто ещё не делал, и мне было интересно, что выйдет. Я собиралась напитать рисунки магией не просто по отдельности, а связать их вместе. А ещё я хотела зашить в эту серию простенькое целительское заклинание для поднятия настроения. Чтобы каждый смотрящий на картину радовался жизни, забыв на пару минут обо всём плохом, что случается с людьми. В общем, я, поработав пару часов над своими акварелями в саду, сидела в комнате, придумывая, как получше прошить целительским заклинанием целую серию. К одной картине привязать не сложно, а вот как тянуть одно заклинание через несколько работ разом... Это задача. Идеи у меня были, и я, полная энтузиазма, забыла обо всём и не заметила, как наступил вечер. Заработавшись, я пропустила не только обед, но и ужин. Такое со мной бывает, если работа спорится, окружающий мир с его примитивными потребностями перестаёт для меня существовать. Ни жажды, ни голода не чую, зато как закончу, вспоминаю о хлебе насущном. Пожалуй, стоит отправиться в столовую и попытаться, несмотря на неурочный час, выпросить немного еды. Особенно хотелось чаю, а заварка как назло закончилась. Давно в город не выбиралась. Решила проверить, не вернулась ли Кади, чтобы составить мне компанию, и обнаружила под своей дверью роскошную коробку пирожных из лучшей кондитерской города, на карточке была лишь красивая размашистая буква Н. Так пописывался только Натэль. Надо же. Какой милый, а главное — своевременный жест с его стороны. Я не видела Натэля уже пару недель, даже в столовой он не появлялся, и я понимала, что он меня избегает. Захотел помириться? Так мы и не ссорились. Извиниться? Вроде бы не за что. Хотя, разве нужен повод для того, чтобы съесть пирожные? Кади ещё не вернулась, поэтому я сходила в столовую, чтобы разжиться заваркой, и приготовила чай. Я уселась около окна с книгой по теории магии, предвкушая идеальное завершение идеального дня. В коробке оказались мои любимые миндальные шары. Никогда не говорила о своих предпочтениях Натэлю, тем приятнее, что он угадал.
Я умяла три штуки. Мне показалось, что с миндальной эссенцией кондитер чуть переборщил, но может, я просто давно не ела миндальные шары и позабыла их вкус?
В дверь постучали.
- Входи, Натэль.
Я так долго не слышала этого стука. Натэль всегда стучал как-то по-особенному. Я никогда не ошибалась и всегда знала, что это именно он.
- Привет, Бести. Ты просила зайти?
- Я? — это было странно. Я, конечно, была искренне рада видеть Натэля, но чтобы Бестилианда Гредд сама просила зайти кого-то, кто на неё в последнее время внимания почти не обращает? Ну уж нет!
- Да, я получил твою записку.
- И что я там написала? Извини, что спрашиваю, но поскольку я, по твоему мнению, тебе отправила записку, хотелось бы знать, о чём в ней идёт речь.
- Ты просила зайти, — повторил Натэль .
- И принести пирожные?
- Пирожные? — на этот раз удивился он.
Диалог перешёл в область абсурда.
- Вон, — кивнула я на коробку, — нашла под дверью с запиской от тебя.
Я не особо беспокоилась, сразу подумала, что, скорее всего, это дело рук друзей Натэля. То, что мы почти перестали общаться, они наверняка заметили и видимо придумали нас таким затейливым образом помирить. Вот только мы вовсе не ссорились. Я и сама не знала, что между нами произошло.
Натэль тем временем подошёл к коробке и, едва взглянув на неё, с побледневшим видом обернулся ко мне:
- Кто ел эти пирожные, Бести? Тут не хватает минимум двух.
Вообще-то трех, я была голодная, но незачем ему знать эти подробности? Мужчины предпочитают думать, что девушки клюют как птички.
- В чём дело? — ответила я вопросом на вопрос.
- Бести, они отравлены, кто бы не съел эти отсутствующие пирожные, этот человек уже мёртв. И тебя могут обвинить в убийстве.
- Это вряд ли. Разве что в самоубийстве. Я сама их съела. Три, — почему-то честно призналась я в количестве съеденного, хотя и не планировала. — Голодная была, целый день работала. И как видишь осталась живехонька. Может ты ошибся?
- Издеваешься? Я боевой маг. Наиболее распространенные яды мы распознаем автоматически, даже без соответствующего заклинания, а настойку корня минд нельзя отнести к особенно редким.
Настойка корня минд и впрямь была распространена. Известный яд, в основном используемый для травли крыс, можно найти в любой лавке травника. Какая-то сволочь попыталась отравить меня крысиным ядом! Меня! Бестилианду Гред! Крысиным ядом! Я была в ярости. Нет, ну какая же скотина на это пошла? Не мог хотя бы что-то поизысканнее выбрать? Какую-нибудь древнюю редкую отраву, достойную наследницы рода. Но нет, мерзавец на мне сэкономил, купил простейший крысиный яд.
Тот факт, что меня в принципе хотели убить, почему-то беспокоил несильно, но крысиный яд... Да меня же засмеют!
Натэль тем временем не оставлял надежды выяснить, почему я осталась жива. Этот факт, вместо того, чтобы радовать, его явно беспокоил. Он даже прошептал короткое заклинание для упокоения зомби. Пожалуй, на Натэля я тоже обижусь. Позже. Пока недосуг.
- Я просто не мог ошибиться! — возмущался он. — Это совершенно точно настойка корня минд. Такие вещи маг моего уровня определяет безошибочно. Я не мог перепутать!
Смотри-ка, каков эгоист.
- Успокойся, отличник бесов. Ты наверняка не ошибся. Просто у меня к этому яду иммунитет.
Я машинально цапнула из коробки ещё одно пирожное и откусила здоровенный кусок. А что? Не пропадать же добру. Кроме меня отравленные пирожные никто всё равно есть не станет. Очень вовремя меня лес одарил устойчивостью к любым органическим ядам. А я ещё расстраивалась и на лесных обижалась. А вот же: спас меня лес, может не в первый и не в последний раз.
Натэль смотрел на жующую миндальный шар меня с ужасом.
- Ладно, ладно, всё доедать не стану. Надо отнести к следователю, — успокоила я друга. — Ну чего ты? Я ж из лесных, нас отравить непросто.
Тот факт, что отравить нас непросто органическими ядами, а вот минеральные вполне себе могут оказаться эффективными, я уточнять не стала. Натэля я не подозревала, но привычка скрывать важную информацию ото всех вокруг стала второй натурой.
Замять попытку отравления наследницы рода всё равно не удастся, это я понимала. Вызов королевского следователя неизбежен, хоть и сулил излишние и, я уверена, бесполезные хлопоты. Натэль взял дело в свои руки. Спасибо ему, конечно. Отобрал у меня оставшиеся пирожные, включая недоеденное, вызвал ректора школы, следователей короны. В общем, началась ненужная суета, и я пожалела, что не прикончила все пирожные до прихода Натэля. Эх, знала бы заранее... Хотя двенадцать штук в меня всё равно не влезло бы.
Результатом этого происшествия стали косые взгляды других студентов видимо, они подозревали меня в бессмертии, необходимость таскаться на допросы следователя каждый раз, как у того появлялась новая дурацкая версия, королевская охрана вокруг школы и стойкое отвращение к некогда любимым миндальным шарам. Преступника ожидаемо не нашли. Единственным арестованным оказался привратник, за малую мзду притащивший коробку к моей двери. Под описание дарителя подходил каждый второй житель королевства: высокий, среднего возраста, темноволосый мужчина. Кроме того, тот наверняка изменил внешность. С тем же успехом дарителем мог быть хромоногий карлик преклонного возраста, рассылающий яд всем подряд, или юная дева, невзлюбившая меня лично за обаяние и успех у противоположного пола. Даже отпечатки ауры на коробке магически были подтерты. Значит, отравитель хорошо подготовился, потратился на амулеты. Как минимум, всех нищих можно из подозреваемых вычеркивать, что вряд ли сильно поможет в установлении истины.
Самым удивительным для меня стал тот факт, что мои родители не примчались проведать дочурку. То, что главе рода Гредд доложили о происшествии, было ясно, но отец никак не отреагировал. Я и сама написала им срочной почтой, чтобы не волновались. В ответ мама прислала коротенькое письмо, сообщавшее, что благодаря данному происшествию мне отменили летнюю практику, точнее, позволили провести её в родовом замке, и родители ждут меня домой как можно скорее. До экзаменов оставался месяц, который я провела в школе под неусыпным контролем преподавателей. Зато экзаменационная серия работ мне удалась. Всегда знала, что злость в моём случае — отличная мотивация. У меня мозги в стрессовой ситуации работают лучше, чем в состоянии покоя, поэтому я не только придумала, как вшить в картины заклинание, но и модифицировала его так, чтобы оно не только поднимало настроение, но и снимало головную боль.
Самой главной проблемой для меня была музыка. Я и впрямь не имела особых талантов в этой сфере. В школе считали, что студентки факультета искусств, несмотря на специализацию, должны быть всесторонне образованы. Меня искренне радовало, что никто не требовал у студентов художественного отделения виртуозной игры на музыкальных инструментах. Достаточно уметь извлекать хоть какие-то звуки из сколка. Сколк — самый популярный музыкальный инструмент в нашем королевстве. Большой шар, полый внутри, с двумя отверстиями, в которых натянуты струны: с одной стороны тонкие, с другой — толстые. К счастью, чтобы извлечь хоть какие-то звуки из сколка, много ума не надо, а потренировавшись, я смогла научиться играть самые простые мелодии, чуть отличающиеся от визга кошки, которой прищемили хвост. Для получения зачёта хватило.
То же касалось музыкантов. Умение изобразить кособокий кувшин или нарисовать картину, на которой небо синее, а трава зелёная уже вполне себе повод для зачёта по живописи. Почему-то талантливые музыканты почти всегда не умели рисовать, а художники склонности к музыке не испытывали. Про садовников уж и не говорю, те вообще отделывались написанием работы по истории музыки и живописи соответственно. Редко у кого обнаруживалось два или три дара. Не у меня. Но природное упрямство в комбинации с желанием утереть нос Гоудине привело к потрясающим результатам. Даже преподаватель музыки, ранее считавший меня безнадёжной, был в шоке, не говоря уж обо мне самой.
В итоге получила высший бал по всем предметам и награду Серебряная звезда за экзаменационную работу по живописи. Школа попросила разрешения вывесить мои картины в холле. Насколько я знаю, ещё никто из студентов не удостаивался подобной чести. Я могла бы собой гордиться, но было не до того.
Все студенты уже уехали на выездную практику, включая подругу Каиду и врагиню Гоудину. По школе лишь я слонялась одиноким приведением, да изредка приходили ночевать выпускники, празднующие в столичных кабаках окончание учебы. Я ждала приезда охраны, высланной отцом. В одиночку мне путешествовать запретили. Можно было ждать в столичном доме, но я опасалась. Нет, не за свою жизнь, а скорее за рассудок. Он запросто мог помутиться от регулярного общения с Поулингом, а тот непременно бы заявлялся ко мне ежедневно. В другую опасность я не верила, мне до сих пор казалось, что несостоявшееся отравление — это какая-то ошибка, а то и вовсе шутка. Да, я помнила о предсказании, но уж точно не верила, что дядя пытается меня убить. В какие-то интриги с его стороны — да, верила. Не зря он частенько стал появляться в столице и вёл активную светскую жизнь, причём в основном общался с близкими к трону аристократами. Но пойти на убийство он не мог. Да и глупо это. Главой рода является мой отец. Тогда уж в первую очередь следовало убить его.
Я немного лукавила. Обманывала сама себя. Главной причиной проживания в школе было то, что я надеялась, Натэль придёт попрощаться. Его обучение было закончено. Да, мы отдалились друг от друга в последнее время, хотя я и не знаю почему, но попрощаться-то он должен. Если не объяснить мне, что в нашей дружбе сломалось, то хотя бы напоследок пару добрых слов сказать. Не могу же я сама к нему идти?!
Продолжение следует...
Автор: V_K
Источник: https://litclubbs.ru/articles/68910-blizhaishee-nikogda-12.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: