Светильники стали гореть чуть ярче, и Вердер увидел, что на узком ложе лежал труп немолодого мужчины с остатками седых волос и бороды на почти голом черепе. Он умер уже давно, поскольку тление успело до неузнаваемости исказить его облик. Но и слабого освещения в склепе хватило для того, чтобы увидеть четки из круглых камней на поясе мертвеца. «Глаза духов», именно такие четки носили некроманты. Но, если труп на ложе был тем самым Малефиком, которого он искал, то с кем же он сейчас только что вел беседу?!
- Покажись мне, колдун! – Крикнул Вердер подрагивающему пятну темноты.
- Приведи ко мне мальчишку!!! – Ревом откликнулось существо, которое не являлось Малефиком. – Мальчишку!!! Мальчишку!!! Он нужен нам!!! – Кричащее пятно мрака поплыло в сторону Вердера, испуская волны пронизывающего до костей холода.
- Что ты такое, хилтова тварь?! – Пятясь назад, громко спросил Гидеон. В его голове вдруг всплыло недавно услышанное «Черная плащаница».
Неожиданно его обхватили сзади за шею две холодные и слизкие руки, которые начали его душить. Он стал бороться с напавшим, недоумевая, куда же подевались его спутники, и почему никто из них не придет к нему на помощь, а пятно рывками подплывало все ближе и ближе.
Гидеону все же удалось, резко присев и наклонившись вперед, перебросить неведомого противника через свою голову. Человек сразу же закопошился и стал подниматься, хотя после того, как его крепко приложили темечком о каменный пол, должен был долго проваляться без чувств.
Еле сдержав рвущийся наружу вопль ужаса, Гидеон узнал в нападавшем Вайрата, друга своей молодости, хозяина постоялого двора «Огонь и тени». Только это уже был не тот Вайрат, с которым они вчера весь вечер провели за воспоминаниями, и который спустился вместе с ним в это подземелье. Этот Вайрат был давно мертв, лицо и руки вздулись от трупных газов, но он двигался, и готовился к новому нападению, распухшие пальцы тянулись в сторону Гидеона.
Жуткое хихиканье за спиной заставило Вердера повернуться в сторону лестницы. У его проводницы Милы отсутствовали губы, в левой щеке зияла рваная дыра. Мертвая женщина уставилась на него мутными студенистыми глазами без зрачков, в глубине которых тлело красноватое свечение, и смеялась, смеялась, смеялась, клацая длинными зубами, растущими из обнаженных десен.
Его выручил тот самый воинский инстинкт, впитанный каждой клеточкой тела. Прежде чем успел сработать разум, тело рванулось к единственно возможному выходу – наверх. Мила пыталась схватить его своими руками, похожими на когтистые птичьи лапы, но он уклонился и сделал ходячему кошмару подножку – ожившая покойница упала со ступеней прямо на второе чудовище, отдаленно напоминающее его старого друга Вайрата.
Взбежав до середины лестницы, Гидеон увидел, что плита при входе в склеп медленно ползет по каменному желобу, закрывая единственный выход. Всего лишь одно мгновение, и он навсегда останется в запертом подземном склепе вместе с нежитью и бормочущей черной тварью. Несколько метров до двери он преодолел одним усиленным страхом прыжком, и рыбкой нырнул в быстро сужающийся проем, вылетев наружу.
Стоял самый обычный хмурый зимний день. С неба густо летели белые хлопья. «Чистый снег». Так, кажется, сказала тварь из склепа. Встав на ноги, Вердер попытался успокоить бешено стучащее о ребра сердце. Он думал, что давно и навсегда разучился чего-либо бояться на этой земле, неоднократно смотрел в глаза смерти, а недавно почти что побывал у нее в гостях, но, оказывается, его умение испытывать страх никуда не делось, просто оно слишком долго спало.
- Демоны, - тяжело дыша прохрипел он в сторону склепа, - проклятые демоны! Что же тут творится?
Только что закрывшаяся плита стала отодвигаться назад, две пары почерневших рук уцепились за нее изнутри и толкали в обратном направлении.
- Гидеон, вернись, Гидеон! – Услышал он глухой шамкающий голос «Вайрата». – Вернись, Я расскажу тебе про Фрейю.
- Да, да, вернись к нам, Гидеон! – Вторила Вайрату жуткая «Мила», щелкая зубами, как омерзительная заводная игрушка.
Отыскав в сугробе спрятанный механизм, приводивший в действие плиту, Вердер надавил на него ногой и тяжелый монолит встал на место, раздавив пальцы взвывшим от разочарования мертвецам. Плюясь и ругаясь самой отборной бранью, Вердер побежал к выходу с кладбища, на каждом шагу рискуя оступиться и упасть в глубокий снег по обе стороны узкой тропинки. Прозвучавшее ранее предупреждение ненастоящей Милы относительно спрятанных под снегом трещин в плитах, было весьма серьезным. Один раз его нога едва не сорвалась в темное отверстие прямо рядом с тропинкой, вниз посыпались куски льда и, судя по звуку, прежде чем достичь дна, они пролетели несколько подземных ярусов.
В густой тени под разлапистыми елями что-то шумно хрустело в снегу. Пока Вердер бежал к воротам, он дважды видел, как между ветвями загорались рубиновые точки чьих-то злобных глаз. Один раз ему наперерез метнулась какая-то сгорбленная фигура, напоминающая очертаниями человека. Не останавливаясь, Вердер пнул нападавшего ногой, и человеческая фигура, в сопровождении оглушительного, какого-то поросячьего визга улетела с тропинки в глубокий сугроб.
- Гидеон! – настиг его истерический вопль-зов, твари все-таки сумели открыть выход из склепа, и теперь преследовали его. Вердер услышал за спиной топот мертвых ног, а затем торжествующий визг – существа его увидели, и увеличили скорость. – Постой, Гидеон! Не убегай, Гидеон! С нами очень весело! Куда же ты, наш добрый Гидеон, наш вкусный Гидеон?! – Тварям будто нравилось на разные лады повторять его имя.
Оглянувшись на бегу, одноглазый обнаружил, что два оскаленных трупа - Вайрат и Мила преследуют его на четвереньках, совершая большие скачки, словно кошмарные пародии на обезьян, которых он во множестве встречал в джунглях Каланхетта, глаза мертвецов светились красновато-оранжевыми угольками. Поддельный Малефик больше не показывался, хотя Вердер всей шкурой чувствовал его близкое присутствие, от которого по всему телу бежали мурашки. Чем бы ни была эта зловещая темная сущность, она еще успеет себя проявить. Стало еще темнее, потому что плотные облака целиком закрыли небо, и снег шел уже сплошной стеной.
Его почти настигли возле самой калитки, ведущей за пределы кладбища, к Мертвым улицам. И эта калитка оказалась закрытой, хотя Гидеон точно помнил, что час назад он и его спутники, так правдоподобно притворявшиеся живыми людьми, ее не запирали. Западня захлопнулась. Услышав за спиной нарастающий шум скачков, одноглазый наемник высоко подпрыгнул, хватаясь пальцами за верхнюю часть вертикальных прутьев ворот, и рывком подтянул свое тело наверх. Крепкие, как корабельные рангоуты руки, помогли ему в состоянии какого-то дикого помрачения сознания перекинуть свое крупное тело через верхнюю часть ворот на высоте в полтора человеческих роста, а спустя секунду он рухнул в снег уже за пределами кладбища. Навыки на уровне инстинктов помогли ему сгруппироваться во время приземления, так что Вердер почти не был оглушен после своего безумного прыжка и последовавшего за ним падения. Воющие от разочарования Вайрат и Мила трясли железные ворота с другой стороны.
- Тебе все равно не уйти, - хрипло заявила мертвая женщина, пытаясь просунуть голову с изуродованным тленом лицом, между прутьями, - из города не выйти. Никому не выйти! Это ловушка, в которую вы все угодили, - демоница снова засмеялась безжизненным холодным смехом. Гидеон уже не слушал ее, глядя на улицу, по которой они сюда пришли. Улица изменилась, словно он видел ее спусти несколько десятилетий с момента предыдущего визита. Пустые дома, оставшиеся не заселенными после эпидемии, теперь выглядели еще хуже – у некоторых провалились внутрь крыши, а иные обрушились целиком, превратившись в груды гнилых деревянных обломков, щепок и битого кирпича. Самое неприятное, что местами среди разрушенных домов, там, за густой снежной пеленой, мелькали красные и оранжевые точки горящих глаз. Мила и Вайрат являлись далеко не единственными чудовищами, показавшими свой истинный облик посреди снегопада.
- Мы будем за вами охотиться! – Крикнула ему в спину бывшая Мила. - Вам от нас не скрыться! Спрятаться в Виллане негде! Лучше подожди нас здесь, и мы вместе пойдем за мальчиком! Будь послушным, и потом мы выпьем тебя быстро!
- Бывало и хуже. Прорвемся, - пробормотал Гидеон, отыскав в снегу отломившийся от кладбищенской ограды заостренный железный прут. Какое-никакое, но все-таки оружие. Он уже не удивлялся произошедшему – жизнь давно отучила его удивляться. Надо было, как можно скорей, возвращаться к постоялому двору, чтобы найти Галь-Рикки, и при этом самому не угодить в лапы к пробудившемуся злу Виллана.
Когда он бежал сквозь Мертвые улицы, между рядами развалин, на него пытались напасть трижды. Сначала это была женщина с всклокоченными седыми волосами, рычавшая как тигр, затем – ребенок, младенец не старше года, с ловкостью белки прыгнувший на него сверху из чердачного окна одного из сохранившихся остовов домов. И там и там ему помог острый железный прут. Недалеко от дома, где он встретил проводницу Милу, оказавшуюся чудовищем-перевертышем, к нему стали приближаться трое головорезов, те самые, которых он видел по дороге к обиталищу Малефика, только теперь их глаза горели хищным красным пламенем. Вердер поднял руку, вращая железный прут вокруг своей оси:
- Привет, парни, - недобро оскалился Гидеон. - Вы точно ко мне? Ладно, не отвечайте, вам лишние зубы говорить мешают, - многообещающе сказал он адской тройке.
***
- Сейчас Мама Розанна откроет тебе правду… - протяжно произнесла женщина, и в это время снаружи палатки что-то неуловимо изменилось. Шум большого многолюдного рынка внезапно стих, словно каждого находившегося на площади человека внезапно поразила немота. Сквозь приоткрытый полог, кружась влетело несколько крупных снежинок.
Гадалка как-то странно заворчала и прошипела:
- Чистый снег… Опять чистый снег! Не-е-ет…
Ее рука стала холодной и дряблой на ощупь. Галь-Рикки вскинул глаза и увидел, что его держит за руку мертвец – ссохшаяся кожа обтягивала лысый череп, глаза напоминали две гнилые почерневшие сливы. Вскрикнув, он выдернул свою ладонь из цепких костистых пальцев гадалки, и метнулся к выходу.
- Стой! – Глухо закричал ему вслед труп. – Ты нужен нам! Остановись!!!
Галь-Рикки вылетел наружу быстрее, чем стрела расстается с тетивой лука. Снаружи его взору предстала жуткая картина: от большинства палаток остались только остовы с небольшими обрывками потемневшей ткани, треплющимися на ветру, дощатые лавки рассыпались в труху, от почти всех повозок сохранились только рассохшиеся куски дерева. Вокруг было много раздувшихся мертвых тел, лежавших в разных позах на мостовой, на обломках повозок и палаток. Снегопад продолжал усиливаться, однако Галь-Рикки все же рассмотрел, что башня городской ратуши теперь стояла покосившаяся и обугленная в результате какого-то давнего пожара.
Группа живых людей, наверное заезжих торговцев, застигнутых врасплох внезапным превращением, потрясенно и потерянно озиралась по сторонам, люди не могли вымолвить хотя бы слово, не говоря о том, чтобы догадаться искать где-нибудь спасения.
Вдруг сел один из мертвецов с вытекшими глазами и оторванной нижней губой, следом за ним поднялся второй, а следом третий, четвертый, пятый… Кошмарные хари повернулись в сторону живых людей. Мертвые вставали на ноги и подбегали к живым. Женщина с содранной кожей, вцепилась в шею усатому южанину, который прижался к своей повозке с добром. Еще одного мужчину свалили сразу двое страшилищ. Десятки обезображенных тлением лиц обратились в сторону замершего на месте Галь-Рикки. Оскалились черные провалы пастей, толпа повалила на юношу, готовая смять его, задавить числом.
И в это время чья-то рука решительно потянула Галь-Рикки назад. Он почувствовал радость и облегчение, когда понял, что его ведет за собой его друг Пауль Лихтер, он даже не успел удивиться, откуда он взялся в Виллане. Однако ему сразу же стало очевидно, что Пауль тоже мертв (наверное, его убили на Штормбергском поле, где Галь-Рикки безуспешно искал его среди раненых и павших) – через макушку купеческого сына тянулся глубокий рубленный след от удара мечом.
- Пойдем, - с трудом шевеля языком, позвал его Пауль, - я выведу тебя. Пока что они тебя не тронут.
Почему-то он поверил мертвому Паулю, и позволил себя повести через угрожающе скалящуюся толпу. Другие мертвецы пробовали к нему подступиться, утробно ворча и щелкая зубами, но Лихтер шипел и скалился в ответ, и другие не решаясь напасть, издавая недовольное рычание. Пауль вывел его с территории рынка, где сбросившие личины демоны накинулись на группу настоящих живых людей.
- Я не смогу долго их удерживать, - прошамкал Пауль Лихтер, - ты должен как можно скорей найти Гидеона Вердера.
- Скажи мне, что ты здесь делаешь, Пауль?! Ты ведь… Ты…
- Да, Галь-Рикки. Ты все правильно понял. В битве на том заснеженном поле я не выжил. Я лежал в трех шагах от рыцаря, которому ты помог последним. Ты потерял сознание и не увидел меня. Ты все равно не успел бы – полученный мной удар был смертельным, сталь оборвала мою жизнь мгновенно. Теперь я здесь, в месте, где обитают неупокоенные.
- Что здесь происходит, Пауль?! Ты же должен это знать…теперь…
- Виллан – это одна огромная мышеловка. Его очень давно захватила тьма. То, что живет в нем, заманивает к себе живых людей, как хищное растение неосторожных насекомых. Маскирующиеся под обычных людей «зазывалы» отправляются в другие поселения, где соблазняют простаков возможностью хорошего заработка или выгодной торговлей. Но стоит только живому человеку пройти через ворота проклятого города, выйти обратно он уже не сможет – ловушка захлопывается. Это происходит, когда в городе скапливается достаточное количество людей.
- Как так вышло, что никто об этом не знал, Пауль?!
- Темное чародейство. Черней, чем ночь, очень древнее и злое. Это тайное колдовство, незаметное и недоступное для самых могучих магов Думвальда. Оно помогает жителям Виллана притворяться живыми. Иногда им на самом деле кажется, что они всё ещё живы. Поэтому нигде и не знают, что этот город на самом деле огромный гниющий труп. Городу нужна кровь, тьме, которая живет в Виллане нужна кровь тех, кто беспечно заходит в ворота. Только первый весенний дождь или Чистый снег показывают жителей Виллана такими, какие они есть на самом деле.
- Но почему ты здесь, Пауль?
- Я не выбирал это место. Оно само выбрало меня. Но ты искал меня, хотел спасти, теперь я тоже попробую тебе помочь. У тебя есть силы, которых нет у многих других, попавших в эту западню, ты попробуешь выбраться отсюда, и, если повезет, сумеешь это сделать.
Пауль вывел Галь-Рикки на главную улицу. Все дома на этой улице выглядели уже не так как утром – многие представляли из себя только обгоревшие фундаменты, другие щерились пустыми проемами дверей и окон, с провалившимися внутрь крышами. На каждом шагу им попадались жуткие жители Виллана. При виде человека из плоти и крови они алчно распахивали пасти и увязывались за ними следом, пока Пауль Лихтер при помощи кошмарных ужимок и звериного горлового рычания не заставлял их отстать. Смерть – главный противник Галь-Рикки, бродила по этим сумрачным улицам, где посреди дня стало темнее, чем ночью.
- Ты помогаешь мне, Пауль, но ты сейчас такой же, как и они.
- Нет, я еще не совсем такой, как остальные жители Виллана. Та часть души, что у меня пока сохранилась, помнит тебя, Галь-Рикки.
Когда Галь-Рикки разглядел впереди забор «Огня и теней», то Пауль Лихтер отпустил его руку:
- Все, дальше мне идти нельзя. Береги себя и прощай, Галь-Рикки Гальнеккен! Больше мы с тобой никогда не встретимся. – С этими словами его погибший друг развернулся и исчез за белой стеной снегопада.
- Пауль! – Отчаянно крикнул Галь-Рикки ему вслед, но, конечно же, не дождался ответа.
Со всех сторон до него доносилось какое-то ворчание и шорохи – неживые существа, сбросившие с себя маски добродушных горожан, исступленно рыскали по Виллану в поисках приезжих, в жилах которых текла так необходимая им теплая кровь. Юноша побежал к постоялому двору – там должны были находиться нормальные люди, те, кто приехал в Виллан из других поселений, ведь вечером Вайрат сказал ему и Гидеону, что все постоялые дворы и гостиницы были переполнены приезжими.
Когда до «Огня и теней» оставалось не более тридцати шагов, он услышал крик, донесшийся изнутри главного дома. Судя по голосу, кричала молодая девушка, и Галь-Рикки с внезапным испугом вспомнил Кейт, девчонку приехавшую в город-ловушку на пару дней раньше него, устроившуюся работать служанкой.
- Кейт, держись, я сейчас! Я уже бегу! – Громко крикнул Галь-Рикки и закашлялся.
В этот момент чья-то жесткая пятерня схватила его за плечо, так что Гальнеккен сразу понял – вырываться бесполезно.
- Жить надоело, рядовой Гальнеккен!? – Рявкнул ему в ухо вынырнувший из-за молочно-белой стены снегопада Гидеон Вердер. – Нельзя туда возвращаться, посмотри, что там творится за окнами!
Внутри «Огня и теней», за широкими окнами с отсутствующими рамами, мелькали мечущиеся фигуры, вспыхивали алые и оранжевые фонари глаз, что-то рычало и выло, как целый легион злобных духов, слышались звуки ломающейся мебели и бьющейся глиняной посуды.
- Гидеон, там Кейт!
Словно услышав Галь-Рикки, девушка снова испуганно закричала.
- Кейт? Ты познакомился с какой-то девчонкой? Молодежь неугомонная! Только мы не сможем ничем ей помочь! У меня с собой ничего нет, кроме этого куска железа! – Вердер поднял правую руку с зажатым в кулаке прутом от кладбищенской ограды.
- О чем таком ты говоришь, Вердер!? Мы ей поможем. Ты ведь ничего на свете не боишься!
- Я то давно ничего не боюсь, но тебя я обязан довести обратно до дома живым!
- Зачем мне идти домой, если по дороге я буду бросать всех, кому грозит опасность?! Мы идем за ней! – Галь-Рикки упрямо рванулся вперед, едва не вывихнув себе плечо, все еще зажатое пятерней Гидеона.
- Хилт с тобой, идем, - сквозь зубы произнес Вердер, отпуская руку Гальнеккена, - только постоянно держись рядом, и не вздумай лезть вперед.
Ворота постоялого двора встретили их открытыми створками. Кто-то недавно пытался бежать с постоялого двора на лошади – полуобглоданный конский труп лежал в трех шагах перед выездом, человека нигде не было видно. В доме по прежнему продолжались беготня и раздавался грохот падающих предметов. Вердер решительно зашел во двор, выставив перед собой острый железный прут, точно боевую пику.
Дверь в дом оказалась запертой и Вердер вышиб ее одним пинком. Изнутри на него сразу же выскочило всклокоченное создание с синюшным лицом и алыми буркалами, в этом существе Галь-Рикки с трудом узнал старшую служанку Таниту, с которой он только недавно так мило здоровался. Гидеон встретил атаку мертвой твари ударом штыря, пробившего ей лоб. Стряхнув с крыльца корчившуюся в агонии демоницу, Вердер уверенно вступил в дом, оглядываясь по сторонам и втягивая ноздрями воздух, точно крупный хищник, почуявший на своей территории соперника.
- Тебе лучше от меня не отставать, - сухо велел он Галь-Рикки.
Внутри не осталось ни одного целого предмета мебели – переломанные столы и стулья валялись на полу, само здание тоже претерпело метаморфозы - вся конструкция покосилась, в стенах зияли здоровенные дыры. Дом как будто пережил хаотичный обстрел осадными орудиями. На полу обнаружились пара истерзанных трупов, по остаткам изорванной одежды в них можно было опознать мужчин из числа несчастных постояльцев, беспечно поверивших рассказам «зазывал», посылаемых Вилланом в обычные человеческие поселения. Других злополучных гостей города-мышеловки поблизости не наблюдалось.
Стоило им пройти несколько шагов по дому, как из-за угла на Гидеона и Галь-Рикки, яростно подвывая, кинулись двое жителей Виллана, мужчина и женщина, распахнувшие алчущие рты, с торчащими под разным углом заостренными зубами. Мужчине Вердер свирепым ударом прута проломил череп, а женщину пропустил мимо себя и мощным пинком спустил вниз с крыльца на заснеженный двор, тварь кубарем покатилась по мерзлой земле.
Со второго этажа опять раздался испуганный девичий крик, сопровождавшийся шумом борьбы. Вердер быстро взбежал вверх по лестнице, а Галь-Рикки поспешил за ним следом, чтобы не оставаться одному.
Посреди комнаты с сорванной с петель дверью, той самой комнаты, где их вчера так радушно и гостеприимно угощал ненастоящий, обманный Вайрат, русоволосая девчонка по имени Кейт боролась с коренастым карликом, количеству и остроте зубов которого позавидовал был почти каждый каланхеттский крокодил. Карлик с выпученными глазами подвывал, пускал тягучую слюну и пытался свалить девушку на пол, чтобы добраться зубами до ее шеи, но Кейт отчаянно сопротивлялась, отталкивая от себя тонкими, но видимо сильными руками, кошмарную зубастую образину. Вердер, не тратя драгоценного времени на рекогносцировку, вонзил железный прут в спину настырного уродца, проткнув его тело насквозь в области сердца, затем подняв его вверх, словно пойманную на острогу крупную рыбу. Следующим движением одноглазый вышвырнул низкорослого людоеда в окно с выбитой рамой, через которое задувал ветер, несший крупные снежинки. Поскольку прут застрял в теле жуткого карлика, Вердер временно остался без оружия.
Кейт смотрела на своих неожиданных спасителей широко распахнутыми глазами, ее губы дрожали, однако связи с реальностью отважная девчонка не потеряла.
- Галь-Рикки? Господин Вердер? Слава светлым богам, это вы! Что за ад здесь творится? – скороговоркой выпалила она, поочередно переводя взгляд с Вердера на Галь-Рикки и обратно. – Час назад тот невысокий человек, который вылетел в окно, смешил постояльцев внизу, а потом у него выросли зубы, и он укусил за лицо одного гостя, торговца тканями!
- Хилтов коротышка – оживший мертвец. Просто мы попали в демоническую мышеловку, - не стал ходить вокруг да около Гидеон Вердер, - теперь пора из нее как-то выбираться.
- Да-да, идем с нами, Кейт! – Присоединился к короткому обмену фразами Галь-Рикки. – Мы тебе поможем!
- Конечно я с вами, одна я не выберусь! Но, как же Клаус, мой троюродный брат? Он устроился в лавку неподалеку отсюда, ему тоже может грозить опасность! – Воскликнула девчонка. – Я и хотела сначала бежать к нему, когда все это светопреставление началось, но чудища сразу загнали меня в комнату, выбили дверь. Если бы вы не пришли вовремя…
Вердер покачал головой:
- Прости, девочка, но за твоим родственником мы не пойдем. Слишком опасно. Если бы ты знала, что я видел за последний час, поняла бы. Пусть твой Клаус выбирается сам, он ведь мужчина. Сейчас я заберу кузнечный молот из своего мешка, после чего мы втроем покинем дом. И да помогут нам на этих улицах светлые боги!
Продолжение следует...
Автор: В. Пылаев
Источник: https://litclubbs.ru/articles/62279-koldun-i-smert-glava-15-buistvo-demonov.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
