Уже несколько дней Санька отчаянно прятал глаза от отца…
На собрания в школу всегда ходил батя.
Все пацаны в 6-Б радовались, если батина смена совпадает с родительским собранием: как известно, из двух зол выбирают меньшее… Меньшим злом было – если подробный рассказ Таисии Павловны, классной 6-го Б, о драке с малоивановскими в балке за шахтным ставком – вместо контрольной по математике… – услышит мать, а не отец. Мать – что: ну, пошумит… поругается, пристыдит: мол, вон какой вымахал!.. Беессовестный! Отца скоро догонишь, а до сих пор не знаешь, что в школу учиться ходят… а не убегать с контрольной, чтоб подраться! Ну, за ухо дёрнет, подзатыльник даст… А к вечеру забудет: дел у неё, что ли, нет, – кроме как о драке помнить…
С батей – серьёзнее. Батя при случае и ремень снимет… А уж с надеждой на новый велик или на рыбалку с ночёвкой можно надолго распрощаться.
А Саньке Полунину нравилось, когда на собрания ходил отец.
Во-первых, батя никогда не рассказывал матери про драку… или про то, что пацаны из 6-го Б забрались на школьный чердак… не говоря уж о том, что Санька отловил большущую мохнатую гусеницу – в сентябре это было совсем не просто, посадил её на вишнёвую ветку, а ветку поставил в красивую вазу на учительском столе – перед уроком литературы. Раиса Владимировна больше всего на свете боится таких симпатичных гусениц. Что и требовалось: учительница побледнела, простучала каблучками от стола и вылетела из класса… А 6-й Б перевёл дыхание: вчера после уроков ходили на ставок, а на обратном пути свернули к качелям в дубках… И как-то быстро наступил вечер, а на следующий день в школе, на перемене перед уроком литературы, выяснилось, что план по былине «Илья Муромец» составила только Ирка Романихина. В 6-м Б хорошо знали, что ни к классной, ни к завучу Раиса Владимировна не пойдёт: ей было стыдно, что она так боится гусениц… А пока Раиса Владимировна у открытого окна в коридоре приходит в себя от увиденной художественной композиции в центре учительского стола, из Иркиной тетрадки вполне можно было перекатать план. Ирка оглядывалась со своей первой парты, яростно напоминала:
- Не списывайте слово в слово!!! Изменяйте!
Потом Ирка шла за учительницей, извещала, что Полунин в открытое окно поднёс ветку с гусеницей к кусту роз, и гусеница благополучно перебралась на листочек… А ещё Ирка серьёзно убеждала Раису Владимировну, что гусеница сама заползла в класс: наверное, почувствовала, что скоро пойдут дожди, и решила спрятаться. Вот как в природе всё разумно устроено!
А во-вторых, батя никогда не ругался… И не отменял поездку на рыбалку. На материны расспросы – как дела у их шестиклассника, отец опускал ладонь на Санькину голову и отвечал:
- Санька у нас молодец. По физкультуре одни пятёрки. И по труду тоже. Географию на четвёрку исправил.
А потом выбирал момент, когда они с Санькой оставались одни – огород копали или в гараже мотоцикл ремонтировали – и между делом вспоминал, что они тоже дрались с малоивановскими… Кивал на рассеченную Санькину бровь:
- Дело знакомое. Заживёт.
Санька переводил дыхание: хорошо, – мать поверила, что веткой, случайно… А батя говорил:
-Вечером за математику сядем: математичка сказала, что писать контрольную теперь после уроков будете.
А в конце сентября Ольга Петровна, математичка, ушла в декретный отпуск, и математику в 6-м Б стала преподавать новая учительница, Лилия Михайловна.
На первом же уроке Лилия Михайловна подняла взгляд от классного журнала, с интересом переспросила:
- Полунин?.. – Задумчиво улыбнулась: – Можно и не спрашивать: отцовское повторение. Ты же у нас Александр Сергеевич?
Санька кивнул:
- Сергеевич.
До самого звонка на перемену как-то неясно тревожило непривычное любопытство учительницы: время от времени Лилия Михайловна исподлобья, внимательно взглядывала на Саньку, чему-то улыбалась…
Дома, за ужином, Санька рассказал бате с матерью, что теперь у них новая математичка. В 6-м Б её уже Лилией называют - без отчества Михайловна... Мать быстро взглянула на отца и почему-то опустила глаза. А батя попросил:
- Танюш, положи мне ещё вареников. – А Саньке объяснил: – Лилия Михайловна, значит… Выходит, в юности мы с твоей учительницей были знакомы.
А дальше – Лилии Михайловне очень понравилось вызывать к доске Саньку Полунина. Математик из Саньки, прямо скажем, так себе… Уверенно решать задачи получается, когда батя рядом сидит. А Лилия Михайловна спрашивала Саньку на каждом уроке. И хватает же терпения – смотреть, как он краснеет у доски, как прислушивается к отчаянным Иркиным подсказкам!..
В 6-м Б переглядывались: ничего себе!.. Только вчера Лилия Михайловна поставила по двойке в дневники Толику Дёмину и Ирке Романихиной. Тольке – за то, что в задаче запутался, а Ирке – за подсказку… А тут – будто не слышит громкого Иркиного шёпота, не видит, как Ирка приподняла над партой тетрадный листок, на котором крупными буквами написан распределительный закон умножения: (а+b)с = ас+bc.
Лучше бы Лилия Михайловна и Саньке двойку в дневник поставила!..
А она в конце урока остановилась у Санькиной парты, положила руку на его плечо:
- Скажи отцу, чтоб в школу зашёл. Мне с ним поговорить надо.
Санька шевельнул плечом, угрюмо бросил:
- Батя в первую завтра.
Лилия Михайловна улыбнулась:
- Что ж… Скажи, – пусть зайдёт, когда во вторую… или в третью будет работать.
В Санькином взгляде мелькнуло неприкрытое: угу… Жди! Скажу!
И решил Санька, что отцу незачем встречаться с математичкой. Не ремня боялся… Вспоминал мамин взгляд, и… не хотел, чтоб батя пришёл в школу.
Санька очень любит слушать, как отец рассказывает про школу, вспоминает свой класс и учителей, горный техникум… Про Лилию Михайловну батя никогда не вспоминал, лишь безразлично заметил, что в юности они с нею были знакомы.
И Санька смутно догадывался: Лилия Михайловна хочет встретиться с отцом вовсе не затем, чтоб рассказать про невыполненные домашние задания… или про списанную у Ирки самостоятельную. Математичке зачем-то надо напомнить бате о том времени, когда они были знакомы.
И они встретились…
Батя сам зашёл в школу. Калмыков, директор шахтоуправления, сказал, что надо помочь обустроить школьную спортплощадку. Санька увидел батю с физруком в коридоре – обрадовался, собрался подлететь к отцу и сказать про турники, чтоб обязательно… И в ту же минуту другое увидел: батя оглянулся на математичку… а она оглянулась на него.
Вместо того, чтоб идти на географию, Санька притаился у окна в кабинете литературы: третьего урока здесь не было, а Раиса Владимировна со своей подружкой, школьным библиотекарем Анной Алексеевной, пили в учительской чай.
Санька видел, как отец остановился в школьном дворе, не спеша достал сигареты, – словно ждал кого-то.
И Лилия Михайловна вышла к нему.
Закурить батя забыл.
А Лилия Михайловна улыбнулась:
-Ты без лилий?
Отец серьёзно объяснил:
- Отцвели уже. До весны… подождёшь?
Лилии?..
Мама любит ромашки – полевые, садовые… И Санька с батей любят дарить ей ромашки.
Лилия Михайловна поправила модную стрижку, пожала плечами:
-Подожду… если ты хочешь. – И рассмеялась: – Я на минуту, – увидеть тебя… поздороваться. Ты же не догадался подойти в коридоре. А у меня, вообще-то, урок.
-Хочешь… я подожду тебя, – повторил отец её слова.
-Хочу. Только не сегодня. У нас педсовет – это допоздна.
Видно, у них… у отца с Лилией Михайловной, есть о чём вспомнить?..
Санька прятал от бати глаза…
Ещё недавно он больше всего не любил, когда отец работал во вторую: в эти дни они с батей виделись лишь утром. То ли дело, – когда отец с первой вернулся, или когда ему аж в третью или в четвёртую – целый день дома. Можно было и домашнее по математике сделать, и в гараже повозиться, и сходить с батей на речку или в балку.
Теперь было легче, если отец уходил на шахту во вторую смену… и домой возвращался глубокой ночью.
А тут ещё и первая четверть закончилась… И Таисия Павловна написала в дневнике про родительское собрание.
Продолжение следует…
Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6
Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11
Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16
Первая часть повести Вторая часть повести
Третья часть повести Четвёртая часть повести
Шестая часть повести Седьмая часть повести
Навигация по каналу «Полевые цветы» (2018-2024 год)