Недели за две до ПДР - предполагаемая дата родов, упекли меня в стационар. Прибыв в назначенный час с вещами в отделение, я оказалась в ином измерении. По коридорам утиной походкой гуляли женщины в пёстрых халатах, каждая придерживает руками круглый живот, словно опасаясь расплескать драгоценное содержимое. Все разговоры только об одном - когда? Душа моя возрадовалась - гадкий утёнок встретил стаю больших, красивых птиц и тут же был принят и обласкан. Как здорово, всё-таки, находиться среди себе подобных. В палате нас пятеро. По вечерам армянка Гаянэ вынимает из тумбочки запретный электрический чайник. Старый больничный стол в мгновение ока превращается в скатерть-самобранку. Чего тут только нет - фрукты, печенье трёх сортов, колбаса, сыр, селёдка. Кормят нас неплохо - грех жаловаться, как сказала бы покойная тётя Клава. Но, что может сравниться с этими вечерним чаепитием посвящённых? Всех нас ждёт испытание, после которого жизнь изменится раз и навсегда. Это обстоятельство сближает