4 февраля 2015 года турбовинтовой ATR 72-600 авиакомпании TransAsia Airways начал взлёт в аэропорту Тайбэя (Тайвань). Он выполнял внутренний рейс. На борту находилось 5 членов экипажа и 53 пассажира.
Самолёт оторвался от полосы и устремился в небо. Но спустя минуту в кабине зазвучала сигнализация о неисправности правого двигателя. Затем, примерно на 500-х метрах, внезапно упала скорость набора высоты и сработало предупреждение об угрозе сваливания. Пилоты поняли, что самолёт потерял тягу и объявили тревогу. Лайнер, находясь над густонаселённым городом, начал резко снижаться. Запаса высоты чтобы вернуться в аэропорт не хватало.
Самолёт чудом избежал столкновения с высотными зданиями. Но при приближении к земле он вошёл в левый крен, задел левым крылом ограждение автомобильной эстакады и повредил ехавший по ней автомобиль.
Половина крыла оторвалась. Самолёт перевернулся и рухнул в реку. При ударе о воду он разломился на две части, при этом передняя полностью разрушилась. Пожара не возникло. Водитель и пассажир автомобиля получили ранения. На борту самолёта выжили только 15 человек (14 пассажиров и 1 стюардесса). Момент столкновения с автомобилем и эстакадой попал на видео.
Следователи долго не могли понять как современный самолёт с опытным экипажем мог упасть из-за проблем с всего лишь одним из двух двигателей. Каково же было их удивление, когда они установили, что оба двигателя на момент катастрофы были исправны. Однако, правый не давал тяги так как оказался зафлюгирован. То есть его лопасти были переведены в положение, исключающее вращение винта от набегающего потока. Это происходит автоматически в случае отказа двигателя для снижения сопротивления воздуха и минимизации потери скорости.
Так как все пилоты погибли, специалисты восстанавливали последовательность событий по данным “чёрных ящиков”. Там они обнаружили странности в работе систем правого двигателя. Изучив датчик, считывающий показания двигателя, следователи выявили его неисправность. Он передавал неверные данные, которые привели к автоматическому срабатыванию системы флюгирования правого двигателя и потере тяги. Но катастрофа не могла произойти только из-за этого. На одном двигателе самолёт способен не только держаться в воздухе, но и набирать высоту.
Данные о работе левого двигателя ATR 72 указывали, что в течение полёта происходило снижение его мощности, вплоть до отключения. Причём делалось это вручную. Чтобы выяснить что происходило в кабине пилотов и кто отключил рабочий двигатель, следователи внимательно прослушали записи речевого самописца. Они установили, что когда зазвучала сигнализация о неисправности правого двигателя, капитан выключил автопилот и взял управление на себя. После этого он неожиданно снизил тягу левого двигателя, а затем и вовсе его отключил. Вскоре второй пилот, не понимая логики решения командира, запросил перекрёстную сверку. Однако, капитан его проигнорировал и решил изменить курс для возвращения в аэропорт. В этот момент самолёт начал резко снижаться. Командир увидел, что оба двигателя не работают и осознал свою ошибку. Он произнёс: "я выключил не тот двигатель". Но было уже поздно.
Следователи изучили психологический профиль капитана. У него была отмечена высокая тревожность, плохой самоконтроль в экстремальных ситуациях и склонность к поспешным решениям. После срабатывания сигнализации о неисправности двигателя он не стал выполнять стандартные процедуры. Вместо этого он сосредоточился только на проблеме, не замечая показаний приборов и не слушая второго пилота. Это называется “туннельный эффект”. Также капитан был плохо знаком с ATR 72-600, налетав на нём всего 250 часов.
Выяснилось, что если бы он не отключил автопилот, самолёт продолжил бы спокойно набирать высоту и катастрофы скорее всего удалось бы избежать.
"Расследования авиакатастроф" в Telegram