"Это дoнецкий кондиционер" - смеётся подруга и скидывает мне фотографию окна в тренажёрном зале, где она занимается.
Довольно распространённая ситуация с окнами в зоне бoевых действий. После какого-то очередного прилёта осколки смели, а то что осталось в оконной раме и трогать не стали. Но зима близко, придётся латать.
Что я узнала о своей подруге? Она смелая! Болтается по Дoнецку свободно, ходит в ночные заведения, гуляет по вечернему парку. И так же ведут себя тысячи людей, которые отвергая риск, игнорируя его, живут самой обычной, суетливой жизнью на улицах родного города, который не искал известность, но стал знаменит ещё в 2014 году. Здесь жизнь и смeрть ходят рука об руку.
Вспомнила я забитые окна квартиры в Ки eвском районе, в том самом, который граничит с дoнецким аэропортом. Там жил мой брат с женой и маленькой дочкой. Безумие какое-то!
Я у них задержалась на 2 недели, пока помогала моей бывшей начальнице открывать ювелирный отдел в ТРЦ "Дoнецк-Сити". Я тогда уже знала, что еду работать в Крым, это был мой первый сезон, но я не смогла отказать бывшей начальнице, она меня очень просила. Открыла, обучила двух девочек и потом уехала, но до этого пару недель прожила в одном из самых неблагополучных районов города.
Даже не знаю откуда во мне бралась эта смелость - идти по пустынному Киeвскому проспекту, мимо сгоревшего рынка, мимо продырявленных домов, слушая звуки боя в стороне Авдеевки, вспоминая кадры пoгибших на этих улицах, вспоминая горящие автомобили и побитые автобусы.
25 маршрут не доезжал до конечной, я уже не помню на какой остановке высаживали пассажиров, но дальше ему ехать было небезопасно, дальше я шла пешком.
Я спала там ужасно. Ночью бои усиливались. Когда ты живёшь в тылу, а потом перебираешься в такой громкий район, это очень нервирует и пугает. Несколько раз мы подскакивали среди ночи. Я падала возле кровати, боясь пошевелиться, а брат с женой и ребёнком бежали в коридор.
В доме, в котором мы жили, тоже были дыры от попавших туда снарядом, и два выгоревших этажа.
Но там продолжали жить люди, а молодёжь допоздна засиживалась на лавочках. Магазины работали, общественный транспорт ходил. Редко, но он был.
Из одного незабитого окна, там осталось стекло, я видела сгоревший магазин.
Я помню, что мне было страшно, но также я помню, что вырабатывалась какая-то привычка находиться в состоянии постоянной опасности. Весь обращаешься в слух. Я бы ни за что там не жила, но у меня не было денег снять квартиру в безопасном районе, да и вообще с деньгами в ДHР было очень сложно.
Мы жили ближе к аэропорту и Авдеевки, тишина там была редкостью. Я считала дни, когда закончатся эти две обещанные мной недели. Не помню уже почему брат жил именно в этом районе. Квартиры дешевле? Не знаю. Но долго они там не прожили. Брат перебрался в общежитие в Калининском районе, поменял работу, а жена с ребёнком переехали жить к моей маме. Потом туда и брат вернулся, нашёл работу в городе.
Впечатления об этом районе у меня остались яркие, но тревожные. Каким облегчением было уехать в Крым и знать, что ты в безопасности. Что ты можешь смело идти по улицам, не прислушиваясь, не вглядываясь в небо, не дёргаться от звука захлопнувшейся двери. Отстраниться от "плюсов" и "минусов" и просто жить.