Если верить Георгу Гегелю, величайший парадокс его успеха состоит в том, что он предопределён в отношении будущих неудач.
Гегель, несомненно, принадлежит к числу людей, больше всего заслуживающих разговорного образа философии как бессмысленной, бессвязной болтовни.
И хотя его критики считают немецкого мыслителя крёстным отцом тоталитарных режимов 20-го века, масштабность и двусмысленность его речей означают, что возможны гораздо более интересные интерпретации. То же самое и с одной из самых известных гегелевских конструкций:
Отношениями между господином и рабом
Чтобы понять это, давайте возьмём пример двух фотографов.
- Первый – делает фото на паспорт. Это, пожалуй, наименее творческий вид фотографии — правила точно регламентируют, как она должна выглядеть, какие должны быть пропорции лица на фото и т. д. Роль автора — только завершить процедуры.
- Второй фотограф — художник. Его цель — создать фотографию, которая будет выставлена в галерее и будет отмечена наградами на конкурсах. Здесь размах возможностей творца огромен. Он может решить остаться в рамках художественной условности или попытаться перейти к авангарду.
Ключом к пониманию разницы между двумя типами фотографов является понимание их отношения к миру.
Первый прекрасно понимает, что и как нужно делать. Он в некотором смысле хозяин положения, которое не требует от него ничего нового и которое его ничем не удивит. Он прекрасно знает, какого результата добьётся, выполняя свою работу.
Второй же, в некотором смысле отстранён от результатов. То, чего ему удастся добиться, во многом диктует его удача и условия, в которых он окажется. В отличие от «рабочего», он не хозяин положения, а его раб.
Несколькими сотнями лет назад Декарт считал, что
Знание о собственном существовании является чем-то ясным и очевидным и может быть выведено посредством чистой дедукции.
Гегель был с этим категорически не согласен. По его мнению, человек (субъект) получает самопознание не очевидным путём, а вступая в отношения с внешними объектами (в том числе с другими людьми). Реагируя на другие элементы мира, мы обретаем самосознание. Но процесс отнюдь не гладкий.
По Гегелю, естественные отношения между человеком и другими — отношения господина и раба.
Каждый из нас пытается как-то «захватить» мир. Это может означать буквальное принуждение кого-то другого к рабскому труду вместо нас, но также может, как я писал выше, создать условия жизни или работы, контроль за которыми лежит в наших руках.
Каждый из нас, будучи «хозяином» положения и создавая себе комфортные условия, со временем становится зависимым от них.
А раб? Он не в такой ужасной ситуации, как может показаться.
Правда, реальность, в которой он находится, кажется ему чуждой, но благодаря взаимодействию с ней он лучше познает её и движется в ней. По мере того как «хозяин» отращивает перья и становится всё слабее и слабее, раб может обрести самосознание. Маркс, как известно, опирается на эту нить, утверждая, что «порабощенный» класс постепенно достигает такого уровня сознания, чтобы совершить революцию против своих хозяев.
Реальность не столько «есть», сколько «происходит». Независимо от того, чувствуем ли мы себя хозяевами или рабами в своей жизни, это состояние не будет длиться вечно и может измениться.