«Объект 788» является одним из так называемых «призраков», которые никогда не были построены в металле, но оставившим значительный след в истории отечественного танкостроения. Подобных проектов за всё время существования военного машиностроения было немало, но каждый из них в своём роде нёс те или иные революционные решения. Давайте рассмотрим, что это была за машина, и как она повлияла на разработки?
История создания
В 60-х годах ХХ века советское танкостроение переживало настоящий «бум» — в горниле Холодной войны «ковались» новые модели боевой техники. Военным нужна было срочно заменить устаревшие или устаревающие танки, побуждая инженеров генерировать идеи по усилению военной мощи СССР. Не оставались в стороне и ВДВ — будучи обособленным родом войск, они нередко требовали от КБ различных заводов отдельную технику, мотивируя это требованиями по авиатранспортировке. Да, отсутствие на вооружении ВДВ крупнофюзеляжных грузовых самолётов накладывало некоторые ограничения — распространённые в то время Ан-12 поднимали не более 20 тонн груза, а также имели довольно скромные внутренние габариты. Ил-76 свой первый полёт совершит спустя шесть лет после описываемых в этой публикации событий, Ан-124 и того позже.
Требования командования ВДВ к новому лёгкому танку были объективными — стоявший на вооружении лёгкий танк ПТ-76 к 1969 году окончательно устарел, но продолжал использоваться в силу того, что другого вооружения не было. БРДМ и БМД-1, которые стояли на вооружении ВДВ, тоже не совсем отвечали требованиям современных боевых действий. «Войскам дяди Васи» требовался свой ОБТ, который можно не только перевозить при помощи авиатранспорта, но и сбрасывать в нужном месте с парашютом — того требовала новая тактика применения воздушно-десантных войск. К тому же, 76-мм пушка Д-56Т, которой были вооружены танки ПТ-76, на тот момент не представляла опасности для боевой техники стран-участниц НАТО, ибо не обеспечивала гарантированного пробивания брони танков. Говорить о броне, которой по современным меркам, уже не существовало, уже не приходится. Под этим «соусом», министр обороны СССР Гречко личным приказом инициировал старт масштабной программе по созданию принципиально нового лёгкого танка для ВДВ. Требования к нему были жёсткими и во многом противоречивыми — танк требовалось всунуть в массу 15 тонн для возможности десантирования с самолёта, вооружить 100-мм орудием, способным бороться с танками, и при этом ему следовало иметь высокую подвижность как на суше, так и на воде. В ходе этой программы и был разработан герой нашей публикации — «Объект 788».
К участию в конкурсе были привлечены три мощнейших конструкторских бюро — ЧТЗ, ВгТЗ и КМЗ, которые уже неоднократно демонстрировали свои проекты, причём достаточно реалистичные в плане постройки опытных экземпляров. КБ Челябинского тракторного завода, имевшее колоссальный опыт создания тяжелых танков (серия тяжёлых танков ИС, Т-10) и средних машин (Т-34 в различных модификациях), подошло к задаче с позиций своей традиционной школы — их проект получил индекс «Объект 788», все работы по нему были закончены в достаточно сжатые сроки, и уже к 1971 году завод представил эскизы, проектную документацию и макеты. Однако именно на этом этапе стали очевидны просчеты челябинцев — в отличие от своих конкурентов, волгоградского «Объекта 934» и курганского «Объекта 685», челябинский проект оказался наименее новаторским в части амфибийных и десантных возможностей. Главной проблемой нового танка стало «игнорирование» требований по установке ПТРК «Фагот» или его аналогов — военные просили если не устанавливать его сразу, то хотя бы оставить шанс на его установку в будущем. В условиях, когда на возможных полях сражений будущего от установки ПТРК мог зависеть исход боя, игнорировать такие требования было довольно глупой затеей. Хотя, можно предположить, что конструкторы «Объекта 788» стремились максимально упростить конструкцию, идя по пути «меньше инноваций и техники — выше надёжность».
Требования к новой машине менялись довольно быстро — одним из ключевых была установка движителя для передвижения по воде. Стремясь упростить конструкцию, челябинские инженеры отказались от водомётных установок, надеясь на использование гусеничных движителей — по такому пути шли авторы первых машин-амфибий как в Великобритании (Mark D, Vickers L1E3), так и в СССР (проектный Т-33 «Селезень» и не менее проектный Т-41, который изначально планировался без винта). Однако при этом способе достичь желаемых военными 12 км/ч было почти нереально из-за высокого сопротивления водной среды и малой площади «лопаток» гусеничного движителя. И последним пунктом, который стал ещё одной причиной для отказа от разработки, стало требование по установке оборудования для самоокапывания танка — челябинцы его то ли не хотели разрабатывать и устанавливать, то ли не успели. Отсутствие водомётов и бульдозерного отвала было серьёзной причиной для отказа от проекта, после чего разработку «Объекта 788» прекратили. В металле он построен никогда не был, оставшись лишь на чертежах
Описание конструкции
Конструкция «Объекта 788» представляла собой компромисс между строгими ограничениями по массе авиадесантируемой техники и требованиями по высокой огневой мощи. Танк разработан по классической компоновочной схеме — отделение управления в носовой части, боевое отделение в центре и моторно-трансмиссионное отделение в корме. Такая схема обеспечивала оптимальное распределение масс, а также удобство обслуживания агрегатов двигателя и трансмиссии. Однако специфика легкого плавающего танка накладывала свои отпечатки на геометрию корпуса, который должен был обладать хорошей обтекаемостью для движения в водной среде.
Бронированный корпус и башня
Основой защиты «Объекта 788» являлся сварной бронированный корпус, который стал в некотором роде «камнем преткновения» — учитывая лимит боевой массы в 15 тонн, конструкторы стояли перед сложным выбором материала брони. В этот период в советском танкостроении активно внедрялись алюминиевые бронесплавы (например, АБТ-101 или АБТ-102), которые использовались на БМД-1 и БМП-1, позволяя при той же массе обеспечить большую толщину деталей и, как следствие, большую жесткость конструкции при сопоставимой пулестойкости. Однако челябинская школа в некотором роде ортодоскальна и по традии тянулась к стальной броне высокой твердости. Да, это не позволяло уложиться в ограничения по массе, но избавляло от лишних работ и разработок способов соединения листов (как в случае с «Судьёй»). Вероятно, корпус «Объекта 788» мог быть выполнен из стали с большими углами наклона бронелистов, либо иметь комбинированную конструкцию с использованием легких сплавов.
Согласно требованиям военных, лобовая проекция танка должна выдерживать попадание 23-мм бронебойных снарядов. Это требование было продиктовано широким распространением на Западе автоматических пушек такого калибра (например, на зенитных установках и легкой бронетехнике). Для обеспечения такой стойкости при малом весе верхняя лобовая деталь должна была иметь очень большие углы наклона (близкие к рикошетным), формируя характерный «щучий нос» или клиновидную форму носовой части. Бортовая и кормовая броня рассчитывались на защиту от 12,7-мм бронебойных пуль, что позволяло машине действовать в условиях огня крупнокалиберных пулеметов противника. Корпус был герметичным для обеспечения плавучести, а также оснащался системой защиты от оружия массового поражения (ПАЗ), создающей внутри избыточное давление и фильтрующей поступающий воздух.
Башня танка, скорее всего, строилась по образу и подобию аналогичного узла от Т-54/55, но имела более приплюснутую форму. В её обитаемой части должны были помещаться два члена экипажа, автомат заряжания и орудие с частью боекомплекта. Также внутри собирались разместить приводы вращения башни, набор оптических приборов для наблюдения за местностью и наведения пушки.
Вооружение
Главным калибром «Объекта 788» стала опытная ещё 100-мм нарезная пушка Д-33. Разработка этого орудия велась специально для лёгких танков и боевых машин десанта на базе Д-10, штатной пушки для целого ряда серийных танков и САУ. Выбор калибра 100 мм был не случайным — он обеспечивал унификацию по боеприпасам с танками Т-54 и Т-55 и позволял эффективно бороться как с пехотой (осколочно-фугасными снарядами), так и с бронетехникой при помощи кумулятивных и подкалиберных боеприпасов. Пушка Д-33 оснащалась дульным тормозом щелевого типа для снижения отдачи, минимизируя её воздействие на облегчённое шасси, а также эжекционной системой продувки канала ствола.
Вспомогательное вооружение включало спаренный с пушкой 7,62-мм пулемёт ПКТ. Кроме того, на башне предусматривалась установка 12,7-мм зенитного пулемёта (вероятно, НСВТ «Утес») для борьбы с низколетящими целями и подавления живой силы в укрытиях. Однако самым заметным пробелом в системе вооружения «Объекта 788» стало отсутствие ПТРК — техзадание прямо требовало наличия комплекса 9К111 «Фагот», переносного ПТРК второго поколения с полуавтоматическим наведением по проводам, эффективный на дистанциях до 2000–2500 метров. Его присутствие позволяло лёгкому танку бороться с целями, которые находились за пределами дальности прямого выстрела пушки или имели броню, непробиваемую для штатных снарядов к Д-33. Отказ челябинских инженеров от интеграции ПТРК (возможно, из-за отсутствия места в боевом отделении или нежелания усложнять конструкцию пусковой установки) стал одной из главных причин фиаско проекта. В то время как конкуренты (в частности, «Объект 934») прорабатывали варианты установки ПУ внутри или снаружи, «Объект 788» остался чисто артиллерийским танком, что в глазах военных выглядело анахронизмом.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Подвижность «Объекта 788» обеспечивалась дизельным двигателем УТД-23М мощностью от 350 до 400 лошадиных сил. В некоторых источниках упоминается использование «плоского» 6-цилиндровой многотопливной установки (имеется в виду оппозитный двигатель по типу 2В-06), позволяющей уменьшить высоту корпуса в кормовой части. Удельная мощность машины при массе в 15 тонн составляла порядка 26,5 л.с./т, что является отличным показателем даже по современным меркам, гарантируя высокие разгонные характеристики и маневренность.
Трансмиссия, по проекту механическая, с гидравлическими сервоприводами управления для облегчения работы механика-водителя. Ходовая часть базировалась на независимой торсионной подвеске. Учитывая опыт ЧТЗ и требования к плавности хода при стрельбе, подвеска должна была быть энергоёмкой, с использованием гидравлических амортизаторов на крайних узлах. Гусеничные ленты имели развитые грунтозацепы для движения по бездорожью.
Ключевой проблемой ходовой части стало обеспечение движения на воде. Требование техзадания о скорости 12 км/ч на плаву диктовало необходимость использования водомётных движителей, которых не устанавливали даже в проекте. Движение на воде предлагалось осуществлять за счёт перематывания гусениц — этот способ, хотя и более простой конструктивно (не требует лишних агрегатов), обладает низким КПД. Гусеницы создают турбулентные потоки, которые не позволяют развить высокую скорость (обычно предел — 5-7 км/ч), и обеспечивают худшую управляемость в сравнении с водомётами. Это техническое решение шло вразрез с требованиями заказчика, желающего получить машину, которая способна быстро преодолевать широкие водные преграды с ходу.
Приборы наблюдения и связи
Комплекс приборов наблюдения «Объекта 788» соответствовал технологиям начала 1970-х годов. Командир танка располагал вращающейся командирской башенкой с перископическим прибором наблюдения (типа ТКН-3), который обеспечивал круговой обзор и возможность целеуказания наводчику. Прибор имел ночной режим, работающий с активной подсветкой от инфракрасного прожектора, установленного на башне. Наводчик использовал телескопический шарнирный прицел для ведения огня из пушки и спаренного пулемета. Важным элементом системы управления огнем должен был стать лазерный дальномер, значительно повышавшего точность стрельбы. Механик-водитель оснащался приборами наблюдения для вождения по-походному и по-боевому, включая приборы ночного видения (ТВН-2 или аналоги).
Связь обеспечивалась ультракоротковолновой радиостанцией Р-123 (или ее модификацией Р-123М), которая была стандартом для советской бронетехники того периода. Она позволяла поддерживать устойчивую связь с командиром подразделения и взаимодействующими машинами. Внутренняя связь между членами экипажа (командиром, наводчиком и механиком-водителем) осуществлялась через танковое переговорное устройство Р-124.
Заключение
История проекта «Объект 788» — это хороший пример того, как консерватизм в технических решениях может привести к проигрышу даже при наличии мощной производственной и конструкторской базы. Челябинский тракторный завод, являясь флагманом советского танкостроения, предложил машину, которая, будучи добротной по классическим меркам (мощная пушка, надежный двигатель), не соответствовала духу времени и специфическим требованиям десантной операции.
Отказ от проекта на ранней стадии конкурса был обусловлена объективными факторами — неспособностью обеспечить требуемые боевые и динамические характеристики. Военные сделали ставку на более сложные, но перспективные машины конкурентов — «Объект 934» и «Объект 685», которые хоть и не пошли в крупную серию в своем исходном виде, но стали технологическими донорами для будущих поколений техники, таких как БМП-3 и СПТП «Спрут-СД». «Объект 788» остался «бумажным тигром» челябинской школы — напоминанием о жёсткой конкуренции внутри советского ВПК и о том, что в гонке вооружений побеждает тот, кто не боится внедрять инновации, даже если они требуют усложнения конструкции. Для исследователей военной истории этот проект ценен как недостающее звено, позволяющее полностью восстановить картину поиска идеального легкого танка эпохи Холодной войны.
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!
Подписывайтесь также на Телеграм-канал - в нём можно узнавать о выходе новых публикаций.