Людмила глубоко вздохнула и собралась с мыслями. Все с самого начала? Про шторы? Юбилей? Свитер? Это прозвучит как бред обиженной девчонки.
- Лена стала любовницей моего отца. – решила она начать с главного. Того, что нельзя списать на женскую мнительность.
Марина медленно повернула голову и посмотрела на нее. В ее глазах никакого удивления, только усталое горькое узнавание.
- Всего-то? – она криво усмехнулась. – Дешевый трюк. Это даже не уровень Петровой.
Людмила опешила.
- В смысле?
- В моем случае она развалила мой брак и даже не переспала с моим мужем. Поступила гораздо изящнее. Она элементарно убедила его, что я изменяю ему с нашим коммерческим директором. Подбросила пару «случайных» чеков из кафе, оставила «забытый» мужской галстук в машине. Муж подал на развод через три месяца, а я даже не поняла, что произошло. Думала, у него кризис среднего возраста.
Людмила слушала, и по ее коже бежали мурашки. Все оказалось еще страшнее, чем она представляла.
- Но это еще не все. – снова заговорила Людмила, и ее голос дрогнул. – Лена сделала так, что моя мать… Она считает ее своей спасительницей, своей лучшей подругой, своей второй дочерью. Она изгнала меня из дома и сменила номера телефона, чтобы я не могла до нее дозвониться. Мать выбрала Лену, а не меня.
Вот тут в глазах Марины что-то дрогнуло. Она перестала усмехаться. Ее взгляд стал свирепым и сфокусированным. Она смотрела на Людмилу так, словно наконец увидела в ней не наивную дурочку, а такую же потерпевшую.
- Вот. – сказала она тихо. – Это уже ее почерк. Разрушить все, а потом прийти на руины в белом пальто и начать «спасать» выживших. Она не только забирает твое, она заставляет твою семью благодарить ее за это.
Марина помолчала и глядела на реку. Ветер трепал ее короткие волосы.
- Я думала, я одна такая. – сказала она почти шепотом. – Считала себя старой дурой, что позволила обвести вокруг пальца. А Лена, оказывается, серийная.
Марина повернулась к Людмиле. Дистанция между ними, казалось, сократилась.
- Чего вы хотите от меня, Людмила? – спросила она уже не враждебно. - Сочувствия? Но оно вам не поможет. Вы хотите ее уничтожить?
Этот вопрос повис в холодном воздухе. Он прямой, безжалостный и требовал такого же ответа. Людмила на мгновение растерялась. Она не думала в таких категориях. Она хотела вернуть, исправить, доказать.
- Я стремлюсь, чтобы мама узнала правду. – наконец сказала она. – И надеюсь вернуться в семью.
Марина посмотрела на нее с горькой, почти материнской жалостью.
- Послушайте внимательно. – и в ее голосе впервые прозвучали теплые нотки. – Нельзя возвратить то, чего, возможно, никогда и не было. И невозможно заставить человека узнать правду, если он отчаянно хочет верить в ложь. Ваша мать… Она не жертва Лены, она ее главный союзник.
Людмила порывалась возразить, но промолчала. В глубине души она знала, что Марина права.
- Уничтожить. – повторила Марина задумчиво, и словно смаковала это слово. – Я пыталась. После того как меня уволили, я написала письмо генеральному директору. Собрала все, что могла. Служебные записки, свидетельства коллег, которые шептались за спиной, но боялись говорить вслух. Я описала все манипуляции Лены, всю ее схему.
- И что? – с надеждой поинтересовалась Людмила.
- И ничего. – усмехнулась Марина. – Меня вежливо выслушали. Пообещали «разобраться». А через неделю я узнала, что Лена получила премию за оптимизацию работы отдела. Понимаете? Она не просто напакостила, она убедила руководство, что я неэффективный токсичный сотрудник и тянула всех на дно. А она свежая кровь, благодетельница. Лена переписала прошлое, и ей поверили. Ее версия оказалась удобнее.
Марина помолчала и продолжала.
- Но вот что самое смешное. Ее триумф продлился недолго. Я потом узнавала у бывших коллег, Лена продержалась в моем кресле чуть более года.
- Что случилось? - удивилась Людмила.
- Это оказалось легко спрогнозировать. Лена гениальная интриганка, но никудышная руководительница. Она умеет разрушать, а построить уже нет. Она перессорила весь отдел, показатели рухнули. И спустя год ее "попросили". Тихо, без скандала. Она попробовала захватить власть, но удержать ее силенок не хватило. Видимо, после этого Лена поняла, что карьера - это слишком сложно. А вот семья... Совсем другое. Я думаю, прошлая неудача сделала ее только злее и умнее. Теперь Лена неуязвима для прямых атак. Она как ртуть, пытаешься ее ударить, она растекается и собирается снова. Ее нельзя обвинить и победить. Над ней можно одержать верх, если лишить ее ресурса.
- Ресурса? – не поняла Людмила.
- В моем случае возможностью для нее оказалась моя должность, моя репутация, доверие начальства. В вашем случае – вера вашей матери и слабость отца. Пока они у нее есть, вы для нее обычная назойливая муха, которую легко прихлопнуть хлопушкой.
Собеседницы долго молчали. Людмила смотрела на эту сильную, умную, побежденную женщину, и впервые за долгое время почувствовала не одиночество, а что-то похоже на товарищество.
- Что Лена за человек? – тихо поинтересовалась Людмила. – Откуда она? Кто ее семья? Я пыталась найти, но ничего нет. Словно она появилась из ниоткуда.
Марина горько усмехнулась.
- О, я копала. Уже после, когда стало слишком поздно. Я потратила на это полгода своей жизни. Семья у нее есть, где-то в маленьком городке под Костромой. Мать-алкоголичка, отца она никогда не знала. Выросла в нищете, и, я так думаю, в вечном унижении. Она приехала в этот город двенадцать лет назад с одной целью. Выгрызть себе хлебное место. Она не хочет просто денег или статуса, она жаждет… Присвоить, украсть чужую, готовую правильную жизнь. С любящими родителями, с уютным домом, с семейными ужинами. Все то, чего она никогда не видела. Она не строит, а захватывает.
Рассказ Марины походил на историю страшной, неизлечимой болезни. Теперь все разложилось по полочкам.
- Так что же делать? – прошептала Людмила. – Если ничего не работает? Остается сдаться?
Марина посмотрела на собеседницу, и в ее глазах блеснул опасный огонек.
- Я сказала, что прямые удары бесполезны. Но я не проговорила, что альтернатива отсутствует. – она хитро прищурилась. Вы произнесли, ваша мать считает ее второй дочерью? А что случится с вашей матерью, если выяснится, что у Лены есть свои маленькие грязные секреты, которые она так тщательно скрывает?
Людмила не поняла.
- Какие секреты?
- Я не знаю. – призналась Марина. – Я тогда не докопала. У меня кончились силы. Но я наткнулась на одну странную вещь. Лена кому-то регулярно отправляла деньги. Не матери, а незнакомому человеку. И очень этого стыдилась. Но кто это я так и не вызнала. Может, это ниточка?
Она встала.
- Мой обед закончился.
- Подождите! – Людмила тоже вскочила. – Вы… Мне поможете?
Марина посмотрела на нее долгим, изучающим взглядом.
- Вернуть вашу семью? Нет. Это ваше дело. Но… - она достала из кармана визитку и ручку. Написала несколько слов на обратной стороне. – Я дам вам удочку. Вот. Это имя и телефон частного детектива. Недорогой, но толковый. Он мне тогда помогал информацию собирать. Скажете, что от меня.
Она протянула визитку Людмиле.
- И вот еще что. – добавила она на прощание. – Не пытайтесь переиграть Лену, не старайтесь перехитрить. Она всегда окажется на шаг впереди. Единственный способ ее победить – найти то, чего у нее нет.
- Так чего она боится?
- Правды. Голой, уродливой, документально подтвержденной. Найдите ее и ударьте один раз. Но так, чтобы не осталось камня на камне. Удачи.
Марина развернулась и пошла прочь.
Прошло еще две недели, и Людмила превратилась в тень за это время. Днем она работала, а ночи напролет проводила в интернете. Она сопоставляла факты, которые скупыми порциями присылал ей по электронной почте детектив Захар Андреевич. Людмила погрузилась в чужую вонючую жизнь. Это выматывало ее и одновременно придавало силы. Она занялась делом.
А в квартире ее родителей плавно, почти незаметно, изменялась погода. Поначалу Ирина Борисовна блаженствовала. Дом сиял чистотой, на столе всегда вкусный ужин. Муж стал тихим и покладистым. А рядом Лена, ее опора, утешение и идеальная дочь. Она наслаждалась этим покоем и безмятежностью, что воцарились после изгнания Людмилы.
Но постепенно праздность начала удушать ее. Первый звоночек раздался в среду. Ирина Борисовна собиралась к своей старой подруге Зое. Они договорились сходить в театр. Она надела свое любимое синее платье и принялась подкрашивать губы. В комнату вошла Лена.
- Ирочка, вы куда такая красивая? – спросила она с улыбкой.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12.