«Что означает концовка повести "Попытка к бегству"?» – такой заезженный заголовок тут был бы как раз уместен. Потому что именно в финале "ПкБ" Стругацкие использовали литературный приём, который даже по нынешним временам озадачивает читателя и вводит в некий ступор.
Это продолжение заметок о повести братьев Стругацких "Попытка к бегству". Начало здесь >>
"Сладость отказа от объяснений"
Речь идёт об эпилоге повести, из которого мы узнаём, кто такой Саул и почему его поведение с самого начала выглядело таким странным, то есть раскрывается та первая и основная тайна, создавшая интригу в сюжете. Также мы узнаём, куда он исчез потом и чем закончилась его история. "Попаданец" Саул из Мира Полудня, из XXII века, возвращается обратно в свой 1943 год, на территорию возле нацистского концлагеря, откуда он ранее сбежал. Он подстерегает на шоссе машину с немецкими солдатами, вступает в перестрелку и погибает.
Весь эпилог занимает буквально две странички. При этом читатель просто оказывается перед фактом такой "переброски" во времени, никаких объяснений тому, как он попал в будущее изначально и как вернулся обратно, не предлагается.
В одном интервью (в журнале "Литературное обозрение", 1988 год, № 9) Борис Стругацкий так рассказывает об этом:
«В "Попытке к бегству" мы применили приём, который до тех пор, по крайней мере, в советской фантастике, не применялся. Мы безо всяких объяснений взяли и перебросили человека из прошлого в будущее. Без всяких объяснений! Человек нового времени, наверное, не поймёт, какой это был революционный шаг. Сейчас кажется нормальным, дескать, понадобилось авторам, они и перебросили, а тогда такая постановка вопроса выглядела дикой – что значит понадобилось авторам?! А что всё-таки произошло?! Как оказался этот человек в будущем? Мы, конечно, понимаем, что это фантастика, но хоть какое-то объяснение должно же быть... Хоть какой-нибудь тоннельный переход или ещё что-нибудь. Ну, придумайте что-нибудь!..»
А позже, в "Комментариях к пройденному", БН добавит:
«...Это первое наше произведение, в котором мы ощутили всю сладость и волшебную силу ОТКАЗА ОТ ОБЪЯСНЕНИЙ. Любых объяснений – научно-фантастических, логических, чисто научных или даже псевдонаучных. Как сладостно, оказывается, сообщить читателю: произошло ТО-ТО и ТО-ТО, а вот ПОЧЕМУ это произошло, КАК произошло, откуда что взялось – НЕСУЩЕСТВЕННО! Ибо дело не в этом, а совсем в другом, в том самом, о чём повесть.»
В дальнейшем это станет частью фирменного почерка Стругацких – недоговорённость, неясность, неопределённость предлагаемых обстоятельств. Но именно в "ПкБ" это появляется впервые и сразу в такой радикальной и концентрированной форме. Объяснение не просто не даётся, не просто остаётся неизвестным читателю, оно в принципе отсутствует даже в самом мире произведения!
Этот приём с отказом от объяснений может показаться спорным. Польский исследователь творчества АБС Войцех Кайтох, например, считал его "очевидной художественной ошибкой", упрекая авторов в том, что они внесли в научно-фантастическое произведение "неожиданно чудесную, сказочную мотивацию", то есть разрушили жанровую целостность. То, что начиналось как научная фантастика, вдруг впустило в себя сказочный элемент.
С таким взглядом, впрочем, совершенно не обязательно соглашаться. Смешение жанров, непривычное, может быть, для читателя той поры, тем не менее уже успешно применялось в фантастике. "Планета обезьян" Пьера Буля, вышедшая годом позже "Попытки к бегству", объединяла в себе элементы фантастики и социальной сатиры, да и раньше наверняка можно найти подобные примеры ("Война с саламандрами" Карела Чапека, скажем). То есть не само по себе смешение жанров является "противозаконным", а смешение таких "ингредиентов" или в таких пропорциях, что винегрет оказывается несъедобным (да простит читатель кулинарную метафору). Например, неудачным образцом подобного "винегрета", на мой вкус, является популярный современный сериал "Разделение" (о нём был здесь большой пост).
Но в случае с "ПкБ" и "винегрета", собственно, никакого нет. Есть буквально один элемент, один приём, который не укладывается в традиционные правила литературной научно-фантастической игры, в том числе заданные самими АБС в своих предыдущих произведениях. Например, их ранние рассказы часто завершались именно научными (научно-фантастическими) объяснениями предъявленной ранее тайны.
Даже внутри самой "ПкБ" все прочие загадки и странности находят какое-то объяснение, пусть это объяснение не всегда подробное, полное и ясное, пусть это даже просто намёк, как с "Дорогой машин". И тут вдруг в финале повести такой разрыв шаблона, такое обескураживающее нарушение читательских ожиданий.
Кстати, можно вспомнить, что у Стругацких уже был ранее пример загадки без разгадки, этакого аналога пустого чёрного ящика из "Что? Где? Когда?", как в известном вопросе про серсо.
Это загадка Жилина об одноногом пришельце из "Стажёров". Там речь идёт о том, как в одной недавно открытой археологами пещере наряду со следами босых ног первобытных людей обнаружили след ботинка, один-единственный, в самом центре пещеры. Слушатели-космолётчики, развлекаясь, предлагают разные "логически непротиворечивые гипотезы", кто мог бы оставить этот след (версии: пришелец, европеец, неизвестное животное, – но все они признаются неудовлетворительными).
Уже после обсуждения Жилин добавляет, что "честно говоря, там было два следа. <...> Второй след был на потолке, в точности над первым". А заканчивается вся эта история чьим-то криком в коридоре:
— Иван! Есть еще одна гипотеза! Там, в пещере, не было никакого Пришельца. Был только его ботинок.
В общем, мало того, что загадка остаётся без разгадки, так ещё складывается полное впечатление того, что она и не имеет ответа, что "чёрный ящик" пуст.
В "ПкБ" такая "безответная пустота" вторгается уже в плоть самого сюжета. Мне не кажется это элементом сказочного и чудесного, как считает Кайтох. В сказке чудо – содержательный элемент, это не просто отсутствие объяснения. В сказочном мире чудо разлито повсюду, оно существует по законам этого мира и может являться достаточным объяснением происходящих необычных вещей, даже если нет других мотиваций и связей. В "ПкБ" нет ни одного намёка на чудесную, волшебную природу перемещения Саула из прошлого в будущее и обратно. Да, мы помним, что в формуле Стругацких "чудо – тайна – достоверность" чудо присутствует, но чудом у них называется фантастический элемент, и, более того, как уже было сказано, ни фантастического, ни какого-либо иного объяснения перехода во времени в повести просто не даётся. Подобным образом впоследствии в "Граде обреченном" будет отсутствовать объяснение механизма переброски героев в Город из разных временны́х моментов, что, тем не менее, не даёт оснований говорить о сказочном элементе. Так что, по сути, об упомянутом смешении жанров здесь речь даже не идёт, от силы можно говорить о нарушении жанровых конвенций.
Похожим образом, например, Агата Кристи в "Убийстве Роджера Экройда" нарушила законы детективного жанра, сделав убийцу рассказчиком. И, что любопытно, это был всего лишь её третий роман о Пуаро, то есть и Кристи, и Стругацкие, находясь ещё, по большому счёту, в начале творческого пути, только освоившись с законами жанра, тут же начинают экспериментировать с ними и испытывать их на прочность.
Разрушает ли это целостность восприятия повести? Делает ли "винегрет" несъедобным? Для меня скорее нет. Мир, созданный в "ПкБ", пожалуй, содрогнулся, но удержался, не рассыпался и не превратился в пародию. Нарушение одного правила не перевернуло с ног на голову и даже не поставило под сомнение смыслы и чувства, возникающие при прочтении, о которых говорилось в предыдущих заметках. А кроме того, нарушение этого правила оказалось проявлением другого, старшего правила и даже закона. Подобно тому, как в сказке всегда незримо присутствует чудо (волшебство) в качестве фундаментального закона, у Стругацких одним из таких законов выступает тайна, и, что важно, эта тайна в своём пределе не имеет объяснения в принципе. Объяснение не имеет значения и даже наоборот, значение имеет его отсутствие, поскольку любое объяснение, любая попытка объяснения только помешает и приведёт к искажению смысла. А заложен этот закон и этот предел был во многом именно в "Попытке к бегству".
Все посты о книгах Стругацких собраны здесь.
Если вам понравился текст, вы можете помочь в развитии канала, поставив лайк и подписавшись. Это, правда, ценно и мотивирует автора. Особая благодарность тем, кто найдёт возможность поддержать канал донатом, это поможет вести его регулярнее.
Можно подписаться также на телеграм-канал автора.
Комментарии приветствуются, как и доброжелательный тон общения.
Что ещё интересного в этом блоге: